Тридцать третья глава

POV Дмитрий Жизнь в доме без жены оказалась не так уж и хороша. И хотя по-прежнему раз в неделю приезжали из клининга рабочие и всё мыли, но ощущение неухоженности не покидало. И времени на всю эту ерунду уходило до фига. И невообразимая тишина. Отсутствие смысла. Особенно тоскливыми были вечера. Сижу как сыч один в огромном доме. Но и ночевать в квартире я тоже не мог. Меня накрывала там злость на себя. Понимал в пустой квартире особо ясно, как я заигрался, как проворонил самое важное в своей жизни. Я не очень публичный человек. Раньше считал, что люблю одиночество. Просто я ничего не понимал в настоящем одиночестве. Мари никогда не была навязчивой. Она всегда тактично давала мне отдохнуть от людей дома. Но её присутствие и забота ощущались во всём. В чашке любимого чая нужной температуры, в приоткрытом окне в кабинете, как я люблю. В тихих разговорах по вечерам. И теперь я остро чувствовал себя брошенным. Я жил в звенящей пустоте постепенно ветшающего дома, словно в склепе. Дракон. Одинокий дракон в башне, но без сокровища. Потому как проморгал свою принцессу. Я слишком привык, что Мари в моей жизни будет всегда. Не замечал, какое огромное место она и дети занимают в моём сердце. Как её вернуть? Я, когда увидел рядом с ней чужого мужика, чудом не кинулся драться прямо в кафе. Если бы не давил на неё там, может быть, она и не подала на развод. Поторопился. Но она стояла рядом с ним такая красивая и румяная, какой бывала только после наших ночей, и у меня снесло резьбу. Это моя жена! Это моя женщина! Чёрт, как всё сложно. Предприятие моё гудело, и его штормило. И если вначале я страшно злился на Марину, что она влезла в моё дело, то теперь находил в этом даже плюсы. Как ей удалось привлечь к аудиту такого специалиста, как Яков Семёнович? В деловых кругах он был очень известен, а уж Семён Маркович и вовсе считался легендой. Эти двое раскопают все мои сделки, я уверен. Но и на ошибки и ляпы обязательно укажут. Сейчас я воспринимаю их работу как опыт и пользу для дела. Я сам бы никогда не решился на такую глубокую проверку. Это как знак качества – то, что мы её прошли. И после её окончания можно переоценить предприятие, к примеру. Утром, не успел я толком проснуться, позвонили с пропускного пункта охраны посёлка и сказали, что ко мне рвётся посетительница. Мария Иванчикова. Какого чёрта лысого Машка припёрлась? Я же её выгнал отовсюду и в чёрный список внёс. Что ещё? И здесь я сделал ошибку, о которой долго буду жалеть. Я решил поговорить с этой дурой ещё раз. Через полчаса всклокоченная и взъерошенная Машка пришкандыбала пешком на каблучищах. С большой сумкой. И с порога заявила, что беременна от меня, и будет жить здесь. Во всяком случае, до рождения ребёнка. И выложила мне на стол справку. Прекрасно. – Я пять лет назад сделал вазэктомию – сказал я Машке, ухмыляясь. И продолжил: – Ищи отца в другом месте. Решился на такой шаг после того, как одна случайная дурочка решила шантажировать меня беременностью. В тот раз я оплатил квартиру, дождался рождения, сделал ДНК тест и забыл о дуре. Но задумался. У моих родителей большая семья. Нас было пять братьев и две сестры. Я не был самым старшим, но тем не менее удовольствия следить за младшими тоже хлебнул полной ложкой. Поэтому для себя я не хотел много детей. Сын и дочь, это нормально. К тому же становиться отцом в моём возрасте уже поздновато. Хотелось пожить для себя. Да и Мари желания не проявляла, вот я и прошёл эту процедуру. Пока кукла хлопала глазами, я сделал большой глоток ароматного чая и сказал: – Загугли, что это такое. Я вызову тебе такси. И в этот момент позвонила Марина, что едет домой. Я обрадовался. Это мой шанс! Я поговорю с ней, и она всё поймёт. Она ведь любит меня. Я готов на любые уступки. И совсем не обращал внимания на Машку, которая попросилась в туалет перед дорогой. А зря. Нужно было пробежаться по комнатам после того, как посадил в такси тварюшку. А теперь я смотрел вслед машине моей жены и не знал, как всё исправить. Почему я теряюсь рядом с ней? Чувствую вину? Так хотелось её обнять и прижать к себе, нежную, мягкую. Сцеловать её слёзы. Я видел, что моя Мари дрогнула, что я пробился к ней сквозь броню. Если бы не выходка этой дуры, то у меня бы получилось. Я вспомнил, как я увидел Марину впервые в универе. В самом начале учебного года. Смешная девчонка с глазами на пол-лица, с тяжеленной сумкой стояла рядом с библиотекой. Хорошенькая и серьёзная. Как хорошо, кстати, видно на первом курсе, кто из девочек живёт дома, в Москве, а кто приезжий. По степени раскрашивания и развязности. Приезжие девчонки, оторвавшись от родителей, в первый год отрываются на всю катушку. Потом притормаживают, приобретают лоск и стиль, если хватает ума. Но в первый год – очень контрастно смотрятся. Я решил, что Марина будет моей женой, в тот же вечер провожая её домой. И я добился своей цели тогда. Что помешает мне сейчас? Или кто?