Глава 57

За окном кружили первые снежинки. На деревьях еще мелькали уцелевшие листья, показывая ветру желтые и красные бока. Осень вовсю правила бал, но зима была не за горами.

Мы с Мишей ехали домой. Там тепло и уютно. Мы включим на кухне электрический камин, нальем ароматного травяного чая и будем радоваться нашему счастью…

Загнав машину во двор, Миша открыл мне дверцу и помог выйти. Живот только начал расти и под теплой осенней курткой еще не был заметен, но Миша обращался со мной, как с хрустальной вазой. Даже в постели поумерил свой пыл, хотя доктор сказала, что беременность протекает благополучно и никаких запретов не нужно.

Когда мы поднялись на крыльцо, то дверь дома Никиты распахнулась, и на их крылечко выскочила Тая:

— Ну, наконец-то, вы приехали. Я сейчас приду. Выбирать будем. Мишаня, твое мнение тоже важно, не вздумай слинять!

Она нырнула обратно в дом, а я засмеялась:

— Даже не пытайся прятаться, она не отстанет.

— Я понял, — вздохнул Миша и с улыбкой добавил, — пойдем в тепло. Повесим на холодильник первую фотографию Илюхи.

Только мы разделись, а я включила чайник, как в дверь коротко стукнули, и Таис ввалилась в прихожую с охапкой чехлов для одежды.

— Вот, еще семь платьев взяла. Сейчас мерить буду, а вы смотрите.

Неожиданно она примолкла и подозрительно глянула на нас:

— Говорите, кто там?!

Она указала пальцем на мой живот и выжидательно уставилась мне прямо в глаза. Я залезла в сумочку, вытащила снимок первого УЗИ и протянула ей:

— Вот, смотри, кого мы с Мишей сделали.

Таис взяла снимок, нахмурилась и начала крутить его то так, то этак:

— Что-то я не пойму, тут Таечка или Илюшенька? Больше на репку с ногами похож. Колитесь, кто у меня крестником будет?!

— Илья Михайлович, — расплылся в улыбке Миша, — готовь подарочные голубые ползунки.

Таюха с радостным визгом кинулась обнимать меня и целовать. Я, конечно, знала, что она хотела, чтобы первой у меня родилась маленькая Таечка, но Миша-то хотел сына. Мы очень старались, когда его делали…

Когда Таис немного успокоилась, то начала открывать чехлы и вытаскивать свадебные платья, при этом она возмущенно ворчала:

— Сашка себе за один поход в свадебный магазин костюм купил, а я третью неделю мучаюсь, платье выбрать не могу. Это последняя партия из двадцати отложенных. Если и в этот раз не выберу, то пойду голая на собственную свадьбу!

— Можешь одолжить у Маришки парадные панталоны, — хохотнул Миша и направился в кухню, — вы тут примеряйтесь, а я пока чаек сооружу с тортиком. Надо Илюху отметить!

Тая надевала один свадебный наряд за другим и ворчала, что на ней ни одно платье толком не смотрится. Я смеялась над ней и предлагала потребовать с Сашки-жениха наряд из рыбьей кожи. Она отмахивалась и принималась натягивать следующее белоснежное одеяние…

После случайного знакомства в кабинете отца, Таю отдельно от Саши видели редко. Оказалось, что он тоже лихой на всю голову… Кстати, в мужской монастырь они все же залезли. Выпроводили их без особого почета через ворота, но братья-монахи пригрозили хулиганам в следующий раз вызвать полицию…

К первому сентября Санек окончательно убедился, что Таюшка — его истинная судьба, и сделал ей предложение, повесив на шею школьный колокольчик с красным бантом на ленточке, который упер в одной из Костромских школ сразу после торжественной линейки. К языку колокольчика было подвязано кольцо. Таис визжала от восторга и твердила родителям и брату:

— А вы говорили, что меня замуж не возьмут! А жених-то вот!

В честь помолвки закатили пирушку, где я уже не пила алкоголь, поскольку была на втором месяце. Наш с Мишей медовый месяц удался на славу…

Снежинки неспешно падали за окном, а я смотрела на подругу, которая для меня сделала столько хорошего. Слушала, как на кухне гремит чайными чашками любимый мужчина, гладила свой растущий животик и тихо радовалась. Радовалась, что это моя жизнь. Моя счастливая жизнь!

Конец