Глава 16-1

 Глава шестнадцатая

Медок тяжело и протяжно вздохнула. И так на меня зыркнула, что я невольно мысленно повторила ее слова о том, что мой брат умный, а я просто красивая.

— При том, Атенаис, что девушки, которые не отдают, а забирают энергию, могут стать чьей-то ритани по ошибке.

— Прости, это как?

— А вот так. Они собирают энергию со всей планеты, причем только у женщин и многократно усиливают влечение. Механизм данного явления не до конца изучен, но доподлинно известно, если такая девушка встречает мужчину, который бы среагировал на ту девушку или женщину, то влечение переносится на нее. И айсе, если этот мужчина относится к высшим, не может определить подделку, потому что настоящая ритани находится где-то рядом. А ее подделка не просто ворует энергию, она перестраивается, становясь как внешне, так внутренне похожа на ту, у кого забрала мужчину. Более простым языком, у нее становится практически идентичным биополе. Сейчас подобное не встречается, но в более древние времена являлось практически повсеместным. К тридцати годам у девушки все приходит в норму, и она перестаёт качать чужую энергию и мужчины уверены, что они не ошиблись, если вдруг определили в ней свою ритани. По мнению одного из ученых, такое свойство организме юных ритасок необходимо для выбора лучшего генофонда.

 — Для выбора? То есть, ты хочешь сказать, что девушка в этот период может сама выбрать мужчину и завладеть им? Женить на себе, родить детей?

— Чаще всего просто родить. Некоторые особы вообще шли на обман, представляясь уже совершеннолетними и проводя ночи с понравившимся мужчиной. А учитывая то, что бросать детей не принято, даже если с женщиной его родившей ничего не связывает, то такие девушки дважды выигрывали. Их принимали в дом мужчины, как кормилицу, няньку ее же ребенка. Она всегда находилась в тепел и была сыта. Но в момент, когда она бы пожелал выйти замуж, больше поддерживать связь с ребёнком бы не смогла. Он — собственность мужчины.

— Какой ужас.

— Ты уже знаешь какое отношение у ритасов к женщинам, а потому вместо того, чтобы акцентировать внимание на то, что они осознанно идут на подлость и подлог, предпочли считать их неразумными и изменили возраст достижения совершеннолетия. Таким образом существенно ограничив девушек и дав мужчинам пространство для маневров. Зная реальный возраст собеседницы, просто знакомой или дочери партнеров, они будут до ее тридцати лет относится к ней как к дитя.

— Поэтому Дамир ко мне не заходит? Я теперь для него ребенок?! Погоди, а что если я по ошибке стала ритани и у кого-то тоже отняла энергию?

 — Спокойно! — драматично выставив лапку вперед, заявила Медок. — На все вопросы: нет. Выдыхай, девочка.

— Откуда такая уверенность?

— Оттуда, что ты была не в своем обличье. В то время как ритаски занимаются воровством или наоборот отдачей, они в своем настоящем облике. К тому же, сомневаюсь, что при первой и второй встрече рядом с тобой находилась ритаска. А не приходил он потому, что его вообще не было в поместье.

— А что насчет отношения? Он видит во мне ребенка?

— Во-первых, справедливости ради, он тебя еще не видел. Во-вторых, с таким телом воспринимать тебя ребенком трудно. И даже очень.

Я вздохнула и наконец взглянула на свое тело. Не в зеркале нет, к нему еще дойти нужно. Я рассматривала свои ноги и живот, и грудь…Грудь стала больше и меня это совсем не обрадовало, да и талия… Куда мне такую тонкую талию с такой пышной грудью? Я же пополам сломаюсь! И мое белье из кабинки!

— Новое закажешь, — флегматично заявила Медок. — А насчёт сломаешься, не переживай, тебе это точно не грозит.

— Посмотри, вот посмотри, я же могу сама обхватить свою талию! Бисерное плетение!

— Дура, другая бы радовалась на твоем месте, а она переживает…

— Конечно! Это же теперь ко мне приставать будут все кому не лень!

— К тебе бы и так приставали, изначально из-за жениха, а потом и из-за твоего статуса…

— О чем ты?

— Ты еще не поняла, что являешься наследницей рода аль Таим?

— Сама же сказала, что я тупая, — огрызнулась я, — куда уж мне род какой-то возглавлять.

— Не какой-то, а твой, — спокойно парировала Медок. — Ты обладаешь большей силой, нежели твой умный брат. Я готова поспорить, что ты именно о такой фигуре в детстве и мечтала. Ну так пожалуйста, твоя сущность сделала так, как ты пожелала.

— Песочные часы… — с ужасом прошептала я. — Я похожа на песочные часы, да?

— Иди уже к зеркалу, — вздохнула Медок. — И помни, что ты невероятно красивая!

— Утешаешь, потому что в отличие от фигуры, лицом я не вышла?

— Укушу, — многообещающее произнесла питка и задержала взгляд на моей груди, скорбно вздохнула и грустно уточнила, — за ягодицы, грудь — это святое!

 Сложно не смеяться, особенно когда такими глазами смотрят. М-да, и выбрала ж она себе гнездо на мою голову!

— А вот этого не надо, — фыркнула Медок. — Не надо говорю, увеличение груди — прекрасно! Еще мягче, теплее... Иди давай к зеркалу, а то я сейчас взберусь к тебе, и ты меня ничем оторвать не сможешь.

И зверек точно не шутил. Еще то ли для усиления эффекта, то ли для устрашения сделал хватательные движения лапками, будто бы уже мял мою грудь.

Ужас!

С видом великого мученика я разглядывала себя в зеркале. Вот она — ожившая мечта маленькой девочки. Сексапильная, манящая фигура и такое же кукольное лицо. Рот крупный, губы пухлые, глаза миндалевидные и синие, тонкий нос и прямой лоб. Немного ниже меня прежней. Может сантиметра на три-четыре. На мой вкус рот сильно большой, хотя он меня и не портит.

Вот если бы я такой заявилась в своё агентство — меня бы с руками и ногами оторвали. Получала бы я такие контракты, которые мне в облике Атенаис и не снились.

И тут мне пришла в голову мысль! Мое агентство, если вдруг решится шантажировать или нажиться на моем контракте с Дамиром, не сможет этого сделать, по одной простой причине. Настоящей невестой окажется не Атенаис, а Сианета! Мало ли для чего он ввел подставную невесту! Чтоб настоящую защитить!

Собственно, многие так делают, когда хотят до поры до времени оградить вторую половину от лишнего внимания! Оно, наверное, и к лучшему, однако, внешность Атенаис мне все равно нравилась куда больше.

С тем, что я сейчас имела, остаться незаметной, даже если завернуться в тонны одежды — не реально. Слишком броское лицо.

Я с тоской смотрела на себя и думала о том, что мне понадобится новый гардероб. Потому что на меня ничего не налезет, а если и налезет, то смотреться будет, мягко говоря, не очень. Даже обувь, и та не подойдет, потому что размер ноги не совпадет. У меня настоящей ножка маленькая…

— Атенаис? — голос Тайры заставил меня вздрогнуть и обернуться.

Она стояла в дверях и во все глаза смотрела на меня.

— Знаешь, я, конечно, понимаю, что тебе хочется быть мегасоблазнительной, но Атенаис, это уже перебор.  

— О чем ты? — спокойно спросила и пошла к кровати, нужно хоть в покрывало укутаться. А то мало ли кто ко мне еще без стука войдет?

— Я о твоих экспериментах с внешностью. Понимаю, что ты не смогла удержаться, ведь твоя сила так давно спала, но…

— Это я настоящая, — мрачно заявила ей. — Вот такая я и есть. И мне тоже не особо нравится.

— Бисерное плетение!

— Не ругайся, — попросила ее. — Лучше посмотри, все ли со мной хорошо.

— Это само собой, — кивнула подруга. — Садись. Я правильно понимаю, что вот это — результат многолетней работы силы ритасов?

— И, конечно же, генофонда, — хмыкнула питка. — Не завидуй, Тайра, ты тоже красивая.

—  Да я как-то обойдусь. — И тут вайера гадко ухмыльнулась, а в ее глазах заплясали лукавые огоньки, — хочу посмотреться на лорда Дамира, когда он тебя увидит. Бедный мужчина, тяжко ему придется со своей невестой, а потом и с женой.

— Почему тяжко? — ощетинилась я.

— Потому что назойливых ухажеров отгонять придется.

— Лазером, на подлете — поддакнула Медок.

— И метлой поганой, — рассмеялась Тайра. — Прости, Атенаис, но ты сама себе свинью подложила.

— Можно подумать, ты в детстве не мечтала быть самой красивой.

— Ты знаешь, не до того было. У нас обучение начинается чуть ли не с колыбели, так что о том, как мы выглядим задумываться некогда.

— Расскажи, — попросила я.

— Потом как-нибудь. Мне сосредоточиться нужно.

— Хорошо, — сдалась я, и позволила вайере приступить к осмотру.

Сама в это время думала о том, что Тайра ни словом, ни взглядом не обмолвилась о моем противном настроении при пробуждении. То ли это лояльность стервы к стерве, то ли она была попросту ошарашена моей новой внешностью, что  совершенно забыла меня подначить.

Осмотр у Тайры занял полчаса. Я по ее указанию и крутилась на месте, выполняла нехитрые упражнения, и даже призывала силу.

Самое обидное, только когда вайера в третий раз попросила изменить форму носа и лба, я поняла, что она издевается. Мне вообще-то больно себя перекраивать, а ей весело!

Недолго думая, я огрела ее подушкой.

Что тут началась! Ладно я и Корвин бесились, но целитель и новоиспеченная наследница?

Причем последняя явно проигрывала. Тайра легко уворачивалась от моих шутливых атак, не велась на мои ловушки, а вот я от души получала подушкой по голове, и велась на ее ложные выпады.

— Все, Атенаис, ты абсолютно точно здорова! — бросая свое боевое орудие на кровать, произнесла подруга. — Перемирие. Нам нечего опасаться ты в полной гармонии с разумом и телом. Что, кстати, странно. Мне казалось, после всего, ты еще долго будешь разочарована своим прошлым и тем, как с вами поступили.

—  А как с нами поступили? — хмыкнула я. — Не сказали кто мы и кем на самом деле являемся? Но при этом сделали все, чтобы нас защитить? Тайра, мне не что обижаться. Во всяком случае, на родителей точно не за что, а с Корвином я выясню все позже.

— Боюсь, позже не выйдет, — мрачно изрекла вайера, — он мнется у входной двери.

— Пусть мнется, — махнула рукой, — мне нужно что-то с гардеробом придумать и покушать. Я не готова разговаривать с ним на голодный желудок. Потому что или несварение получу, или аппетит пропадет.

— Отлично, — плотоядно улыбнулась подруга. — Я сейчас схожу к нему и предупрежу, чтобы пришел через час-полтора, и помогу тебе со всем перечисленным, а ты… А ты расскажешь мне о какой тени и солнце все кругом шепчутся!

— Прямо все?

— Ну хорошо, не все, — сдалась Тайра, — расскажешь?

— Только после того, как ты поклянёшься своей жизнью, что никогда и никому, ни при каких обстоятельствах не поведаешь тайну, которую я тебе открою, — замогильным голосом провыла я и видя обескураженное лицо вайеры, рассмеялась. — Иди уже, расскажу я, но это действительно тайна.

— Я быстро!