Глава 55. Угроза

Как и обещал, Пётр вызвал Кая к себе в кабинет в понедельник утром и протянул тому уже знакомую чёрную папку.

— Здесь всё, что мы имеем за последние полгода, — сказал мужчина, глядя на сына. — Изучи это, но никаких деталей, ты понял?

Кай едва заметно кивнул. Ещё бы, узнай хоть кто-то о деталях, трагедии точно не миновать.

— Начало и конечный результат, скорость распространения и общая покрываемая территория. Всё остальное должно исходить от тебя.

Младший взял папку и двинулся к дивану.

— Что с Грозным? — спросил он между делом, доставая листы с графиками.

Пётр сидел в кресле и курил, о чём-то раздумывая.

— Он всё ещё без сознания. Но я надеюсь, что, когда придёт в себя, он укажет на того, кто это сделал.

В кабинете повисла пауза. Кай по-прежнему сканировал бумаги, изучая листы, которые имели наибольшую важность.

— С чего ты решил, что он может это знать?

Их взгляды встретились.

— В день нападения Виктор что-то узнал, — проговорил задумчиво Бестужев-старший. — Что-то такое, что чуть не стоило ему жизни.

Тело Кая напряглось.

— Есть догадки, о чём шла речь?

Пётр выпустил клубок дыма и устало пожал плечами.

— Абсолютно никаких. Всё шло гладко. Даже после ликвидации людей из списка никто не совершал лишних движений. Ответных реакций не поступило, а значит, то, что узнал Грозный, никак с этим не связано.

Младший продолжал изучать бумаги, однако цифры, даты и графики проходили мимо него. Единственное, о чём он мог думать, это как получить заветные копии. Об оригиналах даже мечтать не стоило.

— Я видел, что ты возобновил тренировки, — сказал Пётр, посмотрев с интересом на сына.

Тот отвлёкся от своего занятия.

— Будущие бои никто не отменял, да и победа над Атикусом накладывает некоторые обязательства.

Бестужев кивнул, отвернувшись к окну.

— Ты прав. В сентябре младшему «Ястребу» снова предстоит продемонстрировать всем, на что он способен. И я рад, что мне не нужно напоминать тебе о том, что ещё входит в твои обязанности, кроме тех, которые ты уже успел выучить за прошедшие две недели.

Кай ухмыльнулся. Да уж, забыть об этом не удастся до конца своих дней.

— Где Алекс? — решил увести разговор от неприятной темы он.

— В спортивном центре.

Младший фыркнул, явно удивлённый таким ответом.

— Что-то новое.

Пётр отвлёкся от окна и посмотрел на сына.

— Его человек не выходит на связь. Возможно, чистое совпадение, а возможно, кто-то решил бросить нам ответный вызов.

Уголок губы Кая подёрнулся в ухмылке.

— Скорее всего, совпадение.

Мужчина снова отвернулся к окну.

— Пускай так и будет.

Младший провёл в кабинете отца ещё около часа, а затем, сдав тому заветную папку, направился к выходу, всецело поглощённый мыслями, каким образом заполучить ценные бумаги.

С этих же раздумий началась новая неделя. Тренировки и мозговой штурм. Мозговой штурм и снова тренировки. Время неумолимо шло вперёд. До субботы, до этого чёртового тринадцатого июля — шесть дней, а Кай не двигался с места. Это злило и не давало покоя. Он стал раздражительным и рассеянным, и если на фоне его постоянного угрюмого поведения раздражительность не так бросалась в глаза, то рассеянность вскоре могла привлечь к нему нежелательное внимание.

Пётр всё меньше стал выбираться из особняка. Кай списывал это на панику, которую тот старался не показывать. Но после покушения на Грозного сомнений не оставалось — он испугался. И чем скорее приближалось тринадцатое июля, тем задумчивее и молчаливее Бестужев себя вёл.

Даже Алекс, и тот сбавил обороты, перестав цепляться к Каю по поводу и без него. Его не сильно волновали глобальные вопросы, связанные с Коломенским, а вот отсутствие Давыдова однозначно не давало покоя. Младший часто ловил на себе его подозрительные взгляды, но воздерживался от комментариев. Теперь ссоры с братом стояли на последнем месте в списке его важных дел.

Понедельник незаметно сменился вторником, а за ним также быстро пришла среда, которая сдала пост четвергу, не принёсшему никаких положительных результатов. В пятницу вечером Кай лежал на кровати, глядя на жёлтое солнечное пятно на стене, и тяжело дышал. У него оставалось полдня, и он был больше, чем уверен, что за это время не сможет придумать, как заполучить доказательства. Пётр безвылазно сидел в кабинете и, словно трёхглавый пёс, охранял то, что находилось у него в сейфе и в потайных ящиках стола.

Время работало против него, и Кай прекрасно это понимал. Каждый день ему сыпались сообщения с одним единственным вопросом: «Ты достал?», и каждый раз он отправлял один и тот же ответ, чувствуя, как на том конце провода его получатель не находил себе места. Как и он сам.

Встав с кровати, младший собрал вещи для вечерней тренировки и вышел из комнаты. Спустившись в гостиную, он увидел Алекса. Тот сидел на диване с задумчивым видом и пил коньяк. Кай одарил его презрительным взглядом, намереваясь пройти мимо. Однако находясь почти у самого выхода, он услышал низкий и хриплый голос за спиной:

— Нашли тело Егора.

Не обращая внимания на слова, младший продолжал идти к выходу.

— Ты меня слышал, «мелкий»?

На этот раз обращение звучало чуть громче с явными признаками раздражения. Остановившись, Кай обернулся к брату.

— И что ты прикажешь мне делать? Сидеть и плакать? Или устроить траур с минутой молчания в его честь?

Глаза Алекса сузились до тонких щёлок. Он с силой сжал стакан в руке, продолжая сверлить младшего пристальным взглядом. Тишина в комнате начала раздражать. Кай отвернулся и снова двинулся к выходу.

— Перед смертью его пытали.

— Наверное, хотели помочь избавиться от грехов, — бросил на ходу он. — Мученики нынче в почёте.

На этот раз старший вскочил с дивана и быстрым шагом направился к Каю. Тому ничего не оставалось делать, как снова остановиться и обернуться к несущемуся на него брату.

— Слушай, ты…

Алекс схватил Кая за край серой толстовки и потянул его на себя.

— Я знаю… Нет, я уверен, что в его смерти виновен ты.

На губах младшего появилась холодная усмешка.

— Это уже что-то новое, — произнёс он, не реагируя на его действия. — Сначала я был предателем, потом тайным поклонником твоей невесты, затем строил козни с маленьким Каспером, а теперь…

Но он не успел закончить фразу. Мощный кулак Алекса, просвистев в воздухе, врезался в челюсть с левой стороны. Это стало неожиданностью, однако Кай сумел устоять на ногах. Коснувшись того места, куда Алекс нанёс удар, он выпрямился и сказал:

— Надеюсь, тебе от этого стало легче, и ты прекратишь нести всякую чушь, рисуя в своём больном воображении то, чего нет.

Глаза старшего полыхали от ярости. Он ненавидел Кая. Его насмешки сводили с ума. Алекс был уверен в своей правоте, но доказать ничего не мог.

— Это ты убил его, — прорычал он. — Больше некому.

Фыркнув, младший с сарказмом произнёс:

— Так иди и пожалуйся папочке.

Его губы растянулись в презрительной улыбке.

— Расскажи ему очередную байку о непутёвом брате, и в этот раз тебя сошлют за Полярный Круг, вербовать пингвинов.

Алекс с силой сжал кулак, словно собирался нанести ещё один удар. Ему потребовалась вся выдержка, чтобы не сделать этого во второй раз, иначе драки в стенах дома точно не миновать. Он ещё несколько секунд испепелял младшего глазами, полными дикой ненависти, а затем тихо сказал:

— Я найду доказательства.

— Ищи. Смотри только, как бы Провидение не нашло тебя первым.

И, развернувшись, Кай пошёл к двери, ведущей к выходу из особняка. Он понимал, что эта ссора могла выйти ему боком, но найти силы сдержаться не получилось. Каждый раз, видя Алекса, перед глазами вставал образ Саши. Её страх и паника. Слёзы и те жуткие синяки на теле, которые оставил этот ублюдок. Утешало лишь одно: скоро правосудие доберётся и до него. Никто не останется безнаказанным… Обещание уже дано… Ей и самому себе…

Неважно, что придумает старший, пытаясь найти улики, которых не существовало. Неважно, какие небылицы он расскажет, ведь младший «Ястреб», каратель и правая рука Петра Бестужева надёжно закрепил за собой свой пост и получил безграничное доверие отца, пошатнуть которое не мог никто. Никто, кроме самой Судьбы, если Она вновь не решит изменить правила, внеся в Свою игру новые переменные, способные повлиять на её исход. Ещё одного форс-мажора он не выдержит.

Субботнее утро началось ровно в пять. Лёжа в кровати и рассматривая потолок, Кай окончательно убедился в своём провале. Отправив сообщение, содержащее всего три слова: документов не будет, он лишь надеялся на то, что тех улик, которые смог достать, и голосовой записи хватит, чтобы раз и навсегда раздавить Петра, лишив его всего, чего тот успел добиться. Если же нет, то под удар будет подставлен не только он сам, но и те немногие люди, которые были ему по-настоящему дороги.

Чехарду тревожных мыслей прервал входящий вызов. Звонил Пётр. Нахмурившись, Кай взял мобильный.

— Что случилось?

— Виктор пришёл в себя.

Пётр нервничал, и младший это слышал.

— Я еду к нему. Он хочет мне что-то сообщить.

Кай не верил своим ушам. Встреча была назначена на одиннадцать часов утра. То, что стояло на карте, имело громадное значение. И именно в этот день Пётр принимает такое необдуманное и спонтанное решение. Что же такое узнал Виктор, что отец бросил всё и сломя голову нёсся к нему в больницу? Неужели… Ответ, пришедший в голову, заставил Кая побледнеть.

— Ты вернёшься?

— Я приеду сразу на место встречи.

Выдержав короткую паузу, Бестужев добавил:

— Буду ждать вас с Алексом в Коломенском.

С этими словами он отключился. Кай смотрел на свой мобильный и понимал, что другого шанса попасть в кабинет не будет. Либо сейчас, либо никогда. Он встал с кровати и, быстро одевшись, вышел из комнаты. Несмотря на внешнее спокойствие, внутри бушевала буря. Настолько сильная, что взять себя в руки казалось непосильной задачей. Однако Кай осознавал, что излишние эмоции могут привести к неприятным последствиям.

Медленно и тихо, стараясь не вызвать подозрений, Кай спустился вниз и, с несущимся вскачь сердцем, прошёл мимо кабинета отца. Искушение зайти туда сию же минуту было велико, но сначала предстояло вывести из строя систему наблюдения Петра, а именно: того, кто следил за всем тем, что творилось в доме. Подойдя к месту, он открыл дверь и вошёл внутрь.

Всё случилось тихо и быстро. Кровь ещё одного человека не пугала его, тем более когда вопрос касался жизни и смерти. Выведя из строя камеры, которые находились в кабинете, Кай покинул наблюдательный пункт и быстрым шагом двинулся к цели. Ему понадобились секунды, чтобы преодолеть то короткое расстояние, связывавшее эти две комнаты.

Войдя внутрь, Кай сразу же бросился к столу. Вероятность того, что отец оставит ценные бумаги прямо там ровнялась нулю, но чем чёрт не шутит. После тщательных поисков стало ясно, что искомые бумаги находились где-то в другом месте. В ход пошли ящики, которые так же оказались пустыми.

— Да где же вы, чёрт бы вас подрал?

Кай метался от одного шкафа к другому, хотя сам понимал, что такие вещи не хранятся на видном месте. После быстрого сканирования кабинета, его взгляд остановился на сейфе.

— Твою ж мать!

Он подошёл к невысокому чёрному ящику и, смерив взглядом кодовый замок, ударил рукой по металлической стенке.

— Чёрт!

— Я бы на твоём месте поаккуратнее относился к дорогой мебели.

Младший резко обернулся и увидел в дверях кабинета Алекса. На лице того сияла довольная улыбка, а в руке он держал пистолет.

— Я же сказал, я докажу, что ты не тот, за кого себя выдаёшь.