Глава 49

Ульяна

Привычная больничная атмосфера встречает меня белыми стенами и своеобразным запахом.

Стас, все ещё бледный, но уже улыбающийся, лежит на кровати. Смотрит на меня своими теплыми глазами. Рядом с ним костыли.

Он постепенно приходит в себя. С каждым днем все лучше, все увереннее. И я… Я счастлива. Бесконечно счастлива, что он жив. Что он рядом. Что все самое страшное позади!

Мы с Тимошей навещаем его каждый день. Мой маленький сыночек так радуется когда видит Стаса. Обнимает его, целует, рассказывает о своих маленьких победах и проделках в садике.

Стас тоже счастлив. Я вижу это в его глазах. Ему уже не терпится скорее выписаться из больницы и быть рядом с нами. Рядом со своими любимыми.

Да и я жду не дождусь этого момента. Сегодня я пришла одна. Тимоша в садике.

Смотрю на Стаса, и сердце сжимается от какого-то непонятного, гнетущего чувства. Того самого, которое не отпускает меня все эти дни, словно тень. Тревога? Но ведь Виктор за решеткой, а это значит, он больше никак не сможет нам навредить. Страх за будущее? Не знаю. Не могу понять, что именно меня тревожит. Какая-то неясная, смутная угроза висит в воздухе, отравляя радость от встречи.

– Стас, – начинаю я, и голос мой предательски дрожит, выдавая мое внутреннее волнение. – Как… Как нам жить дальше?

Его улыбка гаснет, словно кто-то выключил свет. Лицо становится серьезным, сосредоточенным.

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает он тихо, поднимаясь в сидячее положение и внимательно, изучающе смотря на меня.

– Как обо всем сказать Тимоше? – выпаливаю я, чувствуя, как к горлу подступает ком, а глаза отчего-то наполняются слезами. Во всем виновата моя ложь. – Что ты его настоящий папа. Что Виктор… Что он…

Стас молчит. Долго молчит. Смотрит куда-то вдаль, словно обдумывая что-то важное. Потом берет мою руку, сжимает ее в своей. Теплой, сильной, надежной.

– Давай сделаем так, – размеренно говорит любимый, наконец поднимая на меня свои пронзительные глаза. – Мы будем постепенно посвящать его в правду. Рассказывать ему обо всем… Понемногу. Аккуратно. Так, чтобы не травмировать его детскую психику. А когда он будет готов, когда почувствуем, что настал подходящий момент, тогда и скажем, как есть. Всю правду.

Киваю, соглашаясь с его предложением.

Тимоша пару раз спрашивал о Викторе. Я сказала, что он… Что папа снова уехал в командировку. На этом его вопросы закончились, ведь Виктор и до этого вел такой же образ жизни – постоянные разъезды, встречи, переговоры. Сынок уже привык, что папа редко бывает рядом. Точнее, уже не папа. Это слово теперь вызывает во мне лишь горечь и отвращение. Зато о Стасе он говорит постоянно. «А когда придет Стас?», «А дядя Стас поиграет со мной?», «А Стас…».

И у меня есть надежда, что сынок спокойно воспримет тот факт, что Стас… Что Стас вскоре займёт место Виктора. Что Стас станет ему настоящим отцом. Тем отцом, которым так и не смог стать Виктор. И я верю, что любимый справится. Он хороший. Добрый. Заботливый. Самый лучший! Самый любимый! Самый родной. Он… Он любит Тимошу.

– Стас, мне… Если быть честной, так тяжело, – говорю я, чувствуя, как слезы вновь подступают к глазам. – Так тяжело находиться в доме Виктора.

Стас понимает. Без слов.

– Ульяна, – произносит он, его голос твердый, решительный. – Давай уедем?

– Уедем? – переспрашиваю я удивленно. – Куда?

– Куда-нибудь далеко, – отвечает Стас, даря мне свою теплую согревающую улыбку. – Туда, где нас никто не знает. Где мы сможем начать все с нуля.

– Но… – начинаю я, но он меня перебивает.

– У меня есть идея, – воодушевлено произносит любимый, и в его глазах загорается огонек. – Я хочу снова развивать свой бизнес. Я уверен, что на этот раз у меня точно все получится.

Слушаю его, и… И понимаю, что он прав. Что это единственное верное решение. Уехать. Начать новую жизнь. Вместе. С ним. С Тимошей. С нашим маленьким счастьем. И забыть обо всем том ужасе, через который мы прошли. Забыть о Викторе. О его предательстве. О его гнусном, отвратительном поступке.

– Я согласна, – выдыхаю я, и на душе становится легче. Словно гора с плеч свалилась. Камень с души. – Я с тобой. Мы с тобой. Куда угодно. На край света.

– Вот и славно, – Стас улыбается, его глаза сияют счастьем. Он притягивает меня к себе. Ближе. Еще ближе. И начинает целовать.

Его губы, теплые, мягкие, нежные, касаются моих. Сначала робко, несмело. Потом все увереннее, все настойчивее. Страстно. Жадно. Безудержно. Именно так, как и целовал всегда.

Руки Стаса обнимают меня, прижимают к себе. Крепко. Сильно. Так, словно боится потерять.

Закрываю глаза. Отдаюсь этому поцелую. Целиком. Полностью. Без остатка.

Чувствую вкус его губ. Сладкий. Пьянящий. Забываю обо всем. О больнице. О Викторе. О проблемах. О будущем.

Есть только он. И я. И этот поцелуй.

Его руки скользят по моей спине. Поднимаются выше. Запускаются в волосы.

Прижимаюсь к любимому всем телом. Чувствую тепло его рук. Силу его объятий.

В этом поцелуе – вся наша любовь. Вся наша нежность. Вся наша страсть. Вся наша жизнь.

Мы целуемся долго. Жадно. Словно пытаемся наверстать все то время, что были в разлуке.

Когда мы наконец отрываемся друг от друга, я вижу в глазах Стаса… Любовь.

Настоящую. Искреннюю. Бесконечную.