Глава 7 · Долги

Начали мы с самых примитивных печатей. Эфира у меня было очень мало, а Геллер настаивал на том, что без воплощения символов любые тренировки бессмысленны. И я сразу понял, почему считалось, что «познавшим мир» стать в разы сложнее, чем стихийником. Ни одного самого простого знака я воплотить так и не смог. Чем, кстати, был изрядно взбешён. Я, конечно, не показывал этого, но я правда считал, что у меня всё выйдет с первого раза. Конструкты же я держал в памяти, а они гораздо сложнее по структуре, чем примитивные печати.

— Да твою же! Чтоб тебя предки всю жизнь дрючили! — рявкнул я, впустую потратив очередную порцию эфира. — Что я делаю не так, маэстро?

— А вы думали, Алексей, овладевших печатями и подчинивших эфир магов случайно называют «познавшими мир»? Сегодня у нас с вами урок смирения.

— Какого к дряни смирения, маэстро? Меня сейчас порвёт от злости!

— Ну, значит, вы плохой ученик. Мы будем продолжать, пока вы не смиритесь, — он улыбнулся. — И нет, я не буду вам ничего объяснять. Не потому что я вредный старик. Просто слова бесполезны. Мы с вами проходим довольно стандартную процедуру сейчас. Единственная разница — у вас эфира маловато.

— А от количества эфира что-то зависит?

— Только степень отравления, — ответил он, всё так же усмехаясь. — Обучение истинной магии — дело затратное, купите после занятий эликсиры по тому списку, что я вам прислал. И, кстати, время закончилось. Вам пора на выход.

— Я могу тренироваться самостоятельно? Принцип я вроде понял, маэстро?

— Хотите сэкономить? Я не против. Когда у вас ничего не получится, запишитесь на следующее занятие. И да, советую вам тренироваться в заклятом мной покое на вашей Базе.

— Да при чём здесь экономия? Я не хочу сэкономить. Просто не хочу тратить ваше время на эти бесплодные попытки.

— Алексей. Тренировки без уже инициированного мага дают прогресс в десятки раз более медленный, чем рядом с ним. Это просто факт, установленный практикой. Решать вам.

— Рядом? То есть важно присутствие?

— Всё верно. И если вы спросите про Серну, то сила, а главное — степень «познания мира» тоже важны.

— Тогда запишусь на завтра!

— Нет. Сперва полный комплект эликсиров. Потом занятия. Перерыв два дня. Ну или делайте со своим организмом что хотите, но не в моём присутствии.

* * *

От Геллера я выскочил жутко раздражённым. Поэтому, принимая звонок Вики, рявкнул:

— Ну что? — правда, сразу попытался исправиться, — привет, Вик. Не самое лучшее настроение у меня для разговора, прости.

— Оу. Ну тогда позвоню попозже, дождусь, когда настроение появится.

— Серьёзно?

— Нет, Алексей! — о, мамины интонации. Что-то серьёзное. — Мне плевать на твоё настроение. Моё наверняка ещё хуже. Я хочу потребовать с тебя долг. Откажешься — считай, что долга у тебя больше нет. Как и сестры.

— Воу-воу. Ничего себе, как всё серьёзно. Я и в прошлый раз не отказался. Просто ты умница и не стала настаивать на проигрышном для всех варианте.

— Мне твоё зубоскальство выслушивать сегодня недосуг. Я хочу, чтобы ты вызвал на дуэль и убил Евгения Соколова. Твой долг будет закрыт с его смертью.

И отключилась, не дав мне ни слова вставить.

Вот это поворот! Вернее, вот это я попал!

Я замер, глядя в потухший виртуальный экран. Кай вывел на него матерную фразу и закольцевал бегущей строкой.

Женя — неплохой парень, зла я от него не видел. Убивать его мне совершенно не хочется. Кроме того, мне вообще не нужен конфликт с Соколовыми. А он будет. Если я исполню требование сорвавшейся с катушек Вики, спокойно жить в этом районе я не смогу. Рода не прощают убийства своих. Формально, если смерть произошла на поединке, кровную вражду объявить нельзя. Но оставить убийство своего безнаказанным никто себе позволить не может. В том числе поэтому поединки до смерти между представителями влиятельных семей или родов так редки. Никому не хочется втягиваться в круговерть кровной вражды.

Ну ладно, это всё теория, а мне-то что делать теперь? Долг — не ерунда какая-нибудь. Тем более перед родной сестрой. Она рисковала, добывая мне ключ. Да я просто слово дал. Подождать немного и поговорить с ней ещё раз? Разговаривать сейчас она явно не намерена. Да и знаю я Вику. Она, если закусила удила, не успокоится, пока своё не получит. Откажусь я — наймёт кого-нибудь. Но дрянь, почему Евгений-то? Что случилось? Ладно. Мне нужно всё обдумать. Может быть, удастся как-то уладить эту дурацкую ситуацию. Твою мать! Как же не хочется парня-то убивать. Ну что он такого сделать мог?

«Кай. Набери Соколова — младшего», — надо с ним сперва поговорить.

«Ваш звонок переведён. Ждите. Соединяю…»

— Секретарь Евгения Ростиславовича Соколова, Поповцев. Какой у вас вопрос, Алексей Григорьевич?

— К вам никакого. Я могу поговорить с Евгением? — но я уже подозреваю, что нет, звонил я на личный номер.

— К сожалению, сегодня это невозможно. Если у вас есть важный вопрос, вы можете передать его через меня.

— Передайте, господин Поповцев, что если он хочет мне что-нибудь объяснить, у него есть время до вечера.

После чего я, не прощаясь, сбросил вызов. Явно произошло что-то серьёзное, раз Соколов от меня прячется, как нашкодивший мальчишка.

«Кай! Попробуй нарыть в сети, что могло произойти между моей сестрой и Соколовым. Может быть, в Домострое есть какие-то сплетни. Или… ищи, в общем».

«Да, мастер. Уже ищу».

Отличный у меня выбор, надо сказать. Выступить наёмным убийцей или же разорвать связи с собственной семьёй, да ещё и обещание нарушить. И мне вот прямо ни один из вариантов не нравится. Но время до вечера я себе оставил. Я очень не хочу действовать втемную. Если пойму, что у них случилось, может, смогу как-то всё урегулировать без кровь-кишки. Хотя вряд ли, конечно.

* * *

— Привет, милая, — лицо Истоминой на экране бледное, но вроде в остальном нормальное.

— Привет, дорогой барон. Решил проверить, не померла ли твоя невестушка?

— Ага. Как у тебя прошло?

— Прекрасно. Признаков отторжения нет. Завтра включат имплант. А что у тебя стряслось?

— Ничего особенного. Будни бывшего боярского сына. Почему ты спрашиваешь? — я просто не мог себя заставить вывалить на неё всю эту идиотскую историю.

— По твоей наглой морде всё видно, Орлов! У тебя какой-то там кризис очередной. Давай колись, в чём дело. Чем я могу помочь?

— Я не хотел бы это обсуждать. У тебя операция на мозге только что была, какие тебе решения проблем. Отдыхай. Я разберусь.

— Ты давай не увиливай, Алексей. Операция на мозге! Выдумал тоже. Мне же не отрезали ничего, а наоборот добавили. Да и реабилитация не нужна, целители всё залатали. Так что не виляй, как подозреваемый на допросе. Что-то серьёзное, прямо чую своей прекрасной пятой точкой.

— Да… У меня долг перед Викой. Выполнить одну любую её просьбу. Вот она и попросила. Вернее, потребовала. Вызвать на поединок и убить Женю Соколова. Причин не знаю, Соколов от меня прячется. Вика автоответчик на мой номер поставила. Вариантов мне не сильно много оставили, если честно. Но я уже частично придумал, как действовать. Вот такая история приключилась.

Истомина, округлив глаза, потрясла головой. Затем ещё раз.

— Отлично просто! А то, что ты сам можешь погибнуть, сестрицу не волнует?

— Она не допускает такого варианта в принципе. Если честно, я тоже. Соколов мне не соперник. И это тоже проблема. Это вообще не поединок, а убийство получится.

— Так и что ты задумал, милый? Я же вижу, что что-то придумал. И наверняка какую-нибудь фигню!

— Не скажу, — я даже головой помотал. — Даже не пытайся. Угрозы, шантаж не помогут.

— Та-а-к. Позвоню-ка Виктории Григорьевне. Попробую мозги вправить, ну или выяснить: что случилось-то. Духи предков, какой бред!

И отключилась. Все такие внезапные сегодня. Хорошо хоть у неё отторжения импланта нет. Это, помимо прочего, часто ещё сильный удар по психике. А ей таких ударов досталось изрядно. Сильно сомневаюсь, что Вика и её в чёрный список не запихала. Но ищущие обрящут. Скорее всего. Просто, возможно, не то, что искали.

Ну прекрасно, я пока съезжу, кое что подготовлю.

* * *

— Давненько у меня не были, — быстрый взгляд на перстень, — о! Господин барон!

— Добрый день, Юрген. Повода не было. «Носорог», кстати, отличный револьвер. Очень рад, что последовал тогда вашей рекомендации.

Я действительно давно не заглядывал в этот оружейный магазин. За это время антураж сменился. Этнические мотивы сменились фэнтезийными. Везде были какие-то два задохлика с острыми ушами, а остальной «антураж» напоминал помойку. Но о вкусах не спорят. Хотя бы запаха «аутентичного» не было, и то спасибо. С Юргена бы сталось. Неизменной осталась только коллекция подвешенных к потолку ножей.

— На этот калибр новые боеприпасы завезли. Магические. Бронебойные, а также пробивающие магщиты и доспех духа. Желаете взглянуть на прейскурант?

— Желаю. Но потом. Давай сначала с моим заказом закончим.

Он молча выложил на прилавок мой заказ. Я осмотрел и остался доволен.

— Беру. Оплату перевёл. Что по боеприпасам?

— Вот, смотрите, — он кинул мне ссылку. — Можете прямо здесь накликать в корзину. Если нужно, я дам пояснения. Лично отстрелял некоторые, понимаю, как работает.

Мы некоторое время побеседовали об оружии. Я купил новые боеприпасы. Наконец, когда я собрался уходить, он спросил про клинки.

— Мечи вашего родича пригодились? Всё с ними хорошо?

— Да, конечно. Правда, они скорее против людей. Для крупных порождений Дряни маловаты. Но я уже заказал своей группе двуручные клинки из изменённого металла. Зачаровывать смысла нет, дрянь всё равно почти любые печати разъест в конце концов.

— Уже сделали заказ? — Юрген почесал щёку.

— Металл заказал. К изготовлению ещё не приступили. А что?

— Да, могу порекомендовать одну штуку как раз для охоты. Проводящий сердечник. Уменьшает расход энергии, легко принимает любую временную печать или конструкт. Ну и не портится, естественно.

— Спасибо! Был не в курсе. А из чего их делают?

— Изменённый алюминий. Да вы мастерам своим скажите, они наверняка знают. Просто магам-физикам такие не нужны, а стихийники — редкий зверь, и главное, холодное оружие не жалуют. А у вас в команде уже трое, так ведь?

— Всё верно. Скоро шестеро будет. Спасибо за совет, Юрген. Следите?

— На страничке управления смотрю периодически. У меня несколько команд закупается, хочу понимать, что им предлагать. Ну и новый опыт нарабатываю. Поздравляю, кстати, с новым рангом группы. Сразу на два ранга вверх скакнули, уже не новички.

— Это да, сам не ожидал. Думал, что один точно поднимут, а Громов сразу два отвалил от щедрот, — на секунду задумался, а потом всё же спросил: — А вы с моим двоюродным братом как пересеклись? Если не секрет. Клинки, скорее всего, Михаилу принадлежали.

— А я не знаю, как его звали на самом деле. Мы служили в одном спецподразделении. Но там все были не под своими настоящими именами. Я только по гербу у рукояти потом сообразил, что это кто-то из наших воронежских Орловых. Он во время одной заварушки погиб. Про мечи у нас договорённость была, что если что я их забираю. Да и они мне, надо сказать, тогда жизнь спасли. Простите, Алексей, но без подробностей. На мне подписок, как блох на барбоске.

— А про «достойного мечника» вы, стало быть, присочинили тогда? — я нахмурился.

— Ага, — совершенно спокойно ответил Юрген. — Мечи мне ни к чему сейчас. А тут раз — и Орлов ко мне в лавку зашёл! Перст указующий, не иначе. Как не отдать было? Это всё же клинки с родовым клеймом. Но вы, бояре, народ гордый, вот и наплёл про «достойного», чтобы без дискуссий отдать. На самом деле такие мечи не просто кусок стали с печатями. Это вещь с собственной судьбой. Ну я так думаю. И их судьба была точно не в том, чтобы пылиться у меня на складе.

— «Вы, бояре», — передразнил я. — Скажите ещё, что вы, Юрген, из безродных.

— Вообще-то у простых людей слово «безродный» считается оскорбительным. Но я не из них, да. И не из бояр, конечно. Личное дворянство есть. Без него лавку на четвёртом не открыть. Желаю вам удачи, господин барон!

Вот так. Взял и выставил меня за дверь. Очень странный купец этот Юрген. Ещё приду. Странные люди мне нравятся больше обычных.

* * *

Как я и думал, Мария до Вики тоже не дозвонилась. Ситуация, конечно, не очень. Оба участника конфликта закрылись от меня и не отсвечивают. Детский сад какой-то. Если ещё и причина размолвки такая же… Хотя это вряд ли.

Кай тоже ничего существенного в «эфире» не нашёл. Но, скорее всего, сестра с Евгением встречались на нейтральной территории, причём несколько раз. Это Кай выяснил. Шифровались они при этом сильно, но кое-какие следы в городской сети видеонаблюдения и контроля движения транспорта остались. Вряд ли были ещё кто-то из Соколовых и Орловых, которым понадобились тайные встречи. Но эта информация давала мне примерно никакое понимание причин конфликта.

Я несколько секунд смотрел на строчки отчёта, потом с силой провёл ладонью по лицу. Ерунда какая-то. Тайные встречи, свидания? Потом резкий разрыв и требование убить. Такое себе «поругались» или «не сошлись характерами». Это вообще возможно только если тебя либо предали, либо попытались использовать.

«Кай. Время последней встречи».

«Три дня назад, мастер. Локация — закрытая парковка торгового комплекса на третьем кольце. Камеры частично слепые. Запись восстановлена фрагментарно».

— Конечно слепые, — пробормотал я. — Встречи же тайные.

«Желаете воспроизвести доступный фрагмент?»

«Давай».

На вирт-экране появилась картинка.

Машины. Парковка. Это съёмка с видеорегистратора одной из тачек. Две фигуры заходят из дверей паркинга. Вика — узнаваема по походке. Женя — тоже, ну Кай так считает. Идёт свободно, руки в карманах. Они разговаривают, но звука нет. Потом Вика делает резкий шаг вперёд. Руками машет. Для неё это высшая степень возбуждения, по себе знаю. Женя же как будто отмахивается. Разворачивается и садится в машину. Вика остаётся стоять, смотрит на отъезжающую тачку, сжимая кулаки. Минуту примерно стоит. Затем идёт к своей машине.

Конец записи.

«Это всё? — я скривился. — Вообще ничего понятнее не стало. Но фигуры на них похожи. А нельзя качество записи как-то повысить, чтобы по губам понять, о чём речь?»

«Не поможет. И технически невозможно, мастер. Под таким ракурсом речь по движениям губ снять звук не получится».

Прекрасно, дрянь побери! Значит, поговорили, разошлись, и через три дня мне прилетает «убей его». Я откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.

Время не сходится. Сцена похожа на конфликт, но Вика не стала бы ждать три дня! Она бы либо сразу меня напрягла, либо уже остыла бы. Значит, случилось что-то ещё. После этой встречи. Либо он что-то натворил, либо… ей подкинули «доказательства». Не стоит забывать, что внутри башни Орловых не все согласны с тем, что у моей семьи есть вполне дееспособная глава. Версия, не внушающая оптимизма, но имеющая право на жизнь. Но опять же, я оборвал все связи с башней, и что там происходит, для меня — загадка чёрной кошки в тёмной комнате.

«Кай. Проанализируй видео её последнего звонка. Это точно была Виктория на изображении?»

Для службы безопасности башни или того, кто ей командует, вообще не проблема организовать мне и Вике проблемы со связью и фальшивый звонок. Про должок она при всех главах семей сказанула. Так что все в курсе. Правда непонятно, почему тогда Соколов недоступен. В заговор двух башен между собой не верю совершенно.

Я встал, прошёлся по комнате, поглядывая на столбик загрузки.

«Анализ проведён. С вероятностью девяносто шесть и семь десятых процента на видео Виктория Орлова, твоя сестра, мастер. Либо это подделка уровня опричных специалистов».

Да твою ж в пень. Ладно, начнём разыгрывать свою комбинацию, а там посмотрим.

Звонок Соколову. Мне снова ответил его секретарь. Это уже реально злить начинает. На его «чем могу вам помочь» я ответил:

— Передайте Евгению вызов на поединок.

— Что, простите? — брови домиком, в глазах паника. А чего это мы так перепугались?

— Ни за что не поверю, что у слуги рода плохо со слухом. Это официальный вызов. Наш разговор записывается. Честь имею.