16. Макс

Макс За несколько дней до событий… В ресторане сегодня слишком шумно. Две громкие компании заняли почти половину зала. Гости ресторана сидят за столиками в двух громких компаниях: одна явно отмечает мальчишник, другая устроила корпоратив. Эти компании поднимают бокалы, смеются, и иногда слышно веселые песни и звон бокалов. Фоновая музыка играет в тихом режиме, но она теряется во властном шуме гостей, создавая более фоновое звуковое сопровождение. Официанты, словно угорелые, бегают между столами, несут тарелки с блюдами и напитками, пытаются обслуживать гостей, несмотря на шум и суету. В воздухе витает смесь ароматов блюд, приготовляемых на кухне: от мясных гриль блюд до ароматных десертов. Я вернулся домой еще несколько дней назад, но сказал Свете, что сегодня и предложил встретиться в одном из своих любимых заведений. Не хочу оставаться с ней наедине. Тем более, что разговор нам предстоит не из легких. – Любимый, я так соскучилась, – Света бросается на шею и начинает покрывать поцелуями моё лицо. Мягко отстраняю девушку от себя и предлагаю ей сесть за стол. Она слегка растерянно моргает: – Максик, что-то случилось? – Да, – киваю я и отодвигаю для нее стул. – Заказать тебе вина? – Вина? – озирается она по сторонам, словно ищет кого-то. –Можно, – соглашается. – Мы не виделись с тобой так долго, я думала мы проведем вечер немного в другой обстановке. – Этот ресторан сегодня не самое подходящее место для подобного разговора, – продолжаю я. – Но я думаю, что среди людей мне будет легче сказать тебе кое-что важное. – Макс, ты меня пугаешь, – нервно дёргается уголок ее губ. – Ты не поверишь, но я сам себя пугаю и не узнаю. Света смотрит на меня с некоторой тревогой. – Прежде чем я скажу то, что собираюсь… – Ты изменил мне, – она перебивает меня. – Нет, – говорю на выдохе и мотаю головой. – Я не изменял тебе. – Тогда что? В этот момент официант приносит нам два бокала и бутылку красного вина. Мы на мгновение замолкаем, ожидая, когда он наполнит бокалы и удалится. – Во-первых – у меня появился сын, – поднимаю на нее глаза и вижу, как Светлана делает несколько больших глотков из своего бокала. – А во-вторых? – в ее пальцах появляется небольшой тремор. – А во-вторых – мы расстаемся, – отрезаю я. Света отводит свой взгляд от меня и смотрит в бокал: – Макс, это не шутка? – ее голос дергается, когда она обращается ко мне. – Нет, это не шутка, – отвечаю, глядя на неё с серьезным выражением лица. – Это сложное решение, и мне тяжело говорить об этом. Но это правда. Света продолжает молчать. Она делает еще один глоток вина, и кажется, что ей нужно время, чтобы переварить информацию. – Почему? – её голос звучит слабо, но в нем слышится жажда понимания. – Потому что есть другая женщина. Мы молчим. Я чувствую тяжесть сказанного и знаю, что этот разговор будет болезненным. Света смотрит на меня с неподдельным разочарованием и шоком на лице. Её дыхание замедляется, и она старается собраться. – Другая женщина? – шепчет она, словно ожидая, что я исправлю свои слова. Я киваю, не отводя глаз от Светланы, и продолжаю: – Мать моего сына. Света отставляет бокал с вином и опирается руками о стол, как будто ищет опору. В её глазах я вижу отчаяние. – Макс, как? Как ты мог? – она тихо спрашивает. – Это получилось случайно. Я не планировал встречу с этой женщиной и тем более не знал о наличии ребенка, – объясняю. – Иногда в жизни случаются вещи, которые меняют всё. Свет, я не хотел сделать тебе больно. – Ты просто хотел сделать хорошо себе, – качая головой, горько усмехается она. Ты эгоист, Максим. Тебе плевать на остальных. Для тебя важен только ты сам. Ты не стоишь даже моего мизинца! – Ты права. Ты достойна гораздо лучшего, чем я, – говорю тихо, не споря с её словами и даже не пытаясь как-то оправдаться. – Я понимаю, что поступаю с тобой очень жестоко, и я сожалею. Это сложная ситуация, и я не знал, как поступить по-другому. Света молчит, но её глаза выражают многое. В её взгляде есть боль, презрение и разочарование. Её руки дрожат, и она вздрагивает, словно каждое слово становиться невероятно тяжелым бременем. – Я ненавижу тебя, Соломатин, – произносит Света, опуская взгляд, и в её глазах появляются слёзы. – Ты разрушил всё, во что я верила. Ты сломал меня. – Я ничего не могу сказать, чтобы исправить это, – отвечаю тихо. – Я просто хочу, чтобы ты знала, что я сожалею. Сожалею, что причинил тебе столько боли. Света поднимает взгляд и встречается с моим. Её глаза полны слез, но в них также есть искра решимости. – Это не ты меня бросаешь Макс. Это я от тебя ухожу! Ясно? – зло чеканит она. – Ясно, – понимающе киваю. Светлана поднимается со стула, едва сдерживая слёзы. Уже стоя, она допивает свое вино и оставляет бокал в сторону. Несмотря на шум в ресторане, в это мгновение я глохну. Гости ресторана, мельком поглядывают на Светлану, но девушка не обращает на них внимания. Её фигура исчезает среди гостей, и она направляется к выходу. Я смотрю, как она уходит, и моя душа окутывается тяжестью горького расставания. Официанты и посетители ресторана продолжают свои разговоры и празднования, но для меня мир вокруг становиться отстраненным. Я остаюсь сидеть за столом, тяжело вздыхая и осознавая, что это решение, хотя и болезненное, было неизбежным. *** Весь вечер я борюсь с собой и со своим желанием сорваться и поехать к Насте и Лёше. В голове лишь одна навязчивая мысль плавит мне остаток мозга – я хочу быть с ней. С ними. Мне сегодня так хотелось прикоснуться к ней. Провести пальцами по ее нежной теплой коже. Прижаться к ее чуть пухлым губкам. Боже, еще немного и я решу, что стал фетишистом. Потому что о её губах я сегодня думаю больше, чем о работе. Может сказать охраннику, чтобы отвез ей цветы? Смотрю на часы – половина двенадцатого ночи. Боюсь, что она даст ему ими по голове. Когда она спросила в качестве кого поедет в столицу, я ответил: в качестве матери моего сына. Может не так надо было? Тогда, в качестве кого? Друга? Какого к черту друга! Нахрен мне её дружба?! Я не дружить хочу, а быть с ней. Видеть каждый день. По утрам просыпаться рядом с ней, а вечерами всем вместе пить на кухне чай. У меня начинается настоящая душевная ломка по ней. Я не могу забыть о ней. Не могу не думать. Всю неделю меня ломало и выкручивало без этой женщины. Интересно, а если вместо охранника я сам заявлюсь к ней на ночь глядя? Нет. Не вариант. Боюсь, что она меня даже на порог не пустит. Напор здесь не годиться. Переть напролом не получится. С её характером надо действовать по-другому. Медленно, аккуратно, взвешено, подбираться к ней на мягких лапах, а потом, когда она расслабится и потеряет бдительность, можно смело хватать, брать своё по праву. Я же вижу, как она иногда смотрит на меня. Как реагирует на мои слова. Ей не нужен Андрей. Он не справится с ней. Не сможет обуздать её норов и превратить дикую пантеру в домашнюю кошечку. С этими мыслями я заставляю себя лечь спать, а просыпаюсь от настойчивого звонка. – Я пришёл к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало! – слышу бодрый голос Андрея на том конце. – Это ты, – сонно тяну я. – Да. Это я – Амур Валентинович, – ржет сволочь. – Да ладно, Макс. Не обижайся! А как было еще подтолкнуть тебя к решительным действиям? Если бы не я, то ты так бы и наматывал сопли на кулак. Кстати, проверку твоя сердцеедка прошла. Так что можешь смело брать её в охапку и увозить в столицу. – Ну ты и говнюк, однако, – мотаю головой. – Ревность – двигатель прогресса, – усмехается. – Андрюх, я же тебе чуть по роже не дал. – За свою женщину сам Бог велел, – снова смеется засранец. – Я бы тебя за это простил. Ладно, Макс. Буду заканчивать и собираться в офис. Сегодня переводим последний транш Афанасьевичу. Подпишу все необходимые документы и тоже домой буду собираться. – Понял. Звони, если что, – отключаюсь. Поднимаюсь с постели и иду в душ. Думаю о том, что не стоит терять время на завтрак. Сейчас помоюсь, переоденусь, соберусь и сразу к Асе поеду. Я не знаю, какое решение она приняла. Надеюсь, что моя будущая тёща поспособствовала сделать правильный выбор. Да и кого я обманываю. Мне всё равно, что она там выбрала. Главное, что я уже всё для себя решил. Перед тем, как отправится к Насте, я делаю некоторые распоряжения по телефону и проверяю рабочую почту. Мои вещи уже собраны и давно в багажнике. Охрана ожидает в машинах и уже на низком старте. Осталось забрать Асю с ребенком и будем выдвигаться. Настин дом находится в нескольких минут езды от моей гостиницы. К слову, единственной в этом городе. Велю охранникам оставаться на улице, а сам поднимаюсь к ней. Остервенело жму в дверной звонок. И почти терпеливо жду, когда откроется эта чёртова дверь. Проходит несколько бесконечных минут, прежде чем поворачивается замок и дверь отъезжает в сторону. Вместо того, чтобы поздороваться, я задаю просто гениальный вопрос: – Почему ты не спрашиваешь кто это? – Так ты же сказал, что к десяти приедешь, – растеряно смотрит по сторонам. – Чтобы впредь всегда спрашивала. Поняла? – Поняла, – поджимает губы и тут же спохватывается. – А на каком это праве ты тут командуешь? – На том, что я мужчина. Привыкай, – открываю дверь чуть шире и нагло захожу внутрь. – Ты вещи собрала? – Нет, – складывает руки на груди и гордо поднимает голову. – Прекрасно, – киваю. – Поедешь без вещей. Налегке. – Я решила, что мы никуда не поедем. Здесь наш дом и наше место, – отвечает спустя минуту, будто ей тут предоставляли выбор. – Лёха! – зову мелкого, заглядывая по пути в каждую комнату. – Я здесь! – раздается детский голосок из дальней комнаты. Быстрым шагом подхожу к сыну и подхватываю его на руки: – Ты путешествовать любишь? – Угу, – Лёша согласно кивает. – Супер! Мы поедем в большое путешествие. – Документы только возьми, – бросаю Насте через плечо и вижу, как она начинает недовольно пыхтеть от возмущения.