Глава 20

Стас

Ночь удалась. Даже лучше, чем ожидал. Ульяна… Она стала другой. Более раскрепощенной. Страстной. Огонь, а не девушка. Эта чертова искра, которая всегда была между нами, вспыхнула с новой силой. Сжигающей, обжигающей, поглощающей все на своем пути.

Неужели это я так на неё влияю? Такая же она зажигалка в постели с Виктором?

Хороший вопрос.

Потягиваюсь, чувствуя приятную ломоту в мышцах. Да, мы постарались на славу. Эта девушка умеет доставлять удовольствие. И принимать его. С жадностью. С отдачей. Без остатка.

Вспоминаю ее вздохи. Стоны. Крики. Мое имя, слетающее с ее губ. С хрипотцой. С мольбой. С безумием.

Черт. Даже сейчас кровь приливает к паху.

Стою на террасе, наблюдая за утренними лучами солнца, пробивающимся сквозь плотные облака. Красиво. Но мне сейчас не до красот природы. В голове – только Ульяна.

Ее тело. Ее запах. Ее вкус.

Выдыхаю серый дым. Капец, несколько лет не курил. А тут вдруг потянуло неожиданно. Нервы, бля.

Затягиваюсь глубоко, до боли в легких, пытаясь заглушить эту жгучую тоску по ней.

Сердце до сих пор нервно прыгает в груди. Её образ до сих пор стоит перед глазами. Голая. Раскрасневшаяся. Моя.

Сука, это был лучший секс за последние три года. Ни одна так не вставляла, как она. Ни одна, бля!

Даже те девчонки, которых я менял как перчатки… Они все – пустое место по сравнению с Ульяной. Блеклые копии. Фальшивки.

И все было бы зашибись, если бы не мой братец. Заявился неожиданно. Сюрприз решил сделать. Всю малину обломал, гад. Как будто чувствовал, индюк, что его неверная женушка балуется.

И я бы с удовольствием посмотрел на его рожу, если бы он увидел, как я трахаю его жену.

Но Ульяна…

Шок. Страх разоблачения в ее глазах. Шумное, прерывистое дыхание. Нервная дрожь. Она так испугалась, что готова была сквозь землю провалиться.

Не смог её подставить.

Бывшая боялась разочаровать своего драгоценного муженька. Наверное, переживала, что он, если бы узнал, выгнал бы ее из дома пинком под зад. И разрушилась бы на этом вся ее красивая, налаженная жизнь. Вот, что значит, деньги решают все.

Не любит она его. Я сразу это заметил. Как холодно она его обнимала и целовала. Как фальшиво улыбалась. Это все не то. Не настоящее.

Другое дело, когда она смотрит на меня. В этих глазах – огонь. Желание. Тоска. Как она извивалась подо мной, как закатывала глаза от удовольствия, когда я трахал ее на столешнице. Как шептала мое имя.

Вот такое точно не сыграешь. Значит, она меня до сих пор любит? Или что это значит? Ну не могла же Ульянка просто так мужу изменить. Не такая ведь, вроде…

Хотя с чего я это взял?

Эта девушка – загадка. Кто его знает, что у неё на уме.

И смысл тешить себя надеждой? Даже если допустить тот факт, что у неё вновь могли вспыхнуть ко мне чувства, уже поздно что-то менять. У неё муж, ребенок, налаженный быт.

А я вольная одинокая птица, всегда таким был.

Наверное, я попросту не создан для семьи. Не умею строить отношения.

Только с ней бы… С ней я был бы другим. Настоящим.

Но она выбрала брата. Этого скучного и предсказуемого упыря, с которым я даже несколько минут не могу находиться в одном пространстве. Сразу блевать тянет. Но придется переступить через себя. Думаю, за пару дней должен управиться и свалить отсюда.

Чтобы не мучиться. Чтобы не видеть её. Забыть.

Жаль только Тимоху. Прикольный малый. За такое короткое время успел привязаться к мальчику.

Я бы с удовольствием ещё разок провел с ним время. Но не уверен, что получится.

Я ведь не часть этой семьи и никогда ей не был. Чужой.

Я и сейчас ощущаю себя здесь лишним, несмотря на то, что имею право здесь жить.

Но одно дело, когда мы жили втроем – я, Ульяна и Тимоша.

А сейчас, когда перед глазами будет постоянно маячить еще и братец, который будет целовать её, ласково называть, смотреть своими наивными любящими глазами на женщину, которая не любит его и живет с ним ради денег…

Да я так долго точно не выдержу. Это слишком даже для меня. Мазохизм какой-то получается. Поэтому надо сваливать отсюда поскорее. Лишь бы он пошел на уступки и не встал в позу. А то ж я знаю Витьку, сделать мне назло – это его самое любимое. Как и у меня, впрочем. В этом мы с ним похожи.

Делаю последнюю тягу. Бросаю бычок в урну.

Захожу в дом. Шагаю тихо, так, словно на минном поле нахожусь. Тишина.

Что, голубки, уже ушли? Или придаются любовным утехам в своей спальне?

Представляю, как скучно Уле трахаться с Виктором после меня. Пресный обыденный семейный долг. Уверен, эту ночь она надолго запомнит. Будет вспоминать её как самое яркое событие в своей серой жизни с этим занудой. И мечтать, чтобы в моменты их близости вместо него был я.

И… Едва представляю, что Уля и в самом деле сейчас с Виктором, сердце сжимается в тиски. Больно-то как, блядь. Ядовитая ревность пронзает насквозь, как раскаленный клинок.

Как же хреново. Так и тянет что-нибудь сломать, ударить кулаком, что угодно, лишь бы выплеснуть свои накопившееся эмоции.

Любовь и ненависть. Ревность и страх. Страсть и похоть. Похоть и любовь… Сука, замкнутый круг какой-то.

Аж бесит.

Но ничего не могу поделать. Хоть бери и вырывай это гребаное сердце, чтобы жить спокойно не мешало.

Порываюсь пойти в душ. Чтобы смыть с себя ее запах. Чтобы он не отравлял мою душу.

Как вдруг… Передо мной возникает Ульяна. Бледная. Взволнованная. Она хватает меня за руку и куда-то тащит.

И чего она от меня хочет?