Глава 10. Ульяна
С вечера мне стало плохо. Обострилось всё разом. Токсикоз, головокружение и общая слабость такая, что встать не могла. Мама решила, что я подхватила простуду. Я ей соврала, что отправлюсь к коллеге домой, делать мультфильмы. Пришлось рассказать, где была...
- Ну, и что? Где мозги у тебя? - возмущалась она. Но недолго. Так как меня накрыл новый приступ тошноты.
Мы вызвали скорую. Она приехала быстро, так как я беременна. Вдруг «угроза потери плода»? Эта фраза горела в мозгах, словно красная лампочка. Я решила, что не прощу себе этого.
Но врач измерил давление, пульс, пощупал живот, осмотрел меня. Констатировал «нервное расстройство», взял мазок изо рта. А затем выговаривал мне, что бывает, когда нерадивые роженицы доводят себя до такого.
- Вы хотите, чтобы вас положили в больницу? Хотите лежать и не вставать? Чтобы все оставшиеся месяцы вы были, как туша, с привязанными кверху ногами?
- Почему, с ногами? - обиженно буркнула я, - В смысле, зачем их привязывать?
- Чтобы плод не вывалился! Вот зачем, - повысила голос строгая женщина-доктор. Будь это мужчина, вероятно он не был бы так строг со мной.
Но визуализация подействовала! И ночью мне снились кошмары. Как я пытаюсь развязать узлы на ногах, но никак не могу...
С утра мне значительно лучше. И мама добрее! И глаза у неё уже не такие испуганные, как были вчера. Я взяла на работе отгул. Позвонила Кириллу. Он велел мне не беспокоиться ни о чём, и соблюдать постельный режим.
Уже половина второго. А я проспала до двенадцати. Никогда так подолгу не сплю! Мы с мамой на кухне пьём чай, когда в дверь начинают звонить.
Судя по голосу, Юрка. Я выхожу в тёплых тапках с ушами и тёплой пижаме с махрой.
Брат, розовощёкий с улицы, держит в руках переноску.
- Возвращаю бродягу! - ставит на пол.
Моцарт внутри подозрительно зыркает.
- А что случилось? Что он натворил? - удивляюсь я, - Вы же жили с ним мирно?
Юрка вздыхает, и на лице проступает такая неподдельная грусть:
- У Нинель на котов аллергия.
Нинель, или Нина — это его новая девушка. Познакомились они на работе. Но долго не решались сделать шаг навстречу друг другу. И только на новогоднем корпоративе Юрка наконец предложил ей встречаться всерьёз. А теперь, очевидно, и съехаться скоро предложит?
- Она тоже сильно переживает, с Моцартом сблизилась. Таблетки пила разные, но всё равно, - Юрка машет рукой и вздыхает, - Прости, дружище! Я честно буду тебя навещать.
Я всегда осуждала людей, у которых на шерсть аллергия. Как будто они виноваты в этом! Но как можно жить без животных? Однако, живут же.
Сев на корточки, я открываю замок на сумке-переноске. Моцарт выходит не сразу. Когда мама подносит кусок колбасы.
- Давай! Давай же, Бетховен! Тебе тут понравится, - шепчет она.
Кот осторожно ступает на наш коридорный ковёр. Оглядывается, ведёт носом по ветру. А затем, увидев меня, издаёт тихий «Мявк».
Я улыбаюсь:
- Мой кот!
- Нет, это мой, - отрицает мамуля.
Ведь Моцарт, нюхнув колбасу, принимается есть.
- Он наш, - поправляет нас Юрка.
Теперь мы пьём чай вчетвером. Папа сегодня ушёл навестить «боевого товарища». По приходу его ждёт сюрприз!
Юрка делится вкратце всем сразу. Успехами Игоря, своей личной жизнью и планами на уикенд. Когда мама уходит, чтобы устроить для Моцарта «спаленку», брат произносит:
- Прикинь, прибегала Наташка?
- К тебе? - недоверчиво хмурюсь.
- Ну, да, - Юрка хмыкает, - Испекла свой пирог, мой любимый. И так странно вела себя. Словно хотела остаться. А я ж не могу! У меня же Нинок.
- А ты ещё любишь её? - шепчу я, глядя на брата.
- Кого? - уточняет он, - Нинку?
- Наташку!
- Да, ну! Я... не знаю. Она не чужая мне вроде. А вроде чужая. Сидим с ней, пьём чай и тем нет, только сын.
«Оно и к лучшему», - думаю я. Может, начнёт, наконец, новую жизнь с новой женщиной. Он заслужил, как никто!
Юрка, допив чай, уходит. Моцарт устроился в лежбище. Спит. Ну, а я, помыв чашки, тоже решаю пойти и прилечь. Неожиданно в двери звонят...
- Улечка, открой пожалуйста! - кричит из ванны мама, - Эт наверно, отец!
Я простодушно иду открывать. Но на пороге не он. А... Кирилл. В куртке, шапке. В руках у него букетик белых хризантем и пакет, явно с фруктами.
- Уля, здравствуй! - он улыбается мне.
Я ойкаю, вспомнив, как выгляжу. В пижаме и тапках, с пучком на голове и совсем без косметики.
- Не ждала вас, Кирилл! - говорю, позабыв, что мы на «ты».
- Снова «выкаешь», - он усмехается, - Ладно! Держи. Тут цветы, а тут фрукты. Я не знал, какие ты любишь. И купил всего по чуть-чуть.
- Боже, - шепчу я, - И выкупил весь магазин?
Погружаю нос в ароматный букетик. Он небольшой, но очень свежий!
- Как ты? Тебе уже лучше? - Кирилл с беспокойством хмурится и поправляет очки.
- А..., - я слегка отступаю, - Так, может, зайдёшь?
«Познакомлю тебя с мамой», - добавляю уже про себя.
- Нет, я забежал буквально на десять минут, - он, отодвинув рукав своей куртки, глядит на часы на руке, - Просто проведать хотел! Убедиться, что ты в норме.
- Ну, - развожу я руками, - Как видишь, жива.
- Выглядишь супер! - Кирилл поднимает вверх большой палец.
- Да, ну! - я смеюсь. И, кажется, краснею.
- Ой, чуть не забыл! - он ныряет рукой в свой карман, и достаёт что-то небольшое, умещающееся у него в кулаке.
Протягивает мне. И на руке у него я вижу фигурку пчелы. Наподобие тех, что когда-то были в «Киндер-Сюрпризах». Бегемотики, там! Или пингвины. А у нас будут пчёлы. Только не в «Киндер Сюрпризах». А в сети магазинов «Корзиночка».
Дизайнеры разработали целую серию пчёл. И акция «Собери Усю и Бусю» принята и одобрена менеджерами торговой сети. А между тем, наш сериал скоро будет в кино!
- Ух ты, это Уся! - я подношу пчёлку к глазам. Уся стоит с цветочком в лапе. Она смущена. Точно как я сейчас.
- А вот и Буся, - Кирилл кладёт мне на ладонь ещё одну пчёлку. И пальцы его, холодные с улицы, так обжигают мои...
Буся, судя по его виду, что-то задумал. Наверное, снова мечтает о том, как бы съесть половину торта?
Я вдруг отчётливо вижу, что это же я и Кирилл! И чего я звала Бусей Липницкого? Он, ну никак не похож на пчелу. А вот Куликов, в самом деле, похож! Столь же милый и круглый. Да ещё и в очках.
- Я вот думаю, жаль, нет у Буси очков. А ему бы пошло, - выдаю.
Куликов усмехается и поправляет свои на носу:
- Намёк понял!
- Это комплимент, между прочим, - говорю я с притворной серьёзностью.
- Ладно, Уль, побежал, - говорит он отрывисто, - Ты давай, не хандри! Если что, я на связи.
Я машу, зажав пчёлок в руке. И смотрю, как Кирилл убегает по лестнице вниз, игнорируя лифт. Здоровый образ жизни? Не курит, не пьёт. И постоянно - борьба с лишним весом.
- Таааак, - слышу я мамино сзади, - Ну, и кто это был? Это он? Твой начальник?
Обернувшись, я вижу их с Моцартом. Тот сладко зевает. Не спится на новом месте? А мама стоит, щуря глаз. Подглядела, подслушала и уже всё решила за нас.
- Да, Куликов Кирилл Павлович, - называю его полным именем.
- Ну-ка, дай посмотрю, что принёс? - отбирает она мой пакет.
На кухонном столе появляются фрукты: яблоки, персики и виноград. А ещё сыр, хурма и какой-то мармелад, судя по надписи, без сахара.
- Вот, ещё и орехи! - вынимает она ассорти, - Какой молодец, ну надо же!
Я ставлю цветы в маленькую вазочку. Ещё недавно в ней стояли ромашки от Марка. Но они уже умерли. Интересно знать, а на хризантемах можно гадать на любовь? В любом случае, надо попробовать.
- Ну, и что у вас с ним? - интересуется мама из кухни.
- У нас с ним исключительно деловые отношения, - говорю я погромче.
Она появляется в дверях моей спальни с лукавым выражением на лице:
- Угу! Ты хочешь сказать, что он всем подчинённым таскает пакеты с продуктами?
«И букеты с цветами», - добавляю я, найдя вазочке место на тумбочке возле кровати.
- Да, Кирилл, он такой, - говорю.
Мама цокает:
- Ох, Санта Барбара!
Я усмехаюсь. И ставлю рядом с вазочкой две пчелиных фигурки. Вместе они образуют весёлую сценку. Уся, естественно, думает о любви, мечтает услышать признание в чувствах. А Буся опять на своей волне. Думает, как бы её соблазнить.
Есть ли в его отношении что-то такое... Или мне только кажется? Я ведь скоро рожу. Ну, зачем я ему? А с другой стороны, ведь и правда, не возит же он угощения всем, кто болеет? Со мной он особенно мил. Только я так боюсь ошибиться.