Четвертая глава

Когда я проснулась, в доме уже никого не было. Дима убежал на работу, и он же завёз Анечку в школу. Походила по дому. Переставила на место сдвинутые стулья. Поправила шторы. Маятно. Я позвонила и отменила уборку на сегодня. Мне некогда будет следить за наведением порядка, отслеживать работу персонала, да и желания не было заниматься домом сейчас. Я захватила бумаги, что приготовил мне мой муж для подписи, и как была в пижаме, устроилась на веранде с пледом и чаем посмотреть, что там такого мне приготовил мой благоверный. Октябрь радовал сегодня погодой. Мягкое осеннее солнце нежно грело ласковыми лучами. Тут, на веранде, в защищённом от ветра с трёх сторон уголке было тепло и комфортно. Пахло землёй и хризантемами, что цвели неподалёку. Большая глиняная кружка чая с пахучим осенним бергамотом. Что ещё нужно для восстановления спокойствия? Если бы, к примеру, моя подруга встретила своего мужа в такой компрометирующей ситуации, и ей бы предложили при этом полностью положиться на супруга, вверив ему все акции, что бы я ей посоветовала? Правильно. Посмотреть, для начала, внимательно на бумаги. Не принимать ничего на веру и собрать, по возможности, факты. На эмоциях можно наворотить таких дел, что будешь жалеть потом всю жизнь. И желательно отдать эти злосчастные бумаги на экспертизу юристу. Чтобы он поискал все подводные камни договора. Потому что, насколько я понимаю, для эффективной работы предприятия совершенно неважен состав акционеров. Если только это не слияние или продажа, к примеру, всей фирмы. Что же задумал мой муж? Я не сумасшедшая и не подвержена галлюцинациям. Я адекватный взрослый человек. Так с чего он решил, что я всё подпишу? Акции у меня оказались по воле моего отца. Он в своё время дал денег на начальный капитал моему мужу и потребовал, чтобы это было зафиксировано в документах. Также это была идея папы, чтобы я владела половиной. Помню, как злился тогда Дмитрий и как кричал о доверии и ответственности. Они ругались с отцом долго. Но, к счастью, как теперь видно, отец настоял на своём. Пятнадцать лет назад умер мой папа и мама, погоревав около года, вышла замуж за своего давнего поклонника. Игорь Вольф как раз приехал в Москву и оформлял какие–то бумаги. У них закрутился стремительный роман. С букетами и театрами. Очень старомодно. И очень странно для меня. Хотя мамин нынешний муж говорил со мной и просил у меня руки моей мамы, тем не менее, мне было непросто. Это было очень болезненное для меня решение мамы. Я тяжело переживала смерть отца, и первое время воспринимала мамино замужество как предательство. Но в то время, как оказалось, я была беременна своей принцессой и, возможно, слишком эмоционально смотрела на мир. Когда Анечке было три годика, мама приезжала к нам в гости. Она поначалу остановилась в гостинице. Но это было уж совсем не по-человечески. Я пригласила её в наш тогда только построенный дом, и помирилась с ней. Я поняла и приняла её решение. Зачем хоронить себя заживо, жизнь ведь продолжается. Она не заканчивается. Теперь я регулярно на её день рождения, ездила к ней. Навестить и поздравить. Обязательно с детьми. Теперь вот поеду без нашего студента. Недели у мамы мне хватало, чтобы и отдохнуть и смертельно соскучится по своей семье. По своему мужу. По своему дому. При воспоминании о муже сердце нехорошо сжалось. Я сделала вдох. Задержала дыхание. И медленно-медленно выдохнула. Сосредоточилась на рассматривании узора на чашке и набрала номер мужа. Правила, в том числе и не звонить на работу мужу, больше не работали. – Ты подписала? – спросил деловым тоном Дмитрий после дежурных вопросов о здоровье. – У меня встречное предложение! – бодро ответила я. – В смысле? – он немного сбился и в его голосе проскочило удивление. – Я сейчас сканирую договор, автозаменой меняю наши имена, распечатываю, подписываю и отправляю тебе! Ты заверяешь. Только срочно! До моего отлёта! – промурлыкала я в трубку. – Мари? – Что? Почему тебе не нравится? У нас же всё по-честному? Всё общее? Мы семья? – спросила я. – Дома поговорим, – стал закруглять разговор муж, прикрыв трубку рукой и давая какие-то указания сотрудникам. – Ты забыл, что я улетаю? – сказала я. – Вроде же было на завтра–послезавтра запланировано? – удивился муж. – А я решила улететь сегодня. Удобный рейс. Не хочу с тобой ругаться перед отъездом, но жду серьёзного разговора. Честного. Что ты задумал? Что за риски нас ждут? Что ты от меня скрываешь? – проговорила я в трубку заводясь. Так. Вдох. Пауза. Длинный выдох. – Я провожу вас. Когда самолёт? – тем временем звучал в трубке голос моего мужа. – Зачем? Не нужно. Я пока ещё дееспособна. А разговора на бегу о таких серьёзных вещах у нас не получится. – ответила я ему. – Марина! Я тебя люблю. И всё тебе объясню! – услышала я перед тем, как отключить разговор.