ГЛАВА 20

АНЯ

Наш поцелуй снова настолько возбудил нас, что я растаяла. Не удержалась. И отдала себя полностью.

Растворилась в нем.

Мне никогда так сильно не сносило голову. Я, кажется, отдала душу этому дьяволу.

Правителю ада.

Люциферу.

Отдала всю себя до последней молекулы. И я готова получить пулю вместо него.

Я положила голову на судорожно поднимающуюся грудь Алекса. Восстанавливали дыхание. Возвращались из мира удовольствия.

— Ты голодная?

— Ужасно.

— Тогда сейчас попрошу, чтобы накрыли стол на террасе.

— Час ночи, — я посмотрела на цифровые часы на прикроватной тумбе, а затем на Алекса.

— Неважно.

Он аккуратно поднялся с постели, нащупал в кармане брюк телефон, быстро пробежался пальцем по экрану. Я лежала, подперев скулу ладонью.

— Через полчаса все будет готово. Пойдешь со мной в душ?

— С удовольствием. — Я села, протянула руки, а он рывком притянул к себе, подхватил и перекинул через плечо.

— Алекс, поставь меня, — засмеялась я.

— Нет, — он укусил меня за бедро.

— Ты путаешь меня с ужином, — пошутила я.

— Я всегда буду голоден, если это касается тебя. От одного твоего имени сводит желудок, — тёмный бог укусил еще раз.

— Прекращай, — звонко хихикнула я.

Он поставил меня на пол и скрылся за матовым стеклом душевой.

Ванная поразила размахом. Просторной душевой хватило бы и на пятерых. В углу — джакузи, рядом дверь, вероятно, в сауну. Ещё одна дверь вела, по‑видимому, в туалет. Вдоль другой стены — огромная мраморная столешница с двумя раковинами и зеркалом с подсветкой.

Я присоединилась к своему мужчине. Алекс включил режим прохладного тропического душа.

Мы снова не могли оторваться как два грёбаных магнита. Нас безудержно тянуло друг к другу. О такой любви я знаю лишь из книг. Но это происходило со мной.

Здесь.

С ним.

С мужчиной, который убивает.

Пытает.

Не моргнув глазом может застрелить. А со мной такой ласковый котик, словно и не способен на подобное.

Он намылил губку, я повернулась к нему спиной. Он откинул мои волосы на одно плечо и нежно водил по моему телу пеной, периодически целуя в основание шеи и плеча.

Через пару минут темный бог снова стоял передо мной на коленях и раздвигал бедра.

Я чувствовала себя его королевой.

Он снова возбуждал меня, наполнял наслаждением, доводил до сладостной истомы. До помутнения сознания. Ноги подкашивались. Он подхватил меня и прижал к прохладной стене.

Целовал. Сначала трепетно. Потом горячо.

— Моя! — прошептал он и убрал мокрые пряди волос за плечо.

Я погладила большим пальцем его скулу, а он прикоснулся губами к мокрой ладони. Закрыл кран.

Мы вышли из душа, надели белые махровые халаты, подсушили волосы феном, и, смеясь, направились на террасу.

Пространство впечатляло.

У него, кстати, роскошная темная спальня с потрясающей кроватью королевского размера. По обе стороны — прикроватные тумбы. За ними: с одной стороны — панорамное окно, с другой — стеклянная дверь на террасу.

Вдоль стены тянулся книжный шкаф до самого прохода в коридор.

— Куда ведёт этот коридор?

— В гостиную, в лаунж-зону с бассейном и выходом в сад.

Террасу по периметру освещали яркие фонари. По углам стояли высокие растения в керамических горшках. Открывался завораживающий вид на Балтийское море. Лунная дорожка мерцала в темной воде. Лёгкий теплый ветер приносил солёный аромат и развевал волосы.

В центре террасы нас ждал красиво накрытый стол с белоснежной скатертью. На фарфоровых тарелках несколько видов салатов, тарталетки с красной икрой, мини-брускетты с лососем и сливочным сыром.

В ведёрке со льдом охлаждалась бутылка вина, рядом — бокалы. На отдельной подставке красовались десерты — воздушные пирожные с кремом маскарпоне, шоколадные эклеры и ягоды в прозрачных чашах.

Всё выглядело так изысканно, словно из дорогого ресторана.

Но это не самое главное: кругом стояли огромные коробки с букетами красных роз. Сколько их было тут… Тысяча? Десять тысяч?

— Алекс! — с восхищением воскликнула я, прикрыв рот ладонью. — Когда? Как?

— Неважно. Я решил, что ждать наше свидание слишком долго и начал уже сейчас.

Улыбаясь, подошёл ближе и обнял меня за талию.

— Хочу каждый день видеть твою улыбку.

Я потеряла дар речи. Прижалась к его губам.

— Всё, что происходит сейчас, впервые. Я никогда не думал, что во мне могут проснуться такие чувства. Откровенно говоря, в моей жизни было много женщин, но ни одна не интересовала меня, не говоря о том, чтобы приблизиться к моему бронированному сердцу.

Вы не представляете, как я была рада слышать его признания. Внутри меня тоже всё кричало о любви. Звенело. Переполнялось радостью.

Окунаясь в эту атмосферу, я вдруг вспомнила строки из книги Антуана де Сент-Экзюпери и, улыбнувшись, начала цитировать:

— На твоей планете, — сказал Маленький принц, — люди выращивают в одном саду пять тысяч роз… и не находят того, что ищут…

Алекс улыбнулся и продолжил, глядя мне прямо в глаза:

— Не находят.

Я удивлённо приподняла бровь и продолжила:

— А ведь то, что они ищут, можно найти в одной-единственной розе…

Он наклонился ближе, и кончик его носа медленно скользнул по моей щеке.

— И, похоже, я её нашёл.

Я никогда не была так счастлива. Никогда прежде не чувствовала ничего настолько глубокого, пронизывающего.

Настоящего.

— Ты читал? Откуда ты знаешь?

— Я жил с дядей с четырнадцати лет. А до этого моя мама была учительницей русского языка и литературы. Мы много читали вместе. Эта книга была одной из её любимых.

— Расскажи мне о своей семье.

— Обязательно. Но не сегодня.

Он легко подхватил розу, протянул так, что лепестки коснулись моих губ.

— Примешь ли ты эту розу? — я спародировала популярное шоу «Холостяк». Он игриво нахмурился.

— Это из одного шоу, где девушки боролись за сердце одного богатого мужчины, — с улыбкой пояснила я.

— Тогда примешь ли ты эту розу? — дразня, повторил он. — Только учти, выбыть из проекта уже нельзя. Ты подписала пожизненный контракт со мной.

— Правда? — зафлиртовала я, играя кончиком пальца с лепестком.

Он медленно наклонился ближе, едва касаясь моих губ. Его тёплое дыхание скользнуло по коже.

— Например… вечность целовать тебя, — прошептал он и слегка задел мои припухшие губы. — Вечность снимать с тебя всю одежду, — продолжал говорить тем же низким, соблазнительным голосом. — Вечность заставлять стонать моё имя.

Каждый нерв вспыхнул, словно брызги бенгальского огня.

— Мне нравится этот контракт, — я поцеловала его в уголок рта.

— И самое главное условие, — он провёл горячими подушечками пальцев по моей скуле, — я не отпущу тебя. Ты моя.

Я покорно приняла розу.

Он смотрел на меня с откровенным восхищением:

— Ты неподражаема.

Я вдохнула аромат цветка и аккуратно положила его на край стола.

— Присядем, — предложил он.

Алекс галантно отодвинул для меня светлое кресло и сел рядом. Он придвинул к себе салат с креветками и ананасом, я — с ростбифом и гранатом.

— Завтра поедем гулять по Калининграду?

— Конечно. Ты когда‑нибудь слушала орган?

— Нет. Но мне говорили, что от него мурашки бегут даже внутри.

— Это правда. Тебе понравится, — он наколол креветку на зубчик вилки и отправил её в рот.

— Ты отложишь дела? — я налила воды из графина.

— Постараюсь решить всё в первой половине дня.

— Постарайся, — проворковала я и сделала пару глотков. — Когда ты в последний раз был на романтическом свидании?

— Я похож на человека, который ходит на романтические свидания? — рассмеялся он.

— Значит, в первый раз? — я расплылась в улыбке.

— С тобой — всё в первый раз.

— Честно говоря, у меня тоже.

— Ты мне льстишь. У тебя же был муж.

На последнем слове он наморщил нос.

— С ним всё было иначе. Я не чувствовала того, что чувствую с тобой. Как думаешь, истинная любовь существует?

— Не знаю.

— Только… — я вдруг замолчала.

— Что только? — он нахмурился и отложил вилку.

— У нас не будет детей.

— Не говори так, — он придвинулся и взял мои холодные руки в свои. — Ты пройдёшь обследования в лучших клиниках. Мы во всём разберёмся. Это может быть ошибкой. Но я приму любой исход. Ты всё равно никуда от меня не денешься. А теперь улыбнись и попробуй малину со взбитыми сливками. Это очень вкусно, — уверенно и тепло проговорил он, вселяя в меня надежду.

Алекс показал искреннюю белоснежную улыбку и пленил теплом голубых глаз.

Он взял чистую десертную вилку, подцепил ягоду, обмакнул в пористые сливки и поднёс к моим губам.

— Хочешь повысить мой уровень эстрогена? — кокетливо улыбнулась я, зная, что малина, клубника и молочные продукты считаются полезными для женских гормонов.

Я съела ягоду, а он аккуратно промокнул салфеткой уголок моих губ.

— Конечно. Он нам пригодится каждый день, — лукаво улыбнулся он.

— Тогда тебе стоит закинуться гребешками или заказать устриц, — рассмеялась я.

— Креветки считаются? — весело спросил он.

— Вполне.

— Но самым чистым афродизиаком всё равно останешься ты, — соблазнительно и хрипловато прошептал он, наклоняясь ко мне. Ласково сдвинул халат с моего плеча и коснулся его губами. — Вина?

— Пожалуй. Снова становится жарко.

Он приподнялся, с другого края стола вытащил из ведра со льдом бутылку красного вина и разлил по бокалам. Один протянул мне.

— Знаешь, я хочу, чтобы ты верила только мне. У нас много врагов. Что бы тебе ни говорили даже Данил, сначала приходи ко мне. Поделись со мной, а уже потом делай выводы и принимай решения.

Я покорно кивнула.

— Данил же твой брат. Ты ему не доверяешь?

— Доверяю. Но в последнее время он словно заноза в заднице, — усмехнулся Алекс.

— Я поняла. Буду осторожна.

Мы сделали по глотку вина.

— Почему ты не улетела сегодня? Ведь дело не в том, что ты хотела кого-то заменить.

— Интуиция подсказывала, что мне нужен этот танец. Чтобы увидеть тебя в последний раз. Прости… Я не думала, что всё обернётся именно так. Ты мог сегодня застрелиться. Мог проиграть, — печально произнесла я на одном дыхании.

— Тогда в тебя бы пихал член этот ублюдок. Я не мог этого допустить.

— Ты сильно рисковал.

— Это было оправдано. Я не мог спокойно смотреть, как он облизывается и голодными глазами пялится на тебя, не то что ты останешься с ним наедине… Он психопат. Он творит страшные вещи.

— Какие?

— Тебе лучше не знать. Я надеюсь, что смогу уберечь тебя от этого грязного мира.

Алекс накрыл мою руку на бедре своей и ласково сжал.

— Я не обещаю тебе долго и счастливо как в сказке, но обещаю, что буду любить и беречь тебя до последнего вздоха, — произнёс он, глядя на меня с кристально чистым блеском в глазах и перекладывая крепкие ладони на мои пылающие щёки.

Вы бы слышали, как забилось моё сердце от этих слов. Оно будто делало тройное сальто.

Ликовало. Захлебывалось счастьем.

Меня словно окунули в расплавленный шоколад, как сочную ягоду в фондю.

Я сглотнула.

И в этот момент растаяла.

Растворилась.

Растеклась.

Призналась.

— Я обещаю тебе дорожить каждым мгновением с тобой, пока бьётся мое сердце, — накрыла его руки своими ладонями.

Наши губы замерли в пару миллиметрах друг от друга. Дыхание обжигало кожу. Учащалось. Атмосфера снова затрещала от искр наших чувств.

Этот мужчина с трепетом и волнением поцеловал меня. Забрал мое сердце. Высосал душу. По коже скребли мурашки. Поглощали. По моим венам словно пускали самый чистый эликсир любви.

И его имя Алекс.

Мы доели остывший ужин и устроились на диване с видом на море, медленно потягивая вино.

Идеальная ночь.

Он обнял меня. Я сама не заметила, как уснула на его плече.

Сквозь сон почувствовала, как его руки осторожно обвили мои ноги и спину. Алекс прижал меня к себе и бережно перенёс в мягкую постель. Лег рядом и обнял за талию.