Глава 27

Когда он подхватил её на руки на подъездной дорожке, у Киры перехватило дыхание. Сейчас профессор перенесёт её через порог и…

Она наконец станет его женой по-настоящему.

Дверь открылась, повинуясь взмаху руки. Кира, раскрасневшаяся и с замершим от предвкушения сердцем, повернула голову к нему, и их взгляды встретились.

— Наконец-то, — прошептала она.

И он поцеловал её.

Этот поцелуй не был похож на лёгкое касание губ в церкви. Его рот пил её медленно и жадно, его язык проникал в неё, заставляя открыться, прильнуть к нему, прижаться и пить его в ответ, и Кира с лёгким смущением поняла, что между её ног становится влажно и горячо.

А ведь она всё ещё была без белья.

Когда он выпустил её и осторожно поставил на пол, Кира была готова выскользнуть из туфель и отправиться в спальню прямо сейчас.

Но эта ночь была особенной. И её хотелось длить, не торопить.

— Всё такое новое, — сказала она. — Я и вы, и вся Академия теперь знает о нас, и это кольцо на вашей руке…

— Совершенно немагическое, — серьёзно подтвердил профессор. — Никаких больше проклятых артефактов.

— Вы чувствуете себя по-другому? — спросила Кира шёпотом. — Теперь, когда я — ваша жена?

Он шагнул вперёд и обнял её, прижимая к себе.

— А вы хотели бы, чтобы всё осталось по-прежнему?

— Я бы хотела разделить с вами всю жизнь, — просто сказала Кира. — И чтобы весь мир знал об этом.

— Вот наши желания и сбылись. Такие похожие, правда?

Он смотрел на неё взглядом, где с нежностью мешалась страсть, бурная, настоящая, и на миг Кире показалось, что он сейчас не выдержит.

Но самоконтроль её Тёмного Лорда был превосходен.

— Не хочу вас мучить, — прошептала она. — Я готова… если готовы вы.

Он не ответил, и Кира принялась медленно расстёгивать его рубашку. Ведь молчание — знак согласия, не так ли?

Но её руку мягко перехватили.

— Не сразу. Вы хозяйка в этом доме, и я хочу, чтобы вы это почувствовали.

— Как? — прошептала Кира.

— Увидите.

Он увлёк её за собой в гостиную. Усадил в кресло, помогая расправить юбки. И долго глядел на неё.

— Хочу снять это платье. И одновременно не хочу снимать его никогда. — Он покачал головой. — Но время пришло.

Он опустился на колено перед ней и мягко поднял юбку, обнажая белоснежные чулки и роскошную бархатную подвязку на правом бедре.

— Как ваш муж, — негромко сказал он, — я имею полное право раздеть вас сегодня. Но я не буду торопиться.

Его руки коснулись её бедра куда выше, чем было необходимо, чтобы снять подвязку, и Кира покраснела, понимая, что он прекрасно заметил, что её бёдра и низ живота были полностью обнажены.

— Незачем стесняться, мисс Риаз. Вы готовитесь выполнить супружеский долг, в конце концов.

Он медленно снял подвязку до колена вместе с чулком, и поцеловал её обнажённую кожу.

— И совершенно нечего стыдиться, — тихо сказал он. — Второй такой красавицы нет во всей Академии.

— Я не стала её королевой.

— Но стали моей.

Её чулок окончательно спустился до лодыжки вместе с подвязкой, и ещё с одним поцелуем был снят. Кира вытянула ногу, и второй чулок постигла та же участь. Она осталась сидеть в кресле с юбками, поднятыми до бёдер, и совершенно голыми ногами внизу.

— И что вы собираетесь со мной делать? — тихо спросила она.

— Дарить вам удовольствие, конечно же. Знаете о традиции, когда жена омывает ноги мужа в первую брачную ночь?

— Конечно. Вы хотите?..

Он покачал головой. Взял в руки её лодыжку и медленно, чувственно поцеловал её.

— Хочу сделать это для вас. Вы хозяйка этого дома и моя королева, и вам стоит это запомнить.

— То есть я больше не ваша рабыня?

Его глаза опасно сверкнули.

— Нет ни одной роли, в которой вы не были бы моей, мисс Риаз. — В его голосе проявились предупреждающие нотки. — Но не сегодня. Сегодня ночь, когда в танце ведут оба.

Профессор поднялся и расстегнул бриллиантовый ошейник на её горле. Осторожно положил его на столик рядом, и Кира впервые заметила стоящий под столиком серебряный таз и кувшин с водой. Одно касание, и из кувшина полился пар.

Кира глубоко вздохнула — и приподняла ноги, позволяя ему поставить таз прямо к её ступням.

Профессор вновь опустился перед ней на одно колено, доливая воды из кувшина.

— Так необычно видеть вас на коленях передо мной, — задумчиво сказала Кира. — Пожалуй, мне нравится.

— Не испытывайте судьбу, мисс Риаз. В первое брачное утро вас никто не тронет, но вы вернётесь из Академии, и наступит вечер.

— Время для факультативных занятий в вашем подвале?

— Мы друг друга поняли.

Он очень мягко взял в руки левую ступню. И опустил её в горячую воду, держа в своих руках, проводя пальцами по нежной коже подошвы. Кира прикрыла глаза. Ей было хорошо, чудовищно хорошо. И впереди…

— Я отнесу вас наверх в супружескую спальню, — подтвердил профессор. — И вы станете моей женой по-настоящему.

— Правда? — прошептала Кира. — Вы не передумаете и не выгоните меня на мороз?

— Ещё один вопрос в том же духе, и я серьёзно подумаю об этом. — Он сжал её ступню сильнее, массируя, растирая. — Например, о том, чтобы задрать ваши юбки окончательно, высвободить ваши очаровательные груди из корсажа и взять вас прямо так на брачном ложе.

Глаза Киры зажглись.

— И вы это сделаете?

— Непременно. Со следующим же вашим бальным платьем, на заднем сиденье автомобиля, едва мы отъедем от имения лорда и новой леди Дюпри. Бал после их долгожданной свадьбы состоится совсем скоро. Я слышал, леди Элейн, узнав, что её супруг вот-вот станет главой Министерства, проявила некое… нетерпение.

— Решила, что вашего протеже у неё уведут?

— Умная женщина. — Он провёл рукой по её ноге до колена, вызвав у Киры лёгкую дрожь. — Как и я. Я не зря заключил брак немедленно, чтобы повелевать вами полностью, мисс Риаз. Я такой же собственник, как и любой мужчина.

— Как и любой Тёмный Лорд.

— Любой? Пфф. Единственный.

— Но бывший.

Он выпустил её ступню и поднял взгляд холодных глаз.

— Хотите проверить?

Кира сглотнула.

— Нет.

— А придётся. Этой же ночью.

— Вы же обещали быть нежным со мной!

— А Тёмный Лорд не может быть нежным?

— Не так!

Тихий смех, и он потянулся за второй её ступнёй.

— Такая наивная девочка. Мисс Риаз, я всегда был Тёмным Лордом, вашим или своим собственным. И каждый раз, когда вы ложитесь со мной в постель — или наклоняетесь, опираясь о другую поверхность, — вы оказываетесь полностью в моей воле и совершенно не вправе рассчитывать на моё милосердие. И вам, спешу заметить, это нравится.

— А если нет?

— А если нет, я назову вас маленькой лгуньей и накажу всё равно. — Он наклонился и поцеловал её ступню. — К примеру, поставлю в подвал Железную Деву и отдам вас ей на всю ночь.

— Вы что! Там же железные штыри!

— О нет. В моей версии всё гораздо интереснее. У вас когда-нибудь вибрировало всё тело, пока каждую частицу кожи гладили бы нежные ворсинки?

У Киры перехватило дыхание.

— И вы до сих пор не принесли мне такое чудо?

— На всю ночь? — Зловещая улыбка. — Уверены, что выдержите?

Кира прикусила губу.

— В любом случае, — произнёс профессор мягче, — в эту ночь в подвал вы не спуститесь. Единственное не запретное для вас место — наша спальня. И сейчас… — он вытащил её ступню из воды и отодвинул таз, — вы туда отправитесь. Но не сразу.

Кира ойкнула, когда его руки скользнули вверх по её бёдрам. Юбки взметнулись выше, и он притянул её к самому краешку сиденья.

А потом властно развёл её ноги в стороны, и Кира поняла, что он собирается сделать.

— Сегодня я ваша всеми возможными путями, — прошептала она.

— О да, леди Деннет. Вы моя, и я собираюсь попробовать, какова моя жена на вкус.

Он ворвался языком в её нежную глубину, и у Киры перехватило дыхание. Он знал все её потайные места наизусть, читал её стоны, словно карту, и горячая волна поднялась вверх по её животу, доходя до груди. Кира задрожала, чувствуя, как сладкая слабость охватывает её тело. В первый раз, он доставлял ей удовольствие ртом в первый раз после свадьбы, когда она была его женой, и оно сделалось только острее. Теперь весь мир знал о них, и от одного этого знания, оттого, что все в Академии знали, где она теперь и чем занимается с лордом-ректором этой ночью, по губам Киры скользнула улыбка.

Она была его женой. Наконец-то. Удовольствие, раньше бывшее тайным и запретным, сейчас стало…

…Таким же тайным и счастливым, но обрело новую глубину. Доверие, сделавшееся ещё глубже, ближе, правильнее. Она отдала себя ему навечно перед всем миром, и он сделался её на все времена. И каждый миг счастья между ними это доказывал.

Его движения сделались изысканнее, нежнее, слаще, и Кира застонала в голос. Сжала рукоятки кресла, раздвинула ноги шире, представая перед ним обнажённой до талии.

И счастливо всхлипнула, когда волна накрыла её.

Потом они сидели у разожжённого камина, взявшись за руки, перед тем как отправиться в спальню, и Кира приникла к его плечу. Ей хотелось просто окунуться в тепло, почувствовать его близость, запомнить эту ночь. Этот день.

— Мы вернёмся в ваш родной город? — спросила она. — Вы покажете мне всё, о чём помните?

— Я думаю, да, — просто сказал профессор. — Но вряд ли вы найдёте много для себя интересного. Только ещё одна пекарня на углу, ещё одна лавочка, на которой вырезано «Рональд был здесь»…

— Вы?

— Я только научился читать. Конечно, я хватался за любую возможность рассказать об этом всему миру.

— Наверное, в вашей пекарне делают вкусные булочки, — раздумчиво произнесла Кира. — Я бы попробовала парочку.

— И попробуете. В эти же выходные, если я буду доволен вашими успехами в Академии. Вы мой донор, мисс Риаз. Ваша магия восстановится куда быстрее, если вы будете активно работать каждый день.

— И вы ждёте не дождётесь, когда сможете безжалостно использовать меня в ритуалах?

— Безжалостно и коварно, — согласился он. — А ещё я буду злоупотреблять своим положением и проводить с вами индивидуальные занятия в моём кабинете. И от них вы тоже не увернётесь.

— Вы самый жестокий Тёмный Лорд, которого я знаю, — прошептала Кира. — И самый любимый.

Он провёл ладонью по её щеке.

— Не сомневаюсь в этом, — тихо сказал он. — И когда я буду рассказывать нашим детям сказку о Тёмном Лорде и рыжей красавице, опустив большую часть деталей, у этой сказки будет самый счастливый конец во вселенной.

Счастливый конец. Они поженились и…

…Их ждало счастье. Оно уже их настигло, в тот самый миг, когда источник Киры выплеснул свою магию и проклятие над профессором Деннетом рассеялось.

Их ждали новые опасности, Кира не сомневалась. Но её Тёмный Лорд превратит любую опасность в приключение.

И научит её летать.

Тёмный Лорд встал, царственный и грозный.

— Пришла пора, мисс Риаз. Идите сюда.

Она встала, и он подхватил её на руки. И закружил, накрыв её губы поцелуем.

Кира не помнила, как они поднялись по лестнице. Только темнота, её руки вокруг его шеи и поцелуи, делающиеся всё жарче, всё настойчивее, наполняясь страстью.

Колени, оказавшиеся на постели. Шнуровка, которую развязали умелые мужские руки. Грудь, медленно показавшаяся из корсажа, его ладони на нежной коже…

— Слишком быстро, — прошептала Кира. — Я не готова, я…

Негромкий смех.

— Ну, значит, вы вступаете в брак по принуждению, леди Деннет. И я возьму вас первой брачной ночью насильно. Или вы всё же предпочитаете следование традициям?

Он коснулся губами её волос. Медленно вынул из них тиару и отложил в сторону. Коснулся причёски, и волосы упали рыжим плащом ей на плечи.

— Если хотите, — тихо сказал он, — я раздену вас и мы отложим первую брачную ночь на утро. Я понимаю вашу нерешительность. Столько ощущений, правда?

— Да, — прошептала Кира. — И нет. Я хочу вас сейчас.

— Тогда настало время выбраться из этого платья.

Он заставил её поднять руки, и платье с расстёгнутым корсажем поплыло вниз, соскальзывая с неё и оставляя совершенно голой.

— Как и подобает невесте в первую брачную ночь, — заметил он. — Сейчас вы станете моей женой, и этот ритуал не прервать даже вашему кольцу. Последний шанс отказаться и сбежать, мисс Риаз.

Его горячие руки легли ей на плечи.

— Но этого шанса я вам не дам.

Кира порывисто обернулась.

— И я.

В этот раз он не отстранил её руки, позволив себя раздеть, и Кира воспользовалась своим правом полностью.

Когда она наконец отстранилась, он остался полностью нагим, как и она. И, прикоснувшись к нему, она ощутила, насколько он возбуждён.

— Прямо сейчас, — прошептала Кира. — Прямо здесь.

Он поднял её на руки и медленно, мягко опустил на кровать. Кира сама согнула ноги в коленях, открываясь ему.

И растерянно, совсем по-детски улыбнулась, обхватывая его плечи и чувствуя, что становится его женой.

— Кира, — прошептал он. — Кира Деннет. Моя.

Она выгнулась под ним, шепча его имя. Он целовал её веки, виски, волосы. Она тоже целовала его — сначала робко, почти неумело, а потом уверенно, радостно, ощущая наконец, что вернулась домой.

А потом наступил миг, когда они наконец подстроились друг под друга, двигаясь в древнем ритме, повинуясь мерному рокоту невидимого прибоя. И наконец слились в поцелуе, одновременно возносясь на гребень самой высокой волны, которая мягко спустила их на землю, нагих и обновлённых.

— Я люблю вас, — нарушил он молчание первым.

— А я, — откликнулась Кира, — люблю вас. И всегда буду любить.

— Попробовали бы вы иначе, — не без ехидства откликнулся её муж.

Он обнял её, перекатывая на бок, прижимая к себе как долгожданную добычу, как давно потерянное сокровище.

— Никуда и никогда не отпущу, — прошептал он. — Вы драгоценны для меня. Всегда были драгоценны.

— А для меня нет никого важнее вас.

— Голодны?

Кира прислушалась к себе. И поняла, что ужасно голодна.

— Чудовищно.

— Тогда… — Профессор на миг задумался. — Как насчёт полуночного чаепития?

Кира почувствовала, как её глаза зажглись.

— Да, — просто сказала она.

Он вернулся из ванной в белом халате, держа в руках шёлковый халатик для неё. Кира небрежно завязала его на талии, поймав взгляд, в значении которого нельзя было ошибиться.

— Мы же только что занимались любовью, — напомнила она.

— Четверть часа назад.

— И для вас прошла вечность?

Профессор хмыкнул.

— Ещё одно слово, и я прижму вас к холодильнику после первой же чашки чая. К вашему же холодильнику, между прочим.

Кира засмеялась и подала ему руку.

Они сидели на кухне при мягком свете лампы, и Кира давно не чувствовала себя так уютно. Душистый чай в её руке, рассыпчатое печенье с твёрдыми прямоугольниками шоколада и задумчивая улыбка на лице её спутника.

— Ваши видения заканчиваются, — негромко сказал он. — Теперь, когда проклятие снято и моя память снова моя целиком, вы не будете путешествовать по моему прошлому или будущему. Только если мы проведём ритуал и вы сами этого захотите.

— Но вы бы не стали.

Он покачал головой.

— Пока ваша магия не восстановится — ни за что. Я не собираюсь вас истощать. Но вы увидите моё детство, если пожелаете. И юного Рональда в Сером Доме, и первые дни Дуайта Деннета за преподавательской кафедрой.

— Я бы хотела, — тихо сказала Кира. — Обязательно.

— И я покажу вам мир, конечно же. Как только мои обязанности лорда-ректора мне позволят, мы отправимся путешествовать. Кажется, вас привлекала археология и возможность найти древние артефакты?

Он улыбался.

— Вы исполняете все мечты, — поражённо сказала Кира.

— Включая самые тёмные и дерзкие, — кивнул он, отпивая чай. — Чего бы вы ещё хотели, мисс Риаз?

— Обмануть будущее немного, — подумав, сказала Кира. — Я не хочу подстраиваться под видения: пусть всё будет чуть-чуть по-другому. Хотя чёрно-белого кота мы заведём обязательно.

— У меня как раз есть котёнок на примете, — невозмутимо произнёс профессор. — С таким же чёрным пятном на правой передней лапе, если вам интересно. Я был внимателен.

Кира не выдержала и расплылась в улыбке.

— Вы, кот и Академия, — проговорила она. — Мне больше ничего не нужно.

— И это прекрасно, как и вы сами.

Он вдруг зевнул.

— Простите, мисс Риаз. Долгий день… и необыкновенная ночь. Вам завтра вставать на два часа позже обычного, но я предпочёл бы отправить вас спать сейчас. Как вы на это смотрите?

— Только с вами, — немедленно сказала Кира, допивая чай.

— Именно это я и собирался вам предложить.

Профессор встал, подошёл к кухонной раковине, ополаскивая посуду. Снова зевнул и повернулся к Кире.

— Кажется, вам достался очень сонный муж, леди Деннет.

— Самый лучший, — прошептала Кира, спрыгивая с табурета и прижимаясь к нему.

Он обнял её, скользя пальцами по распущенным волосам. И подхватил на руки.

Кира спала и видела странный сон.

Во сне она шла по коридорам Академии в первый раз в жизни, замирая от страха, предвкушения, восхищения. Красота барельефов и лепнины в огромных холлах, сверкающий паркет, стрельчатые окна…

А когда она вошла в библиотеку, Кира и вовсе не могла сделать ни шага.

Чудесное место. Необыкновенное. Потрясающее.

Здесь пахло магией. Тайнами. Здесь…

Здесь был её новый дом.

— …Я не знаю, Дуайт. Мне кажется, ты слишком замкнулся в себе.

— Милорд ректор полагает, что мне стоит гонять с адептами мяч на свежем воздухе?

Кира замерла, забыв дышать, услышав голоса в соседнем ряду. Лорд-ректор!

И эти два мага даже не подозревали, что она слышит их личный разговор.

Но уйти было выше её сил.

— Я не говорю, что тебе стоит побыть мальчишкой, — раздался терпеливый голос мэтра Антейна. — Но ты слишком много времени проводишь в своих исследованиях. Я знаю, что ты мечтаешь вернуть себе память, но поверь целителям, когда они говорят, что это невозможно.

— Возможно всё. Хотя насчёт того, возможно ли приготовить вкусный сливовый пирог или поверить в вечную любовь… тут я бы поспорил.

— А ты не веришь в вечную любовь?

— Ещё менее, чем в сливовые пироги.

Кира зажала рот рукой, сдерживая смех.

— Когда-нибудь, Дуайт Деннет, — проговорил мэтр Антейн, — ты встретишь замечательную девушку, которая полюбит тебя, несмотря на твою замкнутость и твою одержимость своими потерянными воспоминаниями. И ты не сможешь не полюбить её.

Дуайт Деннет. Кира ахнула. Дуайт Деннет! Таинственный преподаватель боевой магии, о котором шептались другие адептки! И он был совсем рядом, рядом с ней!

— Нет, — просто сказал профессор Деннет. — Возможно, для кого-то такая драгоценная душа и существует. Но не думаю, что она найдётся для меня.

— Но тебе этого хотелось бы.

— А кому нет?

Мэтр Антейн вздохнул.

— Я уже стар, но в моей жизни была любовь, Дуайт. Ты… я бы никогда не подумал раньше, насколько ты умеешь любить. Но ты спас своего студента этой весной. Спас, рискуя жизнью. Ты умеешь жертвовать и дарить. А любовь — это прежде всего подарок и самозабвенное служение.

Негромкий и почему-то очень знакомый ей смех.

— Мне кажется или мой друг читает мне мораль?

— Ты смеёшься, но посмотрим, кто будет смеяться на твоей свадьбе. — В голосе мэтра Антейна прозвучала теплота. — Надеюсь, что мы оба. Хотя, боюсь, с твоим талантом к скрытности это случится ещё не скоро.

— Или эта девушка ещё не родилась.

— Как знать? Возможно, она уже в Академии, совсем рядом с тобой.

— Возможно, я даже сделаю ей предложение, подняв её в воздух и подарив кольцо, усыпанное бриллиантами. — Профессор Деннет вздохнул. — Боюсь, меня слишком мало интересуют подобные вещи. Я бы с большей радостью выпил чаю с хорошей книгой.

— Дуайт…

— И довольно об этом.

Кира прижала к груди том о магических рунах и ритуалах и на цыпочках отступила.

Она верила в любовь. Всегда.

И почему-то ей показалось, что незнакомый ей профессор Деннет тоже поверит.

Когда-нибудь. Когда найдёт кого-то по-настоящему для него драгоценного.

Например…

Она поймала два отражения в застеклённом шкафу с древними манускриптами. Одно принадлежало мэтру Антейну.

А второе…

Почему-то у неё забилось сердце.

Но Кира лишь бросила на него быстрый взгляд и шагнула к дверям.

В темноту, вдруг прорвавшуюся ослепительным солнечным светом.

— Пора вставать.

Кира моргнула и открыла глаза.

Профессор, уже полностью одетый, насмешливо глядел на неё. Лежащую в постели в длинной ночной рубашке, которую она надела перед сном. Простой лён с нежной тесьмой и кружевом, лёгкий и удобный.

— Вы тоже видели?

Он кивнул.

— Я даже помню эту беседу. Но рыжую адептку, что вертелась неподалёку, я, увы, не запомнил. А следовало бы.

Кира выскользнула из кровати.

— Первое брачное утро, — заметила она, набросив одеяло на смятые подушки. — Встретимся после занятий?

— Я вас отвезу. Заодно и выберем вам автомобиль.

Кира моргнула.

— Новый?

— Старый, если хотите. Любой. Ваш.

Она подошла к невысокому комоду, где хранилось бельё. Провела по гладкому дереву.

— А ведь я натаскаю сюда десятки безделушек, — задумчиво сказала она. — Не боитесь, что я заполню ваши книжные полки любовными романами, заменю сёмгу в холодильнике на свежий салат и заставлю вас бегать по утрам?

— О, бегать будете как раз вы. Начиная с завтрашнего утра.

Кира моргнула.

— Что?

Он шагнул к ней, и через секунду его руки уже лежали на её плечах.

— Раз уж я некоторое время пробыл Тёмным Лордом, — невозмутимо сказал он, — вы теперь моя Тёмная Леди. И будете не только бегать по утрам со мной, но и учиться летать.

У Киры перехватило дыхание.

— Летать?

— Каждое утро. Но начнём мы с бега. Ваши мышцы нуждаются в укреплении, в конце концов.

— Я умерла и попала в рай, — прошептала она.

Профессор провёл рукой по её волосам.

— Нет, мисс Риаз. Вы просто вышли замуж.

А потом безо всякого предупреждения он подсадил её на комод.

— Безделушки, — задумчиво сказал профессор. — Вы, пожалуй, и впрямь их натащите сюда. Но пока их нет…5ebdbc

Его руки совершенно бесцеремонно скользнули ей под подол.

— Эй! — только и вымолвила Кира.

— Супружеский долг, не забыли?

— Но…

— Каждый день. Или последует страшное наказание.

— А… если у меня будет болеть голова?

— Ваш муж — начинающий целитель, мисс Риаз. Уж от этого я вас избавлю.

Она не успела опомниться, как её сорочка задралась до талии.

— Но я же и впрямь могу не захотеть… исполнять… этот ваш…

— Тогда вы будете сидеть внизу и делать домашнюю работу, как пай-девочка, — невозмутимо сказал профессор. — И поверьте, ваш супруг будет уделять внимание каждой запятой.

— Я… — Кира сглотнула. — Кажется, я предпочту цепи и унижение в подвале.

— Где вам тоже придётся делать домашнюю работу. Как видите, я предусмотрел всё.

А потом он склонился над ней, и их губы слились.

Её ноги, закинутые на его бёдра. Молния, расстёгнутая её пальцами. Первый толчок внутрь, на всю длину, и долгий стон. Его? Её?

Он накрыл ртом её рот, и следующий стон потерялся в поцелуе.

— Комод, — хрипло прошептал он. — Кухонный стол, подоконник, чёртова крыша… Когда наступят выходные, я не выпущу свою жену из этого дома, пока мы не перепробуем всё.

— Даже каминную трубу, — шепнула Кира. — Не останавливайтесь, я…

Она вскрикнула, опираясь одной рукой на комод, чтобы не упасть. Голова кружилась, всё плыло, она была будто в шторме, и его руки были единственным, что могло её удержать от падения с невозможной высоты. Тугая спираль между её ног сжималась всё сильнее, готовая вот-вот раскрутиться и взорвать её изнутри.

И Кира взорвалась, из последних сил сжимая его бёдрами, опершись ладонями о гладкое дерево, запрокинув голову, шепча его имя.

— Кира, — прошептал он, обнимая её. — Моя дорогая, моя хорошая… моя возлюбленная.

— Раньше, — шепнула она, — вы не были так щедры на комплименты.

— Я сдерживался, — просто сказал он. — Но теперь, когда вы рядом и никуда не уйдёте…

— Вы больше не боитесь. — Она сжала его руку. — Как и я.

— Ничего, — подтвердил профессор, обнимая её крепче. — Ведь вы со мной.

Кира обхватила его в ответ, закрыв глаза.

И в целом мире ей больше ничего не было нужно.