Глава 48

Стас

Сердце бьется с тройной скоростью, словно бешеная зверюга в клетке. Тимоша – мой сын. Мой. Родной сын. Эти слова пульсируют в висках, отдаются эхом в каждом миллиметре моего тела. Невероятно. Невозможно. Фантастика.

Это слово, «сын», отдается во мне каким-то невероятным теплом, разливается по венам сладкой, тягучей патокой, заполняя собой каждую пустоту, каждую трещинку в моей душе. Неужели в самом деле этот маленький, чудесный мальчишка с огромными, лучистыми Ульяниными глазами… Мой сын? Мой!

Не могу поверить. Это словно сон. Яркий, сказочный, нереальный сон. Боюсь пошевелиться, боюсь вздохнуть, боюсь, что всё это вдруг исчезнет, рассыплется, как карточный домик.

Эйфория бушует внутри ураганом, цунами, вулканическим извержением. Настолько мощно, настолько всепоглощающе, что всё остальное перестает существовать. Мир сужается до размеров этой маленькой палаты.

Еще пару часов назад я кипел от злости. На Ульяну. На себя. На весь мир. Как она могла скрывать от меня такое?! Как?! Эта злость жгла меня изнутри, разъедала, словно кислота. Но сейчас… Сейчас вся злость испарилась без следа, растворилась в этом огромном, всепоглощающем, безусловном чувстве любви. К нему. К Тимоше. К моему сыну. К моей кровиночке.

Он такой маленький, такой беззащитный… И он мой. Мой! И я сделаю всё, чтобы он был счастлив. Всё!

Я понимаю, что готов на многое ради него. На всё. Горы свернуть, звезду с неба достать… Всё, что угодно.

Даже ноги почти не болят. Хотя, если честно, я их просто не чувствую. Все мои мысли заняты Тимошей. И Ульяной.

Она сидит рядом, немного испуганная, но глаза… В ее глазах – надежда. И любовь. Ко мне. И к нашему сыну.

У нас всё получится. Я уверен. Мы будем счастливы. Станем настоящей семьей. Наверстаем упущенные годы. Я, Ульяна и Тимоша.

Мы справимся со всем. Вместе.

Полицейские заканчивают допрос. Виктор обречен. Его ждут годы за решеткой. А нас с Ульяной ждет счастливое будущее. Вместе. С нашим сыном.

Нисколько не жаль брата. Он сам во всем виноват. Сам разрушил свою жизнь. Думал, что с помощью своей подставы сможет мне отомстить, заставить Ульяну полюбить его… А что в итоге? Обломался. Провалился.

Он просто заигрался. Запутался в собственной паутине лжи. Сам выкопал себе яму, сам же в неё и попал. Каждый в этой жизни получает по заслугам. Рано или поздно. Правда всегда всплывает наружу, как пробка на поверхность воды. Наступает момент истины, и всё становится на свои места. Как и сейчас.

– Милый, я поеду к нашему сыну, – нежный голос Ульяны врывается в мое сознание, вырывая меня из раздумий. И когда она произносит эти слова – «к нашему сыну» – я чувствую такой мощный заряд энергии, такой прилив сил, что даже несмотря на ноющую боль в ногах, готов встать и лететь за ней следом. Это чувство отцовства, оно дает мне силы, энергию, неиссякаемый заряд бодрости. Кажется, я на всё готов. И даже больше. Ради них. Ради моей семьи.

– Хорошо. Я буду скучать, – улыбаюсь я, чувствуя, как тепло разливается по груди. Ульяна мягко целует меня в губы. Заботливо гладит по голове, даря мне свои лучи любви, тепла, нежности.

– Отдыхай. Я скоро приеду, – шепчет она, и я на миг закрываю глаза, наслаждаясь этим моментом близости, этим ощущением полного, безграничного счастья.

Погружаюсь в дремоту. Как бы там ни было, всё же мое истинное состояние, израненное тело, дают о себе знать. Усталость накатывает волнами.

Засыпаю. И мне снится прекрасный сон.

Я, Ульяна, Тимоша. Мы все втроем. Вместе. Одна семья. Кажется, мы устроили пикник. Вокруг нас сказочный лес, свежий воздух, яркая, сочная зелень деревьев. Птицы поют. Солнце светит. Красота.

Мы с Тимом гоняем мяч, он звонко смеется, а Ульяна с нежной улыбкой наблюдает за нами. Ее глаза сияют счастьем.

И я понимаю, что это не сон. Это – мое будущее. Наше будущее. Счастливое будущее.

А затем я слышу его голос. Голос Тимоши. Будто бы наяву.

– Осторожнее, малыш. Он спит, – до боли родной голос Ульяны заставляет меня выйти из дремы и широко распахнуть глаза.

И это не сон. Это реальность. Они здесь. Мои любимые. Они рядом.

Вот это сюрприз. Аж дыхание перехватывает от переполняющих меня эмоций.

– Стас… Пливет! – улыбается сынок, и я готов весь мир к его ногам положить, когда он так смотрит на меня.

– Привет, малыш, – хрипло отвечаю я, протягивая руку, чтобы прижать маленькое хрупкое тельце к себе. Прижать и никогда не отпускать. Тимоша обнимает меня, я вкладываю в эти объятия все свои силы, чтобы прижать его к себе как можно крепче.

Наблюдаю слёзы в глазах Ульяны. Это слёзы счастья, я уверен. Думаю, она долго ждала этого момента. Почти три года.

– А ты сильно заболел? – с сочувствием смотрит на меня сын. Отрицательно качаю головой.

– Нет, мой маленький. Не сильно. Я скоро выздоровею.

– Плавда? Ула! – восторженно отзывается он, хлопая в свои маленькие ладошки.

Киваю в согласии, растягивая на губах благоговейную улыбку.

– А когда ты поплавишься, мы будем иглать? – он поднимает на меня взгляд, полный надежды.

Целую Тимошу в макушку и с полной решимостью отвечаю:

– Конечно. Теперь мы всегда будем с тобой играть. Во все, что только захочешь.

Тимоша радуется ещё сильнее, мои слова о том, что теперь я всегда буду с ним играть, вызвали в нём неописуемый восторг. Сердце наполняется теплом и любовью. Такой, что оно готово разорваться от нежности.

– Спасибо тебе… – шепчу едва слышно, прижимая к себе свой теплый комочек, а сам смотрю на Ульяну. – Спасибо тебе за него…