41

Каро нервничала.

Ева и еще двое участников с белыми метками на руках исчезли за пределами шатра, остальные толпились у входа, поглядывая на свои карты. Секунды таяли. Обратный отсчет начался.

Нервы натянулись до предела, напряжение звенело в воздухе. Новый этап, очередная игра с капризной Фортуной.

Соболева старалась не смотреть в сторону охотников, но ее взгляд то и дело выхватывал из толпы хлюпика. Тот демонстративно лизнул красный диск на своем запястье, сложил руки, имитируя выстрел, и довольно улыбнулся.

— Ты — моя.

Девушка считала слова по движению губ охотника, это было страшнее громкого крика. Она бросила взгляд в сторону подполковника. Тот был полностью погружен в себя и не смотрел по сторонам. Тихо вздохнув, Каро попыталась встать поближе к выходу, расталкивая локтями коллег по несчастью.

— Не лезь! — прошипела Дивная. — Места нет, не видишь, что ли? Встань в очередь.

Сегодня фотомодель знобило от неприятного предчувствия, от ощущения надвигающегося апокалипсиса. На этой игре все пошло не так, как она планировала.

Адашев отказал в защите сразу, даже не выслушал просьбу до конца.

— Нет.

Короткое слово ударило по нервам. Как так?! Светлана пользовалась успехом у альфа-самцов, но с подполковником это почему-то не сработало.

Второй претендент на высокое звание защитника — знакомый Евы — поступил еще хуже. Дивная подошла к нему после ужина и предложила сделку.

— Поверь, ты внакладе не останешься, — промурлыкала девушка и облизнула губы, привычным жестом накручивая на палец прядь волос.

— Не интересно, цыпа, — оскалился Федор. — Хотя… Есть одно условие. Если согласишься и мне все понравится, то тогда — да.

Она согласилась. Ночью Светлана встретилась с мужчиной на углу дома и встала перед ним на колени.

— Не, цыпа, не то. Хреново сосешь, после такого даже секса не хочется, — разочарованно бросил Веселов, когда все закончилось. — Не впечатлила. Ищи себе другого защитника.

— Ну ты и мразь… — прошипела Дивная, вытирая губы и поднимаясь с колен. Прежним любовникам всегда нравились минеты в ее исполнении, а этот недоумок парой слов макнул ее в дерьмо по самую маковку и стоял щерился, нагло глядя в глаза.

— Аккуратнее со словами, цыпа, — цокнул Федор, грубо приподняв ее лицо за подбородок. — Лес большой, темный. Никто не знает, кого ты встретишь…

Светлана была зла. Из трех лучших охотников двое ей уже отказали. Обратиться за помощью к последнему — к Зверю — все равно, что добровольно войти в клетку к тигру. Сожрет не задумываясь. Что ей оставалось делать?

Три минуты до старта.

Сердце билось в горле, адреналин бурлил в крови, кончики пальцев покалывало от страха.

Минута.

«Белые» молча переглядывались, переминались с ноги на ногу в ожидании старта.

Каролина в последний раз обвела взглядом охотников. Никого. Никто из сильных не был готов помочь, а слабые… зачем они ей? Столкнувшись с нечитаемым взглядом Макса, девушка развернулась в сторону двери. Она — не добыча, не жертва. Это просто недоразумение, и сегодня об этом узнают все.

— Без них обойдусь. Евка справилась, и я смогу. Что я, хуже, что ли? И хрен с ним, с пистолетом. Я быстрая…

Попытка самовнушения с треском провалилась. Когда дверь открылась, Каро чуть не упала от сильного толчка в спину: белые спешили к куче с запасами, а она стояла у них на дороге, не в силах справиться с дрожью в ногах.

Третий этап раскручивал спираль событий. Охотники ждали своей очереди. Кто-то проверял оружие, лаская холодную сталь как любимую женщину, кто-то уставился на часы, мысленно подгоняя время.

Сорок пять минут тянулись очень медленно, как кадры в замедленной съемке. Они словно издевались над подполковником, который всей душой был там, в лесу, рядом со своей женой. Раздался щелчок разблокированной двери, люди с красными метками вырвались на волю и устремились в погоню.

На старте он задержался только для того, чтобы схватить бутылку воды, а затем ринулся в лес. Сосновый, мать его, бор! Мох!

— Сука! — выдохнул Адашев.

Худшего нельзя было придумать! Сплошной ковер густого мха скрывал все следы. Абсолютно все! Сегодня навыки следопыта оказались бесполезными! Фак!

Оставалась одна надежда… Противопожарная полоса тянулась через весь лес. И еще одна. И еще. Перепаханная земля шириной не более полутора метров — единственный участок, на котором наследили участники. В поисках знакомого рисунка со стрелами Макс прошел пару километров. Ничего.

— Ева, ну зачем? Почему ты прячешься от меня?

То, что прошлой ночью он обнимал любимую женщину, не сделало их ближе. Он надеялся, но нет. Не случилось. Бывшей спортсменке не составило труда с разбега перепрыгнуть распаханную землю и остаться невидимкой, в очередной раз отказавшись от помощи мужа.

Сверившись с картой, Адашев устремился вперед, пристально вглядываясь в просветы между сосен. Где-то там бежала его жена. Но где именно? Ему ничего не оставалось, кроме как положиться на извечный русский «авось».

Зверь не спешил вслед за собратьями по оружию, этот этап он посвятил своей мести. Интуиция вывела его прямо к цели.

— Карма, твою мать. Бумеранг, — выдохнул Илья. — Есть в этом мире справедливость.

Дивная попала в сеть-ловушку, искусно замаскированную во мху. Зацепилась за нее одной ногой и висела высоко над землей, раскачиваясь, как маятник. Лицо девушки покраснело, белки глаз покрылись тонкой сеткой воспаленных капилляров, руки висели безвольными тряпками.

— П-п-п-омоги, — прохрипела Светлана, с трудом фокусируя зрение. Она не понимала, кто стоит перед ней. Белый или красный? Это уже не имело никакого значения.

— Человек — это жизнь, — она цеплялась за эту мысль, как утопающий — за соломинку.

В голове — шум, картинка размывалась, в висках долбили молоточки боли. Сколько времени она провела вниз головой — неизвестно. Крики о помощи никто не услышал, а тот, кто ее нашел, не спешил действовать.

— Красиво висишь, — равнодушно резюмировал Зверь, прислонившись спиной к ближайшей сосне.

Пламя ненависти, пожиравшее его душу, начало медленно угасать. Месть, о которой он мечтал, свершалась здесь и сейчас. Беспринципная лживая тварь сама себя загнала в ловушку, ему оставалось только ждать.

— Мне больно… помоги. Голова раскалывается.

— Хорошо, что больно. Теперь ты поймешь, что это значит, — отрезал Илья, глядя на то, как отекают и закрываются глаза Светланы. — Смерть тебе к лицу.

Дивная вздрогнула, услышав последние слова, произнесенные ледяным голосом. Он не мог этого знать! Нет! Не может быть!

Тихие звуки, вырвавшиеся из ее горла, больше походили на бульканье, чем на смех. Безнадежно. Зверь — ее палач. Охотник, который уничтожит добычу. Не там, в реальном мире, а здесь, в тупой глупой игре.

Фортуна отвернулась от Светланы Роговой, красотки фотомодели, любимицы мужчин.

Судьба.

Карма.

Рок.

Так глупо…