ГЛАВА 15

Лия Слова Скороходова звучат как гром среди неба. Я не верю… Это не мог быть Игорь! Просто не мог… Подношу дрожащую ладонь к губам. – Но… Это был не Игорь! Я же видела… – бессвязно шепчу я. Доктор понимающе покачивает головой. – Лия Николаевна… Есть записи с видеокамер. Это был он… Сердце пропускает удар. Я не верю в это! Он не мог… Зачем ему пытаться причинить мне вред?! – Нет…. Нет-нет-нет, это не мог быть он. Я слышала голос… он не принадлежал моему супругу! Внизу живота подло потягивает, но несмотря на это, я приподнимаюсь на локтях и сажусь в постели. – Где он? Где мой муж? – в упор смотрю на Скороходова. По выражению лица доктора можно с уверенностью сказать, что он удивлён моей решительностью. – Лия николаевна, вам нужно лежать и восстанавливаться. – Нет! Отвезите меня к нему! Где он? Вы ведь точно знаете, – пристально смотрю в глаза Скороходову. – Вам нельзя вставать! Вам нельзя нервничать! Вам недавно вкололи опиоидный наркотик! – возмущается доктор. – Если бы мне действительно вкололи что-то подобное, то я бы лежала пластом с кучей симптоматики! – практически на ровном месте взрываюсь я. – А я себя чувствую просто превосходно, так что… Пожалуйста! Я должна с ним поговорить… – Он в отделении полиции, Лия. Не думаю, что сотрудники правоохранительных органов разрешат приблизиться к подозреваемому несостоявшейся жертве. Мне не нравится поведение Скороходова. Какой-то он слишком мутный… Задумчивый, скрытный. И… Откуда он знает, что именно мне вкололи?! Ведь анализ на токсикологию ещё не пришёл… Не знаю, возможно, преступник просто оставил пузырёк с препаратом в моей палате, но… Это кажется мне странным. Без токсикологии нельзя установить точно, что это было за вещество. Да и… Если бы это было что-то серьёзное, то сейчас, спустя несколько часов, я бы не чувствовала себя так бодро. – Лия Николаевна ,ваш обед, – в палату заходит медсестра с подносом. Пространство палаты сразу же наполняется вкуснейшим запахом картофельного пюре с большой мясной котлетой. Самое то для беременного организма… – Я оставлю вас ненадолго, – немного недовольно произносит Скороходов. – Приятного аппетита. Я навещу вас позже. Когда врач уходи, я сперва быстро уминаю всю порцию и мне становится ещё легче. Где же мой телефон? Найдя гаджет на тумбочке около кушетки, я смотрю, не писал ли мне что-нибудь Игорь? Сердце сжимается от одной лишь мысли, что его могут в чём-то подозревать. Ведь это не он… Это абсолютно точно был не он! Выходит… Кто-то очень сильно копает под моего супруга и вставляет палки в его колёса. Сейчас даже мысли о его измене с моей сестрой выставляются в моём сознании в совсем другом ключе. Не мог Игорь! Просто не мог… Да, я видела всё своими глазами! Но ведь… В свете последних событий, опасными препаратами люди раскидываются направо и налево. Да и Алёна вполне могла что-то подсыпать моему мужу. От тревоги я места себе найти не могу. Радует только то, что мой старший сын сейчас в надёжных руках. Таисия Кирилловна – практически последний человек, от которого я ждала помощи, но… Стоит мне представить, что было бы, оставь я платона своей матери… По позвоночнику моментально пробегает холодок. Если она мне столько дряни наговорила, то что она могла сказать мальчику, которому неполных четыре года. А не позвонить ли мне Алёне? Ведь после её звонка мы даже не общались… Но перед этим нужно хотя бы написать Игорю… Господи ,если Скороходов не соврал, то моему мужу выдвинуто серьёзное обвинение. А если его посадят за решётку? Меня начинает трясти. От одной только мысли о том, что я могу потерять любимого, что он будет мучиться, отбывая наказание за то, чего не совершал, по моей щеке начинают градом катиться слёзы. Я не знаю, что мне и думать… Вновь зову медсестру. – Извините… Можете, пожалуйста, позвать доктора Скороходова? – Конечно, подождите, пожалуйста… Ожидание длится полчаса. Неудивительно, ведь Олег игнатьевич – очень загруженный человек. Однако, что-то в нём до глубины души меня настораживает… – Лия Николаевна? – мужчина заходит в палату и сверлит меня немного недовольным взглядом. – Олег Игнатьевич, я хотела спросить, когда я могу покинуть стационар? – решительно спрашиваю я. Это взвешенное решение. Хоть пациентам нельзя видеть мою медкарту – я очень попросила медицинскую сестру принести мне этот документ. Пролистала его от и до, изучила все анализы, которые уже готовы… Только токсикология не пришла. Но в основном… Ничего подозрительного. Ни одного намёка на какой-то патологический процесс. Ни-че-го. – Покинуть? Об этом не может идти речи. Вы ещё слишком слабы. – Но я хорошо себя чувствую, – парирую я, глядя Скороходову прямо в глаза. – Категорически нет. Вы должны, обязаны оставаться в этой клинике, – ещё более раздражённо произносит Олег Игнатьевич. Слишком подозрительно… – Я готова написать отказ от госпитализации, – цежу я. – Я не дам вам покинуть стены моей клиники, Лия Николаевна. Лежите здесь и не дёргайтесь, – решительно произносит Олег Игнатьевич. – Иначе проблемы будут не только у вашего мужа, но и у вас… Последняя фраза была сказана шёпотом, практически неслышно. Но я услышала. И от этого в моих венах буквально застывает кровь. Ведь только что с губ моего врача и друга моего мужа слетела… Угроза. Я должна бежать отсюда! Пока его слова не обернулись реальностью…