Глава 13

Виолетта – Но один важный вопрос нам всё-таки надо уяснить. Иначе я просто не могу трезво мыслить. Твой сын… Кто его отец? – словно гром среди ясного неба звучит вопрос моего бывшего мужа. Я медленно поднимаю глаза и наши взгляды на мгновение встречаются. Владимир смотрит на меня искренне. Взглядом того человека, которого я когда-то любила… Который когда-то любил меня… Неужели это всё притворство и за этими добрыми глазами скрывается монстр, желающий только мести… – Я-я не могу сказать, – слабый голос предательски дрожит. – Но будь уверен, Виктор не твой сын. – Что-то подобное я готов был услышать. Ладно, не хочешь говорить – не надо, – бывший разводит руками. – Как он? – прикусывая губу, шепотом спрашиваю я. От волнения и страха за сына моё сердце, ослабленное ядом, продолжает трепетать. – Твой сын идёт на поправку семимильными шагами. В его организм драни попало гораздо меньше, чем в твой. Думаю, что ты даже можешь его навестить завтра утром. Если, конечно, самочувствие позволит. – Позволит, – на выдохе произношу я с некоторым облегчением. – Ну и отлично. Я зайду за тобой. На сегодня у тебя капельницы, анализы и покой. Владимир резко разворачивается и покидает мою палату, оставив меня один на один со своими мыслями. Закрыв глаза, пытаюсь осмыслить всё то, что только что произошло. Владимир… Мой бывший, изменивший мне с лучшей подругой, теперь мой лечащий врач и лечащий врач своего сына, о котором он не знает. Мир точно смеется надо мной… Как иногда жестоки бывают судки судьбы! Как он смотрел на меня… Его глаза… Такие знакомые и одновременно чужие. Он пытался говорить спокойно, профессионально, но я уловила в его интонации новые нотки… От боли душа разрывается на части. Я не знаю, что и думать. От одной мысли, что месть, про которую говорил Максим, правда, бросает в дрожь. Невольно вспоминаю дни, когда всё казалось другим. Когда мы с Владимиром были счастливы, когда его улыбка казалась искренней, а наши мечты были общими… Как будто бы это было во сне. Самом лучшем сне, растаявшем за годы разлуки и боли. Усталость наваливается, а вместе с ней и мысли, обрывистые и тяжёлые. Воспоминания о той боли, которую он мне причинил – словно лезвия, режут душу. Глаза сами собой закрываются, и я ощущаю, как погружаюсь в сон. Негромкий стук в дверь заставляет резко проснуться. Владимир твёрдым шагом перешагивает через порог больничной палаты. В его выражении лица что-то явно изменилось. Он выглядит озадаченным, будто принял какое-то важное для себя решение… Владимир затаскивает в палату кресло-каталку и без слов жестом приглашает меня сесть. Я напряжённо смотрю на него, не понимая его намерений. – Что ты делаешь? – спрашиваю я с подозрением. Он отвечает лишь теплой улыбкой, такой знакомой мне раньше… – Просто доверься мне. Я же доктор. Твой лечащий врач, – проговаривает Владимир и, подойдя ко мне, помогает сесть в кресло. Я ничего не отвечаю, лишь киваю. Мой разум опьянён в очередной раз нахлынувшими на меня воспоминаниями. Я всё никак не могу вспомнить, когда в последний раз держала его за руку, чувствуя тепло его ладони. Вот так, как сейчас… Сердце, переполненное тоской, с болью сжимается. Владимир выкатывает меня из палаты и катит по коридорам больницы. Мы проходим мимо дверей палат, мимо постов медсестер, мимо больничных турникетов. Владимир выкатывает меня на улицу в небольшой парк, расположившийся прямо перед клиникой. Я глубоко вдыхаю, ощущая свежий воздух и запахи цветущих деревьев. Закрыв глаза, произношу на выдохе: – Зачем ты привёз меня в парк? Он присаживается рядом на корточках, его доброе лицо озаряет широкая улыбка. – Я же обещал, что сегодня ты навестишь сына. Дорога в детский корпус проходит через парк медгородка, – тихо отвечает он, словно боясь разрушить этот хрупкий момент благополучия и спокойствия. Глубоко выдыхаю… Мне трудно находиться рядом с Владимиром. Страшно… Каждое его слово напоминает о его предательстве. Поджилки невольно подрагивают, напоминая о словах Максима… Что, если он сказал правду и мой бывший муж ведом жаждой мести? А это всего-навсего театральное представление? Я смотрю на него, пытаясь понять, насколько искренни его слова. Вижу в его глазах неуверенность и боль,которые так похожи на мои… На мгновение между нами возникает связь, тот невидимый мост, который был разрушен четыре года назад его изменой, его предательством… – Как вообще у тебя жизнь, Вита? – широко улыбнувшись, произносит бывший. – Жизнь… – зачем-то проговариваю вслух. – Всё хорошо. Поднимаю ребёнка. – Понимаю, одной, наверное, тяжело воспитывать, – произносит бывший и протягивает руку, слегка касаясь моей. – А никто и не говорил, что мы одни… У нас есть папа, – неуверенно проговариваю я, прикусываю щёку с внутренней стороны. – Папа, – задумчиво протягивает в ответ. – Ну, ладно. Утвердительно киваю. – Знаешь, я много раз прокручивал все возможные варианты нашей встречи, но никак не мог представить, что она будет именно такой… Громкий звук рингтона не даёт закончить ему мысль. – Прости. Это из детского отделения. Надо ответить, – поднимает трубку и отходит на пару метров. Знаю, что нельзя подслушивать, но… Стараюсь зацепиться краем уха за слова бывшего. В сердце нарастает внезапная тревога. Что-то случилось… Что-то не так! – Как без сознания?! В смысле не знаете что произошло?! – моего слуха касается раздражённый крик моего бывшего. – Что-то случилось? – прикусив губу, проговариваю я. – Твой сын… Он в реанимации, – словно гвоздём по металлу звучат слова бывшего мужа. Я крепче сжимаю кулаки, чтоб не закричать. – Что с ним? – еле сдерживаюсь, чтобы не сорваться на крик. – Остановка дыхания, – отвечает он. – Я сделаю всё возможное, чтобы спасти сына! Моё сердце разрывается от боли и страха. Я не могу потерять его… Я этого не перенесу… Алексей Я стою у двери палаты… Руки дрожат, прикладываю все усилия, чтобы успокоиться. Я вхожу в палату и вижу его – её сына. Ребёнка, который называл меня папой… Он спит, окружённый медицинскими приборами. Мне стоит всего лишь открыть маленькую ампулу и подмешать яд в капельницу. Всего лишь мгновение, и наследство не попадёт не в те руки… Этот момент должен изменить всё. Одна ампула, одно движение – и львиная доля бизнеса его отца перейдет ко мне. Я смотрю на его лицо. Секунды превращаются в вечность. Передо мной – ребёнок. Просто ребёнок, со своими мечтами и надеждами, которых я лишу его навсегда… «Неужели я сдамся и уйду? Тогда зачем я всё это начал? Макс спланировал всё чётко, ни одна душа не знает, что я в клинике!» – мои мысли безумно кричат. Руки трясутся, когда я достаю ампулу. Холодный пот течёт по спине. Я открываю ампулу, смешиваю яд с содержимым капельницы. Сердце бьётся так громко, что кажется, его можно услышать даже из соседних палат. Все сделано. Теперь осталась только девка. Конец ознакомительного фрагментаОзнакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна – то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») – идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»