ГЛАВА 23

Кира – Сашка сбежал… Услышав эти слова, я чуть не падаю в обморок. Уже не припомню, в который раз. Но… Сейчас надо сосредоточиться на поисках моего сына, а не на моих страданиях! Испуганно смотрю на Бориса. По выражению его лица чётко ясно, что он напряжён и сосредоточен. В следующую секунду он берёт в руки телефон и набирает чей-то номер. В кабинете воцаряется звенящая тишина. Кажется, её перебивает лишь глухой звук ударов моего сердца. – Перекрыть все входы и выходы из больницы! У нас сбежал ребёнок, – приказным тоном произносит Сперанский. – Потому что я так сказал! Выполнять! Последнее словно он практически прорычал. Даже мне на долю секунды стало не по себе. – Кира, не волнуйся. Мы найдём его, я тебе обещаю… Веришь? Руки Сперанского мягко ложатся на мои дрожащие плечи. Этот жест немного успокаивает меня, хоть я немного вздрагиваю от неожиданности. От его прикосновений, даже таких лёгких ,по телу пробегает дрожь, смешанная с какими-то странными и непонятными электрическими импульсами. – Верю, – тихо отвечаю я, чувствуя, как бешено бьётся сердце в моей груди. – Так. Алевтина Павловна, скажите, как это произошло, – Сперанский поворачивается к старшей медицинской сестре. – Я сама не поняла. Сонечка попросила меня принести ей воды, Сашка рядом сидел. Ну и я пошла… – голос Алевтины Павловны звучит очень виновато. – П-простите меня, Кира Владиславовна, не углядела… – Н-ничего, – дрожащим голосом отвечаю я, хотя внутри я вся трясусь то ли от злости на себя, то от переживаний. – Так, Кира, успокойся. Иди к себе в отделение и спроси, может Соня знает, куда убежал Сашка. – А ты что будешь делать… – А я организую поисковую группу, будем искать мальца, – спокойно произносит Борис. Он так уверенно себя ведёт, Эта уверенность передаётся и мне. Так что я решительно киваю. – Хорошо, да… Я побежала тогда. – Конечно, – улыбается мне Сперанский, отчего внутри меня растекается какое-то странное чувство тепла. ***– Соня! – я врываюсь в палату, где лежит Соня. – Что случилось? – Мама? А что такое? Я ничего не знаю… Девчушка смотрит на меня и делает вид, что совсем не понимает, о чём идёт речь. Но я ведь прекрасно знаю, что своих детей и могу отличить их притворство от их искренних эмоций. И сейчас моя маленькая явно лукавит. Пытаясь побороть дрожь от волнения в теле, присаживаюсь к ней на кушетку и мягко глажу дочь по голове. – Соня, я прекрасно понимаю, что вы с Сашей – лучшие друзья, что вечно друг друга прикрываете, но… Сейчас твой братик где-то потерялся. И это нельзя сравнить с обычными прятками у нас дома. – Почему? – смотрит на меня внимательными глазами. – Потому что сейчас твой братик совсем-совсем один в огромной незнакомой больнице, где много незнакомых людей… По виду дочери становится понятно, что мои разговоры заставляют её задуматься. – Он плосил не говолить никому, куда он пошёл, – грустно вздыхает Соня. Поразительно, как она старается сдержать обещание братику. Но… Я не оставлю ей иного выбора, кроме как рассказать мне, куда отправился Сашка. – И ты молодец, что держишь обещание. Но сейчас это может быть очень опасно для Сашеньки. Соня, пожалуйся, скажи, куда пошёл твой братик! – говорю я чуть ли не умоляющим голосом. – Ладно, – вздыхает девочка. – Только Сашке не говоли, что я всё лассказала. Сашка пошёл к дяде Боле… – Что? Но зачем? – я ожидала услышать всё, что угодно,но только не это. – Он хочет, чтобы дядя Боля был нашим папой… – Что? – недоумевающе переспрашиваю я, не в силах осмыслить только что услышанные слова. – Но… Но почему? – Потому что мы очень сильно хотим папу, – вздыхает Сонечка. – И дядя Боля, влоде, подходит… С ума сойти. Надо срочно звонить Борису. И… Я должна его найти! *** Сперанский Чёрт. И куда мог подеваться этот пацан? Почему-то сердце моё в груди сделало кульбит, когда я услышал о том, что парень сбежал. Бог его знает, что может быть в голове у трёхлетки, которая решила отправиться на поиски приключений… Я должен найти малыша, пока тот во что-то не вляпался ,или не дай Бог, что-то себе повредил. В сознании рисуются жуткие картинки, как малыш застревает в лифте, падает с лестницы или оказывается задавлен креслом-каталкой. Выбегаю из кабинета и направляюсь в отделение, в котором лежат малыши. Сашу не нахожу, но сталкиваюсь с Кирой практически лицом к лицу. Вид у неё настолько растерянный, что ,кажется, она вот-вот заплачет. – Что случилось? Ты не нашла его? – спрашиваю я. – Нет, но… Соня сказала, куда он пошёл, – дрожащим голосом произносит Кира. – Так. – Он пошёл искать тебя… Не понимаю, зачем малыш решил меня искать. Но от этих слов в моей груди разливается какое-то светлое и тёплое чувство. Не могу отделаться от стойкого ощущения, что дети – мои. Я должен выяснить… – Кира, – внимательно смотрю на бывшую жену. – Давай честно. Близнецы – мои? Я вижу, как долю секунды девушка, стоящая передо мной, мнётся и обдумывает, что ответить. Но практически сразу она резко выпаливает всего одно слово, которое меняет абсолютно всё. – Да. Меня словно током прошибает. Я знал! Чувствовал, что они мои! – Я найду его, – целую Киру в лоб так быстро, что она даже среагировать на этот жест не успевает. – Обещаю. После этого я быстро, практически бегом, направляюсь в пункт технического управления. По всей больнице установлены громкоговорители… На всю больницу скажу, что Борис Сперанский ищет потерявшегося мальчика Сашу и просит его подойти к ближайшему человеку в белом халате и сказать о том, что он потерялся. Но… Стоит мне подойти к будке управления, как я краем уха слышу какие-то тихие детские всхлипы. с души мгновенно камень спадает. Нашёлся… Иду на звук и через пару мгновений вижу Сашку, испуганно забившегося в какой-то угол. – Малыш… Ты чего убегаешь-то? – по-доброму глядя на малыша, протягиваю к нему руки. – Иди сюда. Поднимаю на руки зарёванного мальчишку и аккуратно вытираю ему слёзки. – Ну-ну, не надо плакать… – Потелялся… – всхлипывает ребёнок. – Уже нашёлся, – улыбаюсь я. – А чего убежал? – Хотел вас найти… Хотел поплосить вас быть нашим папой… Сердце на части рвётся одновременно от огромного счастья и чувства тоски. Как же я виноват, что не нашёл Киру, что отпустил! Дети росли, не зная своего папу, который и сам не знал о том, что у него есть два таких прекрасных ребятёнка. Ребятёнка от любимой женщины… – Саш, – тихо произношу я. – Я и есть ваш папа.