ГЛАВА 5

ОЛИВИЯ

— Я не разрешала входить, — «поприветствовала» гостью, — Или хотя бы стучаться не учили? — ноги совсем ослабли, и я не спешила вставать и приветствовать сестру. Но старалась не показывать своей слабости, пыталась держаться уверенно, скрестила руки на груди и нахмурилась. Иначе она учует «кровь» и тогда мне не сдабривать. Сейчас сил нет давать ей отпор. Только я обрадовалась, что муж-ловец умчался из дома и можно не переживать, как сестрица решила выяснить отношения.

Ее приходу была не удивлена, но запереться не успела.

— Я сейчас тебе по голове постучу! – зашипела Бэт, — Неужели ты думаешь, что раз потеряла память, я тебе не напомню? Раньше тебя защищал отец, потом муж… Бедняжка Лив, — передразнила, изображая жалобное лицо, — Но теперь он и пальцем не пошевелит, чтобы заступиться за свою жёнушку.

— Не ты ли этому поспособствовала? — как же родственница довольна этим фактом.

— Ты и сама прекрасно справилась, — ухмыльнулась, намекая на предыдущий разговор, — И сейчас даже руки не стану марать. Не хочу расстраивать Питера.

— Ты спишь с мужем сестры...

— Он и предназначался мне... Это все ты! — прошипела, нависая змеёй.

— О чем ты?

— Лучше бы ты сдохла... Но нет, ты, как обычно, доставила всем проблем.

Слышать такое было неприятно. Девушка же говорит это родной сестре, она же не знает, что ее тело заняла другая.

Что отношения четы Гринувэйев дали трещину и случился разлад ясно как божий день, но как давно это произошло? И как давно Бэт является любовницей и греет чужую постель, через стену от законной жены. Надо же иметь гордость...

— Дождались бы официального развода... — упрекнула за их связь.

— Я его истинная, — уперла руки в боки, выпячивая грудь вперед, — Он наконец это осознал. А истинные связи не грешны. А вот что сотворила ты! — ткнула указательным пальцем чуть ли не в нос.

Я ничего не знала ни про истинные связи, ни про то, что сотворила прежняя владелица тела, что ее сестра стала ненавидеть. Если они истинные, то почему он женат на Оливии? Как же все запутано, с больной головой не разобраться…

— Это все мое... И Питер, и дом! — не стала ее злить и говорить, что мужчина не вещь и не помешало бы следить за языком и быть осторожной в таких высказываниях, — Ты все присвоила незаконно! Почему я должна переживать о тебе?! Ты же не переживала, когда увела жениха у родной сестры?!

— И не нужно мне тут про любовь… — не дала даже что-то сказать в свое оправдание, — Я долго ждала... — мой ответ, похоже, и не требовался.

— Поздравляю... Открытку на свадьбу присылать не нужно...

— Не веришь, что вы разведетесь? — поняла мое спокойствие по-своему. Меня же не задевало, потому что это не мое прошлое, никаких эмоций к ней не испытываю. Ну кроме легкой неприязни. Мне в целом такие люди неприятны, и я бы с ней дружить не стала. Слишком она наглая, это чувствуется, и даже не будь этого всего, характер у сестрицы еще тот. Стерва...

В разводе я и сама заинтересована, мне лучше как можно дальше оказаться отсюда для своей же безопасности.

— Ты не получишь ничего! Ни гроша... Отправляйся в свою глухомань, которую оставила в наследство твоя матушка. И я позабочусь, чтобы клеймо было на самом видном месте!

Только клейма мне не хватало. Надеюсь, не на лбу?! Получается, тут при разводе девушке ставится метка, чтобы все видели, что она порченная и с ней лучше не связываться. Это осложняет дело...

А вот наследство не помешает, пусть и худо-бедное... Надо выяснить о чем она говорила. И раздобыть первым делом книги о бракоразводных процессах, если такие имеются. Мироустройство оставим на потом, сейчас бы совсем с носом не остаться. Или с клеймом на носу…

— Я устала… Оставь меня в покое, — немного расслабилась оттого, что сестра не накидывается с кулаками и мне не нужно искать предмет потяжелее, чтобы от нее отбиться.

Поскорее хотелось остаться одной и подумать над дальнейшими действиями. Заклейменной быть не собиралась, значит, надо разобраться как это избежать.

— Ты меня не проведешь, — она прищурилась, будто ждала еще чего-то.

— О чем ты?

— Ты же все помнишь и специально решила разыграть этот театр? Да? — не спешила уходить, а выдвинула еще одни обвинения, желая убедиться в свое правде.

— Нет…

— Это не поможет тебе и моей жалости ты не получишь.

— Мне она и не нужна.

— Запомни, ты больше здесь никто! — Бэт скривилась, хотела еще что-то сказать, но развернулась и ушла, оставляя последнее слово за собой.

Пусть думает что хочет, а мне нужно отдохнуть. 

Заснула быстро, но спалось ужасно. Стоило закрыть глаза, как в голове проносились страшные картины того, что меня разоблачат и что-то сделают. Вдруг попаданцев здесь как ведьм в средневековье привязывают к столбу и сжигают на костре. Или, быть может, ставят клеймо на лбу и отправляют в темницу… Одна картина не лучше другой.

Меня затошнило, я рывком села на кровати, отчего перед глазами все поплыло. Невыносимо хотелось пить. Покосилась на тумбочку, графин был пуст. Поднялась, направляясь в ванную. А когда распахнула дверь, громко вскрикнула от неожиданности.

— Госпожа, простите, я не хотела вас напугать, — ко мне подбежала молодая девушка.

— Что вы здесь делаете? — не слышала, чтобы кто-то заходил.

— Ну как же. Убираюсь…

— Сейчас. Вы другого времени не нашли?!

— Я же всегда убираюсь в пять утра, чтобы все было готово к вашему пробуждению, — думала, еще ночь, а, оказывается, дело близится к рассвету, а я по-прежнему чувствовала себя усталой и неотдохнувшей.

— Вы кто?

— Вы что же меня не помните?

Отрицательно помотала головой.

— Я Милти. Ваша служанка, — она всхлипнула и чуть ли не заплакала.

Девушке на вид было около семнадцати-восемнадцати лет, волосы темные и грубые черты лица, немного цыганской внешности, крупные глаза и нос, полные губы.

— Это все из-за того зелья, да? — спросила жалобно.

— Это ты мне его дала?

— Да.

— Зачем ты меня отравила?

— Нет-нет, — она бухнулась в ноги, хватаясь за подол сорочки, — Вы сами приказали его раздобыть. Вульда говорила, что он опасен… Вы чуть не умерли… Простите меня, не выгоняйте…

— Все хорошо, я не сержусь, — попыталась поднять ее на ноги, но чуть сама не упала.

— Правда?

— Да. Ты можешь принести мне воды? — горло совсем пересохло.

— Сейчас… Я быстро… — служанка убежала, а я добралась до раковины и умылась холодной водой, печально глядя на свое отражение… На меня по-прежнему смотрела Оливия Гринувэй, а не Оля Гринева. Как же мне хотелось, чтобы все это был просто сон.

Милти действительно быстро обернулась, я даже не успела дойти до кровати.

Она помогла улечься, накрыла одеялом и протянула воду. Жадно пила и думала, что хорошо все же что у Оливии есть служанка. Девушка наверняка много знает и поделится со мной информацией, которая сейчас весьма кстати.

— Так кто такая Вальда? И для чего я просила то средство у нее? — протянула пустой стакан, который Милти приняла с дрожащими руками.

— Госпожа… Я не знаю… — произнесла еле тихо, отводя взгляд в пол, что я ей, конечно, не поверила.

— Милти… — сделала голос строже, чтобы не думала отвертеться.

— Вам сейчас нельзя переживать… А вдруг вы ничего так и не вспомните… Тогда лучше и не знать… — мяла руками передник.

— Это я сама решу.

— Да… Простите… Вильда — это колдунья. К ней обращаются женщины с разными просьбами… В основном, если не могут забеременеть…