Глава 25

Диана смотрела на меня, расширив глаза и, казалось, совершенно не понимала, о чем я говорю.

Мне хотелось поговорить еще о многом сегодня, но ее признание в том, что случилось с Пашей, открыло шлюз, за которым была сплошная злость и ярость.

Я не мог в это поверить. Я не мог понять, как можно было отпустить добровольно ее, когда она так тебя любит.

Если бы она меня любила, или хотя бы дала намек на что-то. Но этого не было ни разу. Я сразу понял, что если такая, как Диана любит, то это эксклюзивные чувства.

Тогда Захаров сказал, что она его и он ни за что ее не отдаст, я поверил ему. Я решил, что так должно быть. И мне не хотелось ломать Диану своими признаниями. Из года в год, я слышал о том, что они все еще вместе и в какой-то момент выдохнул, радуясь, что не настаивал на своих чувствах к девушке. Паша сдержал слово. Но в итоге идиот поступил с ней самым низким образом.

Столько лет, и он пошел к другой. Что за кретин?

– Антон, я понятия не имею, о чем ты, – донесся до меня голос Дианы. – Я была в смятении из-за беременности и развода, но не припомню, чтобы находилась в беспамятстве, чтобы написать смс и забыть о нем. Тем более такие слова. Такого решения я не принимала.

Я нахмурился и открыл в телефоне чат с ней, удостоверившись в том, что правильно прочел ее смс около десятка раз в тот момент и позже.

– Что там?

Я встал и подошел к ней, сев на краю постели. Протянул телефон, хотя, по сути, уже догадывался, кто мог это сделать.

– Клянусь… – она хотела сказать что-то еще, но потом снова посмотрела в телефон задумавшись. – Боже, какое это было число?

Застонав, она откинулась на подушку и прикрыла ладонями лицо, оставив телефон на своих бедрах.

– Поверить не могу. Зачем он это сделал?

Я знал зачем, но решил утешить ее.

– Эй, неважно, ладно? – тронул ее кисть и провел по руке вниз, остановившись на локте.

– Прости. Я должна была сама написать в один из дней. Настоять, спросить, как твои дела, ведь могло что-то случиться, а я… Я была так…

– Диан, посмотри на меня, – прерываю ее забавный монолог.

Она выглядывает в промежуток растопыренных пальцев, но рук от лица не отнимает, выглядя при этом такой девчонкой.

Улыбаюсь ее ребячеству, не могу ничего с собой поделать.

– Думаю, нам не стоит говорить о том, что было.

– И ты не расскажешь, почему однажды перестал быть нам другом?

Этот вопрос поставил меня в тупик, и я не мог сказать ни слова. Сажусь ровно и тут же отнимаю свою руку назад.

– Если не говорить ни о чем, то этот вопрос, почему семнадцатилетний Антон так решил, не стоит поднимать. Я не смогу найти достойный ответ.

– Не-е-ет, – она улыбается и тянется к моей кисти, словно я собираюсь встать и уйти. – Так просто тебе не отделаться, Антон Чернов. Попробуй тогда найти менее достойный, но правдивый.

Рассмеявшись, я смотрю на ее тонкие пальцы и неосознанно глажу их. Снова.

Диана замолкает, и я поднимаю глаза на девушку, что смотрит пристально на мои действия.

– Я просто, – прочищаю горло, – почувствовал себя тем, кто должен был это сделать, Диан.

– Но это было глупо. Мне казалось, что мы ладили втроем. Я ощущала себя дрянью, которая разрушила вашу дружбу.

– Нет, ты ничего не сделала. Я мыслил неправильно. Это была моя ошибка.

– Вот тут согласна. Мне жаль, что ты не поговорил со мной, прежде чем принимать такое решение за нас всех. И за меня отдельно.

«И мне тоже», – мысленно признаюсь, но молчу на самом деле.

– Кажется, жизнь внесла свои существенные коррективы и столкнула нас фактически лбами.

– А ты прям дышишь позитивом.

Диана пожимает плечами.

– А что поделать? Все что могло, уже случилось.

Моя рука неосознанно сжимает ее, и серые глаза смотрят очень внимательно.

Мы замираем, и время замедляется, потому что ни один из нас не шевелится. Только уголки ее губ дрожат с намеком на улыбку.

– Что?

– Тебе нужно постричься, – внезапно ее пальцы пробегаются по моей челке, а мне так хочется закрыть глаза и насладиться этим прикосновением, пусть и мимолетным. – Прости.

– Что?

Диана резко меняет настроение.

– Кажется, обед закончился.

Выставить меня решила?

– Да, ты права, – встаю, сделав вид, что не заметил ничего. – На сегодня мы закончили. Все мои рекомендации выполняй. Зайти к тебе перед уходом?

Не знаю, почему задал такой вопрос, но вижу, что откажется.

– Не стоит. Лучше поспеши домой. Ты, итак, проводишь в клинике все свои дни до ночи. Твоя девушка, должно быть… Кхм… Я лягу пораньше, а то не высыпаюсь.

Так вот, в чем дело. Я и сам, кажется, не заметил, как несколько раз переступил некие грани. Поэтому просто киваю и спешу на выход, попрощавшись на сегодня.

После еще одного сеанса терапии с другой пациенткой я спешу к главной.

– Ксения Юрьевна, можно?

– Конечно, Антон. У меня есть десять минут. В чем дело?

Я присел напротив ее стола и перешел к делу.

– Скажите, а эти скидки, которые имеют сотрудники, их можно использовать для близких людей?

Она посмотрела пристально.

– И для кого же мне сделать эту самую скидку?

Ее тон и ехидство были уловимы ясно.

– Она потратила последнее. Я знаю, что у нас много таких пациентов и мы не можем всем помогать бесплатно, но я бы не стал просить, если бы это не было важно.

Она лишь улыбнулась.

– Так, я платеж Дианы уже обработала, сам понимаешь. Поступим иначе. Ей после клиники два месяца нужно наблюдаться у нас амбулаторно. Давай мы его проведем бесплатно. Там все равно связано на гимнастике. Позанимаешься с ней сам.

Если честно, это самое большее, что я мог ожидать.

– Конечно. Спасибо вам.

– Но это не на постоянной основе. Запомни.

– Разумеется. Надеюсь, что этого и не понадобится больше.

– А теперь скажи, как ее дела? Девочка сильная?

– Да. Думаю, что закончим даже раньше. Но это на первый взгляд. Когда пройдем бассейн и приступим к ходьбе, будет видно.

– Хорошо. Ступай.

Ближе к восьми я собрался домой и вспомнил, что завтра выходной.

Проходя по коридорам, я боролся сам с собой, чтобы все-таки войти к Диане, но, сдержав этот порыв, вышел на улицу.

Сел в прогретую машину и услышал звонок от друга.

– Да, Миш. Привет.

– Ты скоро приедешь? Привет.

– Приеду? Куда?

Попытался припомнить какие-то планы, но ничего не нашел в своей памяти.

– У Ксюхи день рождения. Лизка уже тут, сказала, что ты на работе, скорее всего.

Точно. День рождения его жены.

– Черт, прости дружище, – снова посмотрел на часы. – Я только вышел.

– Да не волнуйся, только подтянулись некоторые. А вы че с Лизой, все? Или опять на время?

– Потом, Миш. Лучше напомни, это в каком ресторане?

– В караоке. На Луначарского.

– Точно. Я помню. Через сорок минут буду.

– Давай, ждем.

Как только отъехал от клиники, заскочил в ближайший цветочный. В сувенирном купил ей любимых кошек, которых она коллекционирует и рванул в караоке. Ночь будет длинной. А завтра, можно и поспать.

***

А она к ним поступью.

Мягко так ложится.

Отпуская боль,

Думает влюбиться.

А она к ним ласково.

И летит как птица.

Нежно обнимает,

Чтобы не разбиться.

Все она продумала,

Ждет судьбы знаменье.

Может этот взгляд,

Иль прикосновение.

Оба неготовые.

Каждый в своей боли.

От холостяков,

К ласковой неволе.