Глава шестнадцатая

***

Княжна находилась с другими претендентками, в окружении слуг и стражей, а вот Ринэль стояла вдали от остальных сопровождающих. Лучшей возможности поговорить с ней могло не представиться.

Серам создал небольшую завесу из тьмы, которую невозможно уловить человеческому глазу и, укрывшись ей, подошёл к стражнице. Так на них не станут обращать внимания, и никто не услышит их разговора.

– Привет, – просто поздоровался Серам, как делал это и раньше.

– Добрый день, сир, – учтиво, как и всегда, поприветствовала Ринэль, – Вас что-то тревожит?

– Немного, – уклончиво отозвался Серам. – Скажи… девушки, о которых говорила княжна: Эмма и Ви – твои подруги?

На губах Ринэль появилась лукавая улыбка.

– Мне показалось, вы сказали, что вам знакомы эти имена.

Серам передёрнул плечами.

– У меня нет причин не доверять словам Аяны, но я не могу знать всех истинных в Долине. Их слишком много. Поэтому, буду признателен, если ты немного просветишь меня. – Истинных не представляли ко двору и сейчас Серам решил, что это большое упущение. И хотя за столько лет проблем с ними не возникало, не лучше ли отслеживать судьбу каждой?

Ринэль с готовностью кивнула.

– Эмма Ларс. Истинная сержанта Гросса, он служит в вашей армии, сейчас находится на строительстве верфи. И Вивьен Пер – она появилась в Долине сравнительно недавно, но легко приняла часть тьмы супруга – господина Акселя, он служит в казначействе. Обе девушки добросердечны и порядочны, я давно поддерживаю с ними дружеское общение. Они охотно вызвались помочь, здраво рассудив, что для княжны будет полезно пообщаться с другими истинными. Да и помощь ей не помешает, всё лучше, чем быть одной во враждебной для неё среде…

– Подожди, – Серам выставил руку. – Ты сказала, они сами предложили тебе познакомиться с княжной?

Ринэль задумалась.

– Ну да, всё верно. Когда я рассказала, к кому меня приставили, рассказала о судьбе княжны, Ви… или… нет. Кажется, Эмма первой предложила познакомить их с Аяной.

Серам подавил вздох.

– В таком случае, ты должна была незамедлительно доложить об этом мне.

Ринэль обескураженно моргнула.

– Но Эмма и Ви мои подруги, я доверяю им как себе и…

– Никому нельзя доверять, – спокойно произнёс Серам. – Особенно, когда речь идёт о твоей службе, о безопасности человека, к которому тебя приставили. Ты же воин, Рин, – добавил уже мягче. – Вспомни, Аяна рассказывала вам о том, что хорошо разбирается в травах?

Ринэль поджала губы, задумавшись.

– Кажется, я не уверена.

Серам нахмурился.

– Это очень важно, постарайся. – И не стал говорить о том, что в противном случае, ему придётся прибегнуть к более жёстким принудительным мерам.

– Эмма спросила княжну, разбирается ли та в травах… А когда она ответила, что немного, Эмма начала перечислять, какие растения есть в Долине. Ещё… она сказала, что вела записи с рисунками… – глухо закончила Рин, подняв на Серама растерянный взгляд. – Я ничего не понимаю. Какое это всё имеет отношение к покушению на Миланскую, разве она не сама себя отравила, чтобы оклеветать Аяну?

Серам насилу улыбнулся. Вообще, насколько это возможно.

– Послушай, а ты знаешь, у этой Эммы и сержанта есть дети? – Ринэль отрицательно покачала головой. Серам нахмурился. – Я помню сержанта Гросса, истинная у него появилась довольно давно, значит, она приняла часть его тьмы, но… почему они до сих пор не обзавелись ребёнком?

– Разве это странно? – озадаченно спросила Рин.

Серам вздохнул. Он и сам с трудом понимал.

– Обычно… драконы стремятся как можно быстрее передать часть силы наследнику. Да и вообще… продолжение рода очень важно. Ведь, если истинная погибнет, то погибает и дракон. Есть риск остаться вообще без детей. К тому же… тьма влияет на разум истинных и только рождение ребёнка несёт облегчение…

– Вы думаете… тьма как-то повлияла на Эмму? – в глазах стражницы читалось неверие.

Серам тряхнул головой.

– Сделай для меня кое-что.

– Всё, что угодно, сир… – понуро отозвалась Ринэль.

«Какая же она ещё несмышлёная… Как много ей предстоит узнать и… познать боль предательства…»

Коротко изложив свой план, не раскрывая его деталей, а только передав, что именно Ринэль предстоит сделать, Серам вернулся к своим «невестам». На самом деле интересовала только одна.

Чем больше он узнавал Аяну, тем больше забывал о своей цели вернуть истинность. Тем больше основной замысел по устранению и разоблачению Лайсы уходил на задний план. Всем вниманием завладевали пронзительные кристально-серые глаза…

Княжны хотелось касаться. Ненавязчиво, бережно… Ощутить гладкость её бархатной кожи, вдохнуть поглубже, исходящий от неё запах лесов и трав.

Добрая. Нежная. Открытая…

«Почему я не замечал этого раньше? Почему был так ослеплён желанием свергнуть отца?»

– Вы вернулись? – княжна повернулась, встречая безмятежной улыбкой, от которой дрогнуло сердце. – Попробуйте. Чай с душицей, мелиссой, шиповником и мятой, – рядом, по обе стороны от неё, сидели братья. Сосредоточенный Калем, пытающийся что-то рассмотреть на дне своей чашки, и невозмутимый Даррэн, что вытянул ноги на покрывале и любовался безоблачным небом.

В груди снова завозилось это неприятное чувство.

– Благодарю, – учтиво отозвался он, принимая из рук княжны чашку. Мимолётное касание пальцев кольнуло импульсом.

Серам дёрнулся, едва не выронив чашку…

– Вы в порядке?! – обеспокоенно подорвалась княжна, тут же оказавшись на ногах. – Вы же обожглись! – воскликнула с упрёком, хватая его за руки. Странное ощущение повторилось, но уже не было неожиданным.

Серам не мог оторвать от девушки взгляда, завороженно следя за каждой эмоцией на прекрасном нежном лице…

– Ерунда, – отозвался сипло. Позволил драконьей регенерации действовать и через секунду от красноты на пальцах не осталось и следа. – Видите? Можно мне ещё одну чашку чая?

– Хорошо быть таким могущественным, да? – серые глаза искрились необъяснимым гневом.

«Ну да чего же красивая…»

– Вы злитесь? – улыбнулся Серам. – Прошу прощения за мою неосторожность, только не злитесь. Впредь, я буду осторожен.

Княжна кивнула, опуская голову, чтобы скрыть смущение и вернулась на своё место. Потянулась к чайнику, а её рука мелко подрагивала от охватившего волнения.

«Милая…» – подумал Серам, едва сдерживая неуместное желание сесть рядом и обнять её…

***

Только оказавшись в своей комнате, я смогла позволить себе выдохнуть. Устроилась за столом, поднесла руку на свет. Рука как рука. Ничего сверхъявственного не происходило, но тогда почему я так остро отреагировала на обычное прикосновение?

Опустила рукав платья, оголив плечо, но ничего нового не обнаружила. Обычный шрам, что остался от метки истинности. Значит, связи между мной и шаарданом нет, но… я странно на него среагировала. Если верить рассказам, что ходят среди людей, истинность не гарантирует того, что между избранниками зародятся чувства. То есть… любовь к своему истинному так может и не проснуться.

Да я и сама могу сказать по себе, когда пробудилась метка, ничего, кроме отторжения, я не испытывала, а увидев Серама – возненавидела его. Тогда… что изменилось сейчас? Дело в его отношении ко мне?

Дракон оказался не таким уж мерзавцем. С ним не трудно общаться на отвлечённые темы, не тяжело находиться в его обществе. Я ощущала тяжёлую ауру его тьмы, как и других драконов, но… его тьма не пугала. Мне было комфортно.

А вот во время пикника я ни на шутку взволновалась. Мимолётное касание пальцев к пальцам прошлось электрическим разрядом по оголённым нервам. Меня бросило в жар, чаще забилось сердце…

Я кожей ощущала присутствие Серама, тембр его голоса вызывал мурашки и желание зажмуриться от удовольствия. Ну и бред же… Это точно какое-то влияние на меня. Может, ради этого Серам и затеял отбор, чтобы как-то искусственно вызвать во мне чувства, а потом…

Что «потом» я не знала, терялась в догадках.

– Ты выглядишь… растерянной, – обеспокоенно произнесла Рин, садясь на соседний стул. – Или это из-за слов той рыженькой «невесты» сегодня днём?

– Каких слов? – недоумённо моргнула я, посмотрев на свою сопровождающую. – А-а… Ты про Марри Савьер? – догадалась, наконец. Ринэль утвердительно кивнула. – Я уже и забыла, – отмахнулась беспечно.

Рыжая так громко шепталась… было сложно не услышать, как она называет меня позором рода и позором этого отбора. Как можно было в здравом уме отказаться от истинной связи с самим сыном Повелителя – это же такая честь. Действительно…

– Моя мама счастлива в браке, – внезапно произнесла Рин, виновато улыбнувшись. – У меня нет цели в чём-то тебя убедить, я просто… констатирую факт. Драконы не так ужасны, к своим истинным относятся с уважением, заботливо. А уж после появления на свет наследников, многие в корне меняют своё отношение. Нередко в таких парах зарождается настоящая любовь. Не у всех конечно…

– Твоя мама рассказывала об отношениях с твоим отцом до твоего появления на свет? – заинтересовалась я.

Лицо Ринэль озарила улыбка.

– Она говорила, что была напугана. Но её с детства готовили, рассказывали об обычаях, об истинности. Папа показался ей пугающим, холодным, неприступным. Она не знала, как себя вести. Но он не торопился, хотя церемония венчания прошла почти сразу после пробуждения метки. Не настаивал на близости. Это сыграло свою роль.

– Я рада за твою маму, – искренне произнесла я. – За тебя и твою семью. Видно, что тебя растили в любви и заботе.

– Мой папа… – Ринэль замялась. – Он близкий друг Серама Оэрана. И чем-то очень похож на него, так что маме было непросто. Я могу немного понять тебя…

Я добродушно улыбнулась и погладила Рин по руке.

– Ты не должна ни за что чувствовать свою вину. Серам он… наследник, я должна была понимать это. Но мы слишком разные, воспитанные по разному, в разных условиях, у нас слишком разные взгляды на брак и семью…

– Глядя на вас, так сразу и не скажешь, – иронично прокомментировала она. Перекинула косу на спину и приосанилась. – Завтра… после похода за костюмом для бала-маскарада, не хочешь прогуляться к водопаду? Развеемся немного, отдохнём от общества драконов, – предложила Рин, заговорщицки подмигнув.

– К водопаду? – задумалась я и улыбнулась. – Звучит неплохо.

– Только… ты не против, если я приглашу Эмму и Ви с нами? – испытывая неловкость, спросила она.

– Ум-м… – я всё ещё настороженно относилась к своей сопровождающей и её подругам, и вряд ли бы согласилась на её предложение, нашла бы способ вежливо отказаться, но… был один существенный фактор. Провожая меня сегодня до комнаты, Серам попросил кое о чём. Мысленно. Чтобы никто не услышал. – Почему нет, – согласилась воодушевлённо. – Вместе веселее.

– Вот и отлично, – облегчённо выдохнула Ринэль.

По сути я не знала, что происходит и какую роль Рин и я играем в задумке шаардана, но вот странность… я верила ему. Безоговорочно.

Мои размышления прервал стук в дверь.

– Я открою, – бросила Рин, поднимаясь.

Я вздохнула, взяла чашку с недопитым чаем, потянулась к вазочке с печеньем.

– Ты же не забыла? – в комнату вихрем влетел средний из братьев-шаарданов.

– И вам не хворать, Калем… – отозвалась с улыбкой, ставя чашку на блюдце. – Принесли записки?

– Ещё бы, – хмыкнул он, размашистым шагом пересекая комнату. Впервые я начала искать сходство во внешности Калема с его драконом, которого описывал Даррэн. Ну да, глаза рыжие, кожа смуглая, но волосы, как у братьев больше тёмные. – Что? – не понял он, остановившись у стола. – Почему так смотришь?

– Да просто… – отозвалась, дёрнув плечом. Отвела взгляд, ощущая себя застигнутой врасплох. – Подумала, а как вы с братьями выглядите в облике драконов.

Калем самодовольно хмыкнул, расстегнул пуговицу на манжете и закатал рукав камзола.

– Смотри, – многозначительно вздёрнул бровь, а в следующую секунду на его коже проступили медные с багряным отливом чешуйки.

– А потрогать можно? – спросила ошеломлённо и восторженно одновременно. – А вам не больно? Они кажутся жёсткими…

– Так и есть, – усмехнулся Калем. – По своему свойству чешуя почти как сталь и служит нам бронёй. Но вот на шее и груди шкура тонкая, этим и пользовались охотники за драконами. Стреляли гарпунами в уязвимые места.

– Невероятно… – протянула шёпотом, но потрогать чешуйки так и не решилась. – Спасибо за демонстрацию, – улыбнулась, кладя руки на стол. – Давайте приступим к переводу?

– А, да, – спохватился Калем и полез за пазуху камзола. На стол опустилась стопка перевязанных бечёвкой листов. – Какая-то ерунда, ничего не понятно.

– Да вы присаживайтесь, – усмехнулась, придвигая к себе записки величайшего всех времён исследователя. Это же какая редкость. – Где же вы их раздобыли?

– Не твоего ума дела, – важно отозвался дракон, скрещивая руки на груди. – Тебе нужно только перевести.

– Поняла, – кивнула, скрывая улыбку. – Но это займёт время. Можете пока… отдохнуть, – я неопределённо махнула рукой.

Калем прикрыл ладонью зевок и произнёс:

– Лучше распоряжусь, чтобы слуги накрыли на стол. На вашем пикнике я толком ничего не съел.

– Хорошо, как вам будет угодно, – отозвалась, уже погружаясь в изучение записей Эдвина Гроу. – Рин, мне нужны чистые листы и чернильная ручка. И я не откажусь от морса, буду очень признательна.

– Я поняла, – охотно отозвалась от двери моя сопровождающая. – Сейчас всё будет, – она выскользнула из покоев, а Калем снова зевнул.

– Можете прилечь, – милостиво позволила я, махнув рукой на тахту. – Перевод – процесс не такой быстрый, как хотелось бы.

– Сначала еда, – настоял на своём дракон, а я улыбнулась и приступила к работе.