Глава 63

С Костей мы встречались несколько раз в кафе. Не хочу провоцировать слухи, да и он надолго уезжать от отца не может. Он всегда говорит важные слова поддержки, а порой мне достаточно того, как мы молча сидим, смотря на проходящих мимо людей, и моя голова покоится на его плече, пока его ладонь гладит мою.

Теперь помимо Лапина стал заходить и Семён, но я отстояла Милку. Сказала, чтобы он забирал свои вещи и уходил из квартиры, которая никогда ему не принадлежала. И вот здесь, боюсь, могут быть проблемы, но нет ничего невозможного. Я это поняла только сейчас, когда стала сильнее.

И тут на выручку пришёл Лапин, я даже не ожидала, как рьяно он возьмётся защищать свою дочь, будто сейчас целью его жизни стал манифест против неверных мужей. И лису из чужой избушки мы всё же выселили, правда, спустя пару недель, а Милка приняла решение продать квартиру, а кто я такая, чтобы препятствовать? Уже одно то, что она смогла уйти от Семёна – делало ей честь. У каждого свои достижения. У кого-то впервые сказать другому нет, у кого-то полететь в космос.

Диану Майя забрала в Москву, определила в одну из лучших клиник, только это уже было больше для вида, чем для дела. Она таяла на глазах, а я страшилась брать трубку каждый раз, когда звонила племянница, ожидая плохих новостей. И спустя три месяца от момента, когда её забрали из моего дома, услышала.

- Привет, Рим. Мамы больше нет. Приедешь на похороны?

- Иначе и быть не может.

Мы сели в машину вместе: я, Лапин, Денис, которому только недавно сняли гипс. Словно мы опять были семьёй. Но это лишь со стороны, наши части воедино уже никогда не склеить, слишком обтесались друг без друга. Нарочно сняли в аренду шестиместную машину, потому что отец уже не мог столько ехать за рулём, а отдавать их на волю автобуса или такси мне просто не позволила бы совесть. Мать сидела за моим креслом, молча прожигая взглядом спину через сиденье, и никто не хотел говорить.

Сперва Лапин включил музыку, но, наткнувшись на мой суровый взгляд, тут же убрал громкость на ноль, и мы слушали размеренный гул машины, думая каждый о своём.

Вот и всё. Ещё одна жизнь завершила свой цикл, отправляясь в одно ей известное место. А нам предстояло двигаться дальше.

На прощании было многолюдно. Майка не поскупилась на похороны, она сняла большой зал, чтобы места хватило всем. Несколько мужчин, подходивших к Ди, стояли там куда дольше остальных, будто мысленно говоря ей всё, что не успели сказать, когда следовало. И мне подумалось, что там не хватает только Лапина.

- Ты хотя бы любил её? - спросила, когда мы оказались с ним рядом на улице. Он не сразу понял, о чём речь, а потом задумчиво откашлялся.

- К чему это всё? – спросил, хмуря лоб.

- Она боялась, что не было человека, который бы её любил.

В голосе мелизм от слёз, и я сдерживаю себя, замолкая.

- А как ты хочешь, чтобы я ответил?

- Честно, Лёв. Нам уже нечего делить.

Он на минуту зажмуривается. То ли пытается вызвать в памяти чувства, то ли подавить их в себе. А потом, когда я думаю, что мой вопрос останется без ответа – произносит.

- Я любил вас обеих.