4. Драконий огонь

— Что с твоим отцом? — однажды спросил меня дракон, проходя мимо комнаты, в которой я убиралась и глотала горькие слёзы.

— Он сегодня не смог даже поесть, он слишком слаб, я не знаю, что с ним, я очень боюсь, что он умрёт, — не в силах больше сдерживаться разревелась я на глазах у Архиала.

— Если он умрёт, ты сможешь обратиться с ходатайством об отмене приговора, вернёшься в мир, будешь продолжать жизнь, так что для тебя это даже лучший исход.

— Как вы можете так говорить, у вас совсем нет сердца. Он же мой отец, я люблю его, — вскричала я, вложив в свои слова максимум осуждения и обиды.

— Я не умею любить, не знаю, что это такое, — спокойно ответил мне дракон и добавил, — но если рассуждать здраво и логически, я прав.

Бросив в сторону дракона гневный взгляд, я продолжила тереть тряпкой поверхность стеклянного столика, вымещая на нём всю свою злость.

— Ладно, не злись так громко, — видимо сегодня к Архиала возникло желание поговорить со мной, а может он хочет мне помочь. — У меня от твоих мыслей уже голова болит. Что нужно твоему отцу, чтобы поддержать его?

— Я не знаю, — буркнула я, — ни один лекарь его болезнь не разобрал, лечили всем, чем могли, но ничего не помогало.

— Драконьим огнём пробовали? Это конечно очень болезненно, но возможно поможет.

— У нас не было драконьего огня, чтобы попробовать это средство, к тому же все лекари наперебой отговаривали от кардинальных мер, говоря, что у него от боли, которую он вызывает, может не выдержать сердце, — вспомнила я череду из тех, кто приходил к нам, когда отец уже сам не мог передвигаться.

— Он всё равно умрёт, не лучше ли попробовать то, что ещё не пробовали, вдруг поможет.

Он рассуждал о смерти так просто и спокойно, а у меня внутри всё переворачивалось от одной мысли, что я смогу потерять любимого родителя.

— Здесь нет ни одного лекаря, который бы смог мне продать огонь, да и денег у меня тоже нет, — грустно ответила я, опустив взгляд в пол.

— Зачем тебе лекари? Перед тобой настоящий дракон, я дам тебе огня, сегодня я добрый, — Архиал растянул свои губы в щедрой улыбке и подошёл ближе ко мне. — Пойдём.

Я не верящим взглядом посмотрела на хозяина замка:

— Куда?

— К твоему отцу, куда же ещё. Давай скорее, пока я не передумал, будешь медлить, я решу, что тебе это не так уж и важно, — в его глазах отразилось лёгкое пренебрежение.

— Я иду, конечно иду, — подскочила я как ошпаренная, бросив тряпки и быстро расправив подол запылившегося платья.

Наша пещера была не далеко, за четверть часа можно было добраться спокойным шагом, но, выйдя из замка, Архиал поднял руки к небу, резко встряхнул ими, и я увидела, как его кожа покрывается чешуёй золотистого цвета. Это было фантастическое зрелище. Трансформация человеческого тела в чешуйчатую тушу золотого дракона с огромными крыльями и роговыми отростками на голове, шее и по хребту. В лучах солнечного света он весь переливался золотом, а я, смотря на эту красоту, на мгновение забыла как дышать.

— Показывай дорогу! — глубокий рык из горла животного плохо походил на человеческую речь, но я его поняла.

— Хорошо, сейчас, — поспешила я, быстро передвигая ногами по каменистой местности в направлении нашего с отцом прибежища.

Я бежала, часто оборачиваясь на Архиала, и не понимала, почему он медлит. Лишь когда тот взмахнул крыльями, я поняла, почему он не спешил. За два взмаха он поднялся так высоко в небо, что превратился в золотую точку на голубом небосводе. Я не останавливалась, а дракон планировал кругами над моей головой, лишь когда я добежала до той скалы, в которой находился мой отец, золотой дракон спикировал вниз, сложив крылья и шумно опустившись на землю.

— Выведи его на улицу, — прорычал дракон.

— Он не ходит, — жалобно пропищала я, но тут же поняла, что это полностью моя проблема. — Сейчас, подождите, пожалуйста!

Влетев в пещеру, я стала спешно тянуть своего родителя за тонкое одеяло, пытаясь волоком переместить его на улицу. Отец мычал и что-то пытался мне сказать, но у него ничего не получалось. Не говорил он уже несколько дней. Еле справившись с той тяжёлой для меня ношей, я распрямилась, показывая дракону больного.

— Уйди внутрь, — прорычал Архиал, и я скрылась за стеной пещеры, с беспокойством выглядывая из-за неё.

То, что происходило дальше, было похоже на страшный сон. Золотой дракон набрал в себя побольше воздуха, сильно раздув свои бока, и выдохнул огонь. Пламя голубого цвета низким шевелящимся обручем загорелось вокруг отца, подбираясь всё ближе к телу, но не касаясь его. Странным было то, что не полыхнуло одеяло, на котором лежал больной, не загорелись его одежды. Голубой огонь подбирался именно к телу, и как только первые язычки этого пламени дотронулись до его кожи, отец резко дёрнулся и замычал от боли.

Я выбежала из своего укрытия, но дракон выкинул своё крыло, чтобы я не могла подойти ближе.

Удерживая меня, он дыхнул огнём ещё раз, вызвав дикий крик и стенания изо рта отца, я видела, как его кожа покрывается голубыми жилками огня и будто на себе ощущала саднящую жгучую боль.

— Лайла, что это? Помоги мне!

Я попыталась сдвинуть крыло дракона в сторону, но оно крепко припечатало меня к каменной стене пещеры, не давая даже пошевелиться.

— Хватит, прошу, ему больно, перестань, — закричала изо всех сил, привлекая внимание Архиала, но он меня не слышал, делая следующий выдох струёй огня.

— Лайла, где ты? Лайла! — кричал отец, а у меня из глаз текли ручьями слёзы бессилия.

После третьего выдоха дракон отпустил меня и, взмахнув крыльями, взмыл в небо.