Глава 14

Владимир – Он не дышит… Я сделаю всё возможное, чтобы спасти сына! – на автомате отвечаю я и только спустя какое-то время понимаю, что назвал ребёнка Виолетты нашим сыном… А если и в самом деле… Наш… Мой! В этот момент всё резко встает на свои места. Виолетта четыре года назад молча сбежала от меня, прихватив с собой важные документы и оставив в напоминание о себе жалкий клочок бумажки с адресом. Приехав по адресу, меня ждала засада. Киллер выпустил в меня пулю, но промахнулся. Позже пропавшие из моего сейфа документы всплыли в руках моего главного конкурента… Я готов был рвать и метать. Из-за этого проступка моя компания понесла многомиллионные потери и репутационный ущерб. На протяжении долгих четырёх лет я был безоговорочно уверен, что это всё чётко спланировала и подстроила моя жена… Моя Виолетта… Моя предательница… Но сегодня тень сомнения плотно засела у меня в голове. Я смотрю в её глаза и понимаю, что, вероятно, я ошибался… Не могла она со мной так поступить! По крайней мере, по своей воле точно. Может её заставили так поступить? Или подставили? Тысячи мыслей бесперебойно роятся у меня в голове, словно дикие пчёлы. Столько вопросов, и ни на один из них я пока не могу найти ответа. Сначала она ушла, потом документы, затем покушение… Как ни крути, но паззлы складываются в идеальную картину… Всем своим видом кричащую, что всему виной Виолетта. Но что ,если всё это – чей-то хитро спланированный заговор? Пытаются отвести мой взгляд в сторону и кинуть все подозрения в сторону Виолетты… Я тогда был настолько оскорблён, что просто не видел ничего дальше своего носа. Но теперь я понимаю, что во всей этой истории гораздо больше неизвестных переменных, чем я думал изначально. Высока вероятность, что всё это идеально разыгранное представление моих недоброжелателей. В этом мне ещё предстоит разобраться… А её ребёнок? Её сын Виктор? Сегодня я целую ночь потратил. Думал, считал. Складывал и вычитал дату рождения Виктора… И, как ни крути, выходит так, что Виолетта забеременела, когда мы ещё находились в браке и активно пытались зачать ребёнка… Я склоняюсь к тому варианту, что Виктор мой ребёнок. Мой сын… А Виолетта по невиданной для меня причине скрыла беременность… Не теряя времени, мы мчимся в корпус больницы. Я весь на нервах, но стараюсь сохранить хладнокровие. Чувствую, как адреналин расползается по телу. Как врач, я должен быть профессионален, но как новоиспечённый отец, я сейчас на пределе… Препарат, введённый в кровь ребёнку вызвал остановку дыхания… Ему срочно нужна помощь реаниматологов. Собираю целую бригаду детских реаниматологов и прочих специалистов, которую решаю возглавить лично. Я не позволю никому другому лечить моего ребёнка! Никому не доверю решающую роль… Только сам, только своими руками. У меня нет ни единого права на ошибку. В больничных коридорах всё кажется снежно-белым и холодным. Я вхожу в палату реанимации. На меня надевают маску, перчатки, халат. У меня нет права на ошибку. Ребёнок лежит детской койке под яркими лампами. Такой маленький, беспомощный и чудовищно похожий на меня в детстве… Одного лишь взгляда достаточно, чтобы всё встало на свои места. Теперь я ни на мгновение не сомневаюсь, что Виктор мой родной сын… – Мы начинаем, – говорю я своей команде. Всё внимание сейчас сосредоточено на том, чтобы спасти его. Спасти моего четырёхлетнего сына, о существовании которого я не догадывался… Каждая секунда подобна вечностью. Я делаю свою работу, каждое движение выверено и точно. Проходит несколько часов, и нам наконец, удаётся его стабилизировать. Он задышал. Я выхожу из палаты, ощущая изнеможение и облегчение одновременно. Виолетта на дрожащих от слабости ногах стоит у двери, её глаза полны слез… – Всё хорошо. Он дышит. Выкарабкается, – говорю я и вижу, как её тело слегка расслабляется от облегчения. – Спасибо, – шепчет она дрожащим голосом. Я притягиваю её к себе, крепко прижимаю, не позволяя упасть. Аккуратно усаживаю Виолетту на лавочку, установленную в коридоре. Пытаюсь собрать мысли в кучу. – Вита… Прости, что делаю это сейчас. Но нам надо поговорить… Виолетта медленно поднимает на меня заплаканные глаза и едва заметно кивает. – Я только недавно узнал, – начинаю я, глядя ей прямо в глаза, – что у тебя есть ребёнок. Она опускает взгляд, её пальцы нервно перемещаются по краешку лавочки. – Я понимаю, что тебе тяжело даётся этот диалог, но я обязан знать, Вита… Виктор мой сын? Она смотрит на меня с надеждой. Её глаза – зеркало моей боли и её страданий. Тишина охватывает нас, но она уже не столь тяжела. Сегодня я сделал первый шаг к истине. Она кивает медленно, слёзы бегут по её щекам. – Почему ты мне не сказала? – сквозь зубы проговариваю я. – Тогда мне казалось, что так будет лучше, – едва слышно произносит девушка. Мой мозг никак не может вместить её слова. Лучше? Для кого лучше? – Что значит лучше? – я не могу сдержать себя. – Ты лишила меня возможности быть отцом! – Сейчас уже слишком поздно… Я не смогу простить… Мне до сих пор снится та сцена… – Какая сцена? – Никакая, – сквозь слёзы проговаривает Виолетта и добавляет более твёрдо. – У Виктора уже есть новый папа. И он любит его.