ГЛАВА 11 · Галина

Ни один человек, сидящий за столом, даже не шелохнулся от услышанного. Словно ничего не было. Словно мои слова для всех присутствующих… Пустой звук.

Лишь Гриша дернул плечами, смотря на меня в упор уничтожающим взглядом. Но держится он молодцом. Ничего не скажешь. Обречено вздохнув, он качает головой, переводит взгляд на Дениса.

– Галь, как тебе не стыдно… Это ж надо такое выдумать, – шепчет он, кладет голову на ладони.

– Мам, ты в своем уме вообще?! Ты что несешь?! – Денис звереет на глазах. Порывается встать, но Кристина вцепилась в его футболку, принимаясь фальшиво рыдать крокодильими слезами.

– Любимый, за что она так со мной?! – шумно всхлипывая, хрипит стерва, изображая безутешное горе. Денис успокаивающе гладит ее по голове, проводит ладонью по лицу, утирает слезы, не подозревая о том, что эта мерзавка даже его взгляда в свою сторону не заслуживает.

– Мама, ты… Ты… Еще одно оскорбление в ее адрес, и я… – задыхаясь от ярости, шипит сын, смотря на меня с лютым презрением.

И сейчас я понимаю одно. Поздно, Галя. Слишком поздно… Он мне не верит.

Боже, он не верит ни единому моему слову!

– Сынок, успокойся. Ты же видишь, ее какая-то ядовитая муха укусила. Сама не ведает, что несет, – бедный и униженный Гриша пытается успокоить гнев сына.

– Я… Я в-видела! Я все в-видела! – тычу в предателя указательным пальцем, дыхание такое частое и шумное, что слова вырываются из меня нечеткими обрывками.

– Она врет, Денис… Она врет. Я бы никогда… – сквозь шумные всхлипывания сипит девица, демонстрируя мне свой шедевральный актерский талант. А мой глупый наивный сын ведется на эту чушь.

– Успокойся, милая. Я тебе верю, верю, – Денис нежно гладит Кристину по спине, выказывая свою поддержку. Как же мерзко это всё выглядит. Даже находиться здесь тошно. Больше не могу. Уж лучше сниму себе номер в отеле, чем ещё хоть на секунду останусь здесь.

– Мама, ты вот объясни, для чего это всё делаешь?! Ты специально хочешь нас всех рассорить? Так я тебя расстрою. У тебя ничего не получится. Так что можешь оставить свои грязные козни и интриги при себе, – Денис буравит меня взглядом в упор, морща лицом в отвращении, показывая, насколько я ему противна.

Больно. Это больно. Сейчас я понимаю, что для меня намного тяжелее пережить предательство родного сына, точнее, сыновей, нежели измену Григория. Она кажется такой ничтожной, по сравнению с тем, что мои дети мне не верят и могут считать, что я назло им все выдумываю.

– Я бы так никогда не поступила… – шепчу одними губами, понимая, что оправдываться нет смысла. Все потеряно. Все разрушено. Превратилось в пыль. Моей семьи больше не осталось.

Перевожу глаза на предателя. Сверлю его разоблачающим взглядом. Гриша в ответ посылает мне свой фирменный взгляд победителя. Ничего, милый, все тайное когда-нибудь станет явным. И тогда на тебя обрушится все то, что сейчас испытываю я сама. Однажды ты побываешь в моей шкуре.

– Ты же видишь, что я с ней счастлив! Зачем ты пытаешься все разрушить?!

Изменила… И не абы с кем, а с моим отцом! Ничего правдоподобнее придумать не могла? – злобно насмехается Денис, размахивая руками. Кристина оборачивается в мою сторону, что-то не вижу я в её глазах слёзы. Куда же они все исчезли? Потаскуха лишь сверлит меня хитрым прищуром исподлобья.

В какой-то момент нахлынуло бессилие. Кажется, что я больше не способна сражаться в одиночку. Это бесполезно. Да, я проиграла битву. Сделала все, что могла. Но я знаю, что правда за мной, как и моё достоинство, единственное которое я пытаюсь сберечь изо всех сил.

– Какой же ты глупый, Денис, – безжизненно выдаю я. Шумный вздох Стаса режет по сердцу, даже не удивляюсь, что и здесь он снова не на моей стороне. Все они… Стали чужими.

– Однажды правда раскроется. Твои розовые влюбленные очки разобьются с треском, и вот тогда… – смотрю в глаза сыну, сдерживая слёзы обиды и разочарования. – Ко мне не приходи, – эту фразу произношу шепотом, потому что слёзы душат, а я не хочу, чтобы их кто-либо из присутствующих заметил.

Денис лишь качнул головой, будучи уверенным в данный момент, что такого ни в коем случае не произойдет.

Но это мы ещё посмотрим.

Злость и обида захватывают настолько, что рука так и тянется разбить что-нибудь или швырнуть в стену. Сдерживаю себя, потому что больше не хочу тратить свои силы и энергию впустую. Не хочу. Устала.

– Денис, не принимай близко к сердцу… – выходя из комнаты, слышу «напутствие» от своего горе-муженька.

Это последнее, что я могу распознать, далее дверь с гулким хлопком закрывается, а я шагаю в спальню, чтобы собрать свои вещи.

Не могу.

Не могу здесь больше находиться.

Стены некогда любимого мною дома давят подобно острым тискам.

Достаю свой чемодан, пытаюсь игнорировать удушающие воспоминания о том, как два дня назад застала мужа здесь с этой падшей девкой. Моя кровать… Она больше не моя. При всем желании больше не смогу в неё лечь.

Пытаюсь сообразить, что мне нужно взять с собой на первое время. Голова идет кругом, пытаюсь собрать мысли в единое целое, но они как муравьи, расползаются в стороны.

Открываю шкаф-купе, чтобы сложить одежду, как вдруг низ живота пронзает острая боль. Невольно охаю, машинально хватаюсь за него обоими ладонями.

Ребенок.

Ещё спазм. Один. Второй. Этот острый нож режет не только мой живот, но и сердце. Сгибаюсь пополам, не могу продолжить сборы. За стеной снова слышу отголоски заливистого смеха предателей. А я ощущаю, как медленно умираю.

Нет, пожалуйста, только не здесь. Только не сейчас…