ГЛАВА 12

Игорь Места себе не нахожу. Не знаю, что с ней, но… Из-за кровотечения она очень испугалась. Побледнела, на её лбу выступал холодный пот. На месячные это совсем не похоже… Может быть, она… О, господи! Вдруг она беременна? Сердце пропускает удар от осознания того, что по моей вине она может потерять ребёнка, которого мы так давно хотели. Второй выкидыш она не переживёт… Хорошо, что я поехал именно сюда. Сначала я думал отвезти Лию в свою клинику, но по виду жены понял, что так далеко она может не доехать. Благо, практически около дома моих родителей находится новый перинатальный центр, и руководит им мой давний знакомый – Скороходов Олег Игнатьевич. Учились с ним на одном потоке в университете. Один звонок – и нас с женой уже ждала команда профессионалов. Чёрт… Самое паршивое чувство – когда над твоей женой колдуют врачи, а ты ничем не можешь помочь… Моя девочка… Моя любимая жена, которой я, судя по всему изменил с этой прошмандовкой-Алёной. Только вот я не помню ничего… Помню тот пресловутый и горький чай. Помню, как проснулся в доме Алёны. Чёрт, да я не мог! Я просто не мог сам этого сделать! Я жену свою больше жизни люблю! Я бы даже в пьяном виде не смог ей изменить, это не в моих моральных принципах – предавать свою любовь. Но то видео… Твою мать, как это могло произойти?! Явно тёща с Алёной это как-то вместе провернули… Я ведь и анализы сдавал на токсикологию. Всё чисто было! Мельком в голове проскакивает мысль – может ли быть связь между пропажей опиоидных из аптеки моей клиники и тем, что меня накачали какой-то дрянью? Не знаю… Полиция мне не поверит, если я выскажу им своё предположение. потому что оно реально звучит бредово! Никто из семьи Лии не знает никого, кто работает в моей клинике, помимо меня. Влип… Сука, как же влип! По полные уши в дерьме. Ещё и мою семью эти сволочи смогли затронуть. Руки сжимаются в кулаки, а в области сердца раздаётся тупая, ноющая боль. Это отрезвляет. Нет, нет… Не хватало ещё и мне прямо здесь коньки отбросить! Ради своей жены, ради наших детей, я должен быть сильным, и я буду. Всех, кто к этому дерьму причастен, заставлю ответить так, что мало не покажется… Из палаты супруги выходят врачи. Я тут же подрываюсь с места и направляюсь к ним. – Олег, ну как она? – серьёзно спрашиваю я. Товарищ немного хмурится. Вид у него довольно задумчивый. – Она беременна. Срок – очень небольшой. У неё открылось небольшое кровотечение, поэтому лучше твоей жене полежать в моем центре. У неё угроза прерывания беременности. А с учётом того, что у неё уже был один выкидыш… Сам понимаешь. Молча киваю. Я не акушер-гинеколог, и с это специальностью знаком лишь поверхностно, но моих знаний достаточно для того, чтобы в полной мере осознавать тяжесть сложившегося положения. – Понял. Прошу вас, сделайте всё, чтобы на этот раз моя жена смогла выносить это дитя. Второй раз такое же горе она не вынесет. – Разумеется, Игорь Александрович, – в диалог вступает незнакомая мне женщина. на чьём бейджике написано её имя – Мария Павловна. – Сделаем всё, что можем. – И даже больше, – поддерживающе похлопывает меня по плечу Олег. – Иди к ней. Она проснулась. – Спасибо, – напряжённо сглатываю и кидаю взгляд на дверь в палату, где лежит моя жена. Олег без всяких проблем распределил Лию в ВИП-палату. Причём я готов был заплатить любые деньги, чтобы она оказалась там ,но Олег отказался. На негнущихся ногах направляюсь в палату к любимой. Чёрт… Что, что я ей скажу? Она ведь и слышать меня не хочет. После того, что она видела. Если бы я оказался на её месте… Представить не могу, что бы я делал. в историю ,которая произошла со мной, я бы не поверил. Наверное, пошёл бы и голыми руками прибил урода, который тронул мою жену. А потом – чёрт знает. Смог бы я простить измену любимой? Нет. Сможет ли моя любимая простить мою измену, которую я совершил физически, и о которой сознательно совсем ничего не помню? Не знаю. Я сделаю всё, что в моих силах, и даже больше, чтобы только вернуть доверие Лии. Но… В итоге, решение будет за ней и только за ней. И я его приму, каким бы оно не оказалось, но… Перед этим я сделаю всё, чтобы вновь вернуть её доверие и любовь. ***– Чай со сливками… И бутерброд… – Лия глядит на меня широко распахнутыми глазами и немного нервно облизывает высохшие губы. Моя девочка… Родная, нежная и в то же время такая сильная. Сейчас она смотрит на меня, как на врага ,хотя раньше в её глазах был лишь океан любви и нежности. Чёрт… Даже в больничной одежде, уставшая и заплаканная она остаётся самой лучшей женщиной на земле. Которую я теряю. прямо сейчас. Каждую секунду, каждый миг, она всё сильнее отдаляется от меня. Утекает, словно песок сквозь широко расставленные пальцы. Даже сейчас, когда я пытаюсь хоть немного начать выводить её на диалог, Лия морщится и отводит взгляд в сторону. Наверняка она сейчас сама терзается сомнениями в том, как ей поступить правильно. Что думать и как быть? Какой же я идиот… Хотел помочь тёще, что называется. А в итоге… Что вышло, то вышло. Сам виноват. – Много сливочного масла и чуть-чуть сыра? – печально улыбаясь, смотрю на Лию, у которой уже урчит живот. Именно такие бутерброды она обожала на протяжении всей первой беременности. Даже когда она кормила Платошу грудью, она уплетала бутерброды с маслом за обе щёки. Говорила, что от них молоко прибывает. А после окончания лактации эту страсть к бутербродам как рукой сняло. Я ведь всё помню… Каждую мелочь держу у себя в памяти. И как же горько осознавать, что ,возможно, только эти счастливые воспоминания у нас и останутся. Выхожу из палаты. На сердце неспокойно – оно бешено стучит, отбивая свой нервный ритм. Захожу за угол. Ещё один поворот, и… Чувствую, как кто-то ударяет по моей голове сзади. Я теряю сознание, и последнее, что я слышу перед падением в темноту, это: – Совсем скоро, и всё будет так, как мы и планировали…