28

— Открой рот! — парень намотал длинные светлые волосы на кулак, второй рукой потянулся к ширинке джинсов, выпуская на волю каменный член. — Я сказал..!

— Нет! — всхлипнула Ева, резко дергая головой. Острая боль мгновенно пронзила каждый волосок, отозвалась в висках. Внезапно в спину уперлось чужое колено, не позволяя уклониться в сторону. Спасения не было. — Нет! Отпусти! Керим!

— Какая же ты дурочка, — прикрыв глаза, разочарованно выдохнул Артур. — Ты у кого защиты ищешь? Этот маменькин сынок закрыл свои долги, когда привел тебя к нам, так что расслабься, — налитый кровью член, пульсируя, качался перед самым лицом девушки. На вершине темной головки блестела капелька смазки. — Расслабься и открой рот.

— Нет!

Сильные пальцы до боли надавили на челюсть, солоноватый вкус мужской похоти размазался по девичьим губам.

— Зубы спрячь, а то выбью! И только попробуй закрыть рот, сучка белобрысая! Слышишь, что я сказал?!

Команды следовали одна за другой.

Слезы текли по щекам блондинки, пока твердый член наполнял ее рот, толкался в горло, вызывая рвотный рефлекс. Темп нарастал, Еву трясло от унижения, боли, и ужаса. Ее нос упирался в темные лобковые волосы, резкий запах мужчины наполнял легкие.

— Хорошо-о-о, — змеей прошипел Артем, вводя член в горло до упора и замирая. — Вот та-а-к.

Он зажал нос Евы, перекрывая доступ воздуха, с наслаждением глядя в расширенные от ужаса глаза. Она задыхалась, но не могла вырваться из стального захвата. Спасения не было!

Картинка перед глазами начала расплываться. Мелкая дрожь пробежала по позвоночнику, колючками рассыпалась по телу. Сознание медленно уплывало. Слабо дернувшись пару раз, девушка попыталась сделать вдох и отключилась.

Мир Евы Демьяновой поглотила тьма. Солнце не грело, летний ветерок не касался разгоряченной кожи. Она пришла в себя от грубого удара по плечу.

— Хватит валяться! Вставай! Я же вижу, что ты прикидываешься!

Белокурая красавица в голубом платье напоминала сломанную куклу, которая не реагировала на слова и прикосновения. После очередного тычка кукла подала признаки жизни.

— Отстань! — просипела блондинка, с трудом открывая глаза. Это был момент ее нового рождения. Уже не Ева, другая девушка вернулась в прекрасный мир. — Какая же ты тварь, Керим. Не мужик. Тряпка.

— Рот закрой и поднимайся. Пора возвращаться, пока родаки не спохватились, — буркнул парень, схватил Еву за плечо и с силой потянул на себя.

Она смогла встала, покачиваясь, балансируя между обмороком и реальностью, с ужасом прислушалась к своему телу. Боль рассыпалась по коже тлеющими углями. Ноги от колен до стоп были расцарапаны в кровь, на запястьях алела широкая полоса. Ева боялась… изо всех сил отодвигала момент других ощущений.

— Иди давай, — неожиданный толчок в спину заставил сделать первый шаг, а вместе с ним пришло неимоверное облегчение: между ног ничего не болело, не саднило. Незаметное прикосновение к бедрам подтвердило, что трусы на месте. Слезы брызнули из глаз девчонки. Ей повезло! Сука, ей реально повезло! Мерзавец, который называл себя мужчиной, ограничился оральными забавами. Ева поправила подол платья, пытаясь стряхнуть с него пыль, улыбалась, глотая соленые капли.

— Списываю только половину, — эту фразу она слышала сквозь белую пелену полуобморока. — Трахать бездыханную тушку скучно, Гуцериев. Она даже минет делать не умеет, поэтому условия меняются. Вторую половину долга отработаешь в следующий раз. Я позже скажу, как именно.

Спуск с горы был быстрым. Белокаменный дом уже показался в поле зрения, когда Ева привычным движением доплела волосы.

— Рот закрыла и никому ничего не говоришь. Ты меня поняла? — под видом заботы о гостье Керим остановился, небрежным жестом поправил светлые пряди, положил руки на плечи и заглянул в глаза. — Вякнешь — никто не поверит. Я буду все отрицать, а свидетелей у тебя нет. Скажу, что перегрелась на солнце, уснула и поймала глюк. Усвоила?

— Сука ты, а не мужик, — Ева брезгливо отряхнула ткань там, где только что лежали ладони парня. — Ничего, за меня отомстят. Бумеранг прилетит, когда ты будешь максимально расслаблен, и проктолог замучается выковыривать его из твоей задницы.

— Кто мстить-то будет? — фыркнул подонок, но на миг в его темных глазах промелькнул испуг. — Твой папаша, что ли? Так он у тебя слабак и против моей семьи никогда в жизни не пойдет.

— Нет, не отец. За меня отомстят другие, — в ее груди поднималась волна тихой ярости и силы, которая появлялась у того, кто выжил вопреки обстоятельствам. Со стороны казалось, что парень и девушка остановились на дороге и ведут дружескую беседу, но в голосе блондинки звенела сталь. Ева наслаждалась паникой во взгляде парня. — Они сделают так, что ты будешь помнить об этом дне всю свою жизнь. И с этого момента ты будешь жить в ожидании лютого пиздеца, Керим.

Я. Тебя. Проклинаю.