Глава 24

Мои ладони вспотели от мысли о том, что предстоит делать. А они скользили по сильным рукам Антона, когда он начал тянуть меня медленно вверх.

– Только не отпускай, мне кажется, если я упаду, то это будет как бетонный столб на землю. Словно разобьюсь.

Тело ныло, как и мои мышцы.

Антон блеснул своими глазами и схватил крепче.

– Не отпущу, не переживай.

Я верила и благодарно улыбнулась.

Мышцы дрожали, пресс, о существовании которого я забыла, напрягся помогая.

Словно мы сгибали железный прут. И стоило мне оказаться на девяносто градусов сидящей, я вздохнула.

Антон держал меня и улыбался. На его лбу блестели капли пота, и мы оба тяжело дышали.

– Не представляю, как ты проходишь это каждый день с новыми пациентами.

– Легко, – он пожал плечом, но видел, что я не удовлетворена его ответом. – Я не отношусь к этому всему как к работе. Каждый раз, это будто вызов пациентам и мне самому. Поэтому мы идем в шаг друг с другом, а я как основная поддержка. В переносном смысле.

Я кивнула восхищаясь.

– Этой твой секрет успеха?

– Типа того, – он улыбнулся, и я ответила тем же, даже с учетом того, что ощущала себя до ужаса отвратительно. – Нормально все?

– Сложно сказать. Пока ты меня не трогаешь, я не чувствую боли.

На его лице мелькнула тень вины.

– Но я благодарна тебе за терпение.

Я сжала его ладони сильней.

– После обеда снова будешь расслаблять мышцы в ванне, – сказал, словно подслащая пилюлю.

– Это было самое восхитительное, что со мной случалось за длительное время.

– Понимаю.

– Наш обед? Он в силе?

Я не могла не спросить, потому что… Да разве нужно пояснение этому желанию?

– Тебе скучно не так ли?

– Не только поэтому, – призналась, не краснея. – Я соскучилась. И было бы разумно потратить твои свободные минуты на общение со мной.

– Я пошутил.

Я фыркнула.

– Сейчас ты ляжешь, отдохнешь десять минут и повторим.

– Не-е-ет, – притворно застонала, и на этот раз Антон рассмеялся.

После занятий я была еще некоторое время в ужасном состоянии. Но когда мы закончили, я была благодарна, что он не смотрел с жалостью.

Он лишь сказал, что я молодец.

Мне не нужно было большего. Я хотела быть сильной не только внутри, но, и чтобы Антон это видел. Понятия не имею зачем. Но он видел.

 К обеду я уже была в бодром настроении. Антон немного опоздал. Но узнав причину, я решила его помиловать.

– Серьезно? Господи, сколько я их не ела? – передо мной лежали эклеры с самым восхитительным заварным кремом.

– Это лучшая кондитерская в городе.

– Не сомневаюсь, – ответила и откусила кусочек, блаженно застонав от взрыва вкуса в моем рту.

Я почти плакала, когда открыла глаза и увидела взгляд Антона.

Мое смущение окрасило меня в ярко-розовый, я была уверена. Быстро убрав пирожное, я схватила салфетку и вытерла рот.

– И нос не забудь, – он улыбался, кажется, сдерживая смех.

– Что? Я люблю эклеры.

– Ты всегда их любила, – пробормотал тихо, но я услышала.

Это правда.

Я нечасто себя ими баловала, но в интернате нам их давали на праздники, и у нас возникла любовь с первого укуса. Я была поражена тем, что Антон помнит, пусть и отдавал мне свой каждый праздник, пока не перестал со мной и Пашей общаться.

Мы смущенно посмотрели друг на друга, словно каждый вспомнил об одном и том же, и продолжили есть, ведя обычную беседу.

– Ну, так что, рассказывай. Как ты устроился?

– Тебя интересует все?

– Абсолютно все. В мельчайших подробностях.

Он отпил свой чай со смешком и начал с того, что закончил учебу почти на отлично.

– Значит, сюда тебя взяли еще во время практики?

– Да. Они отбирают не только отличников. Если честно, наша главная просто видит что-то в каждом и если решает, то это значит, ты попал в поле зрения ее экспертного мнения.

– Это здорово. Я была удивлена, когда ты решил поступать в медицинский. Но сейчас вижу, что ты просто пошел за мечтой.

– Типа того.

– И что было дальше?

– Я отучился последний год. И меня сразу же забрали сюда. При этом я часто приезжал в клинику в течение всего времени, набирался опыта просто наблюдая, когда были свободные дни от учебы.

– Вау, – я была восхищена им, без шуток.

Почему-то в этот момент мне вспомнились слова Павла о деньгах и статусе. Казалось, что он стал этим, одержим куда больше после встречи с Антоном. Я не дура и видела его машину, видела одежду, которая даже на вид несла дороговизну.

Он бы ни за что не отказался от этого места, даже будучи вместе, он явно поставил бы мне ультиматум о переезде, в котором я не была уверена, даже тогда.

Подходя к главному вопросу, я видела себя со стороны любопытной сплетницей, но откинув мысли, все же спросила:

– А твоя девушка? Она была тобой восхищена, когда говорила о твоей работе. Вы женаты? Или…

Антон задумался на длительное мгновение.

Антон

Это был нормальный вопрос. Но ответить на него так просто у меня не вышло.

Я старался вести себя как профессионал, но все же друга было больше в этой палате. И мои мысли часто уносились далеко.

Я врач и я помнил об этом. Но черт, беря ее ноги в свои ладони. Массируя их, я как дурак уходил дальше в своей голове и долго потом себя ругал.

После ухода Лизы я задумался еще кое над чем.

Время и отношения.

Они были несовместимы.

Лиза не понимала меня. Поймет ли другая девушка. Не сейчас, потом… Когда я вдруг решу завести новые отношения.

Ответ мне словно был знаком.

Мы с Дианой часто обменивались молчаливыми взглядами. А работать вместе предстоит длительная. Я не могу все испортить в этот раз. Я не могу надеяться на что-то другое, чем дружба.

И не то чтобы я был уверен, что она думает обо мне как-то. Ей сейчас многое стоит пройти, многое забыть. Я не стану мешать восстановить в первую очередь себя.

– Мы не женаты и да… Она очень гордится мной.

Это не было ложью. Лиза видела мои достижения, просто они не пересекались с тем, о чем мечтала она сама.

– Вы давно вместе?

– Больше трех лет. Но были перерывы. Я не вычитал их из срока. В ссоре мы все равно оказывались так или иначе, вместе уже через неделю или две.

Она кивнула с улыбкой.

– Это здорово. Ты достиг всего что хотел. Это и правда достойно похвалы. Помнишь, как на нас смотрели эти домашние дети. Знали бы они, кем ты сейчас стал, обзавидовались.

Мы оба рассмеялись.

– Так что, вы планируете свадьбу и все дела?

– Нет, – ответил резко. – Мы просто живем…

– Тоже отлично. Не всем нужен штамп в паспорте. От предательства он не остановит никого.

Я замер, а она отвернулась.

Но внутри все кипело. Потому что я догадался о том, что она имела в виду.

Этот идиот просрал эту потрясающую девушку и свалил. Кретин.

– Он изменил мне, – тихо признала Диана. – С моей подругой.

Когда она посмотрела на меня своими серыми, я увидел ее попытку улыбнуться, но дрожащие губы… Это вынести было сложно.

– И решил, что я его прощу. Поеду с ним. Даже извиняясь, он словно не это имел в виду. Словно мы говорили о том, что он купил не те лампочки в люстры.

Диана грустно рассмеялась.

– Если бы мы успели взять ипотеку, я бы сейчас тут не была. У меня бы просто не было денег. Мы отложили еще на год, оставаясь на съемной. Представляешь, как бы все обернулось. Меня в дрожь берет подобная перспектива.

– Этого не произошло и никогда не будет. Не думай об этом.

– Я не думаю. Лишь однажды такая мысль мелькнула в голове. Я вообще стараюсь не думать о том, что было. Не вижу в этом смысла. Но ты же понимаешь, что память порой вытворяет.

– Знаю.

Конечно, я знал это. И потому вспомнил еще кое-что.

– Диан, почему ты мне тогда так написала?

Она посмотрела не понимая.

– Как?

– Попросила не тревожить, что у тебя новый этап в жизни.