Глава 23

– Конечно, придушить её было бы приятно, но вот в тюрячке потом сидеть вообще не вариант… – Вика задумчиво поправляет себе волосы. Мы стоим с ней в коридорчике у окна с видом на тренировочный лёд, наблюдаем за Бориной разминкой и пьём кофе. С Викой мы оказались единственными девушками в нашей группе мехмата и, конечно, были обречены стать лучшими подругами. Вот только стили жизни у нас с ней абсолютно разные. Если я была верна своей единственной любви со школы и видела только Андрея, Вика вовсю пользовалась привилегированным положением на потоке и крутила романы направо и налево. Да и сейчас продолжает. Замуж моя подружка категорически не желает, детей любит только на картинках с милыми младенцами и считает, что лучшие друзья девушек – это деньги. Которые она отлично умеет зарабатывать, внедряя системы автоматизации бизнеса в корпорациях по всему миру. Вот и сейчас она приехала ко мне в Арену, чтобы успеть выразить соболезнования по поводу похорон мачехи и обсудить последние сплетни перед очередной рабочей поездкой за границу. – Через сколько вас разведут окончательно? – уточняет Викец. – Закатим тебе праздник с грандиозной попойкой, пойдём танцевать в клуб, или стриптизёров позовём. Ты же так и не дала мне устроить перед свадьбой девичник с казино, блекджеком и клюквами. – Полтора месяца осталось. Надеюсь, мы мирно разойдёмся и не будем пить друг у друга кровь ещё больше, – делаю глоток своего орехового латте, и опять чуть не роняю его на себя, когда на моё плечо опускается горячая ладонь. – А вот и Бубльгум со своей жевачечной прической! – Лис решает, что наши шалости пару дней назад дают ему право целовать меня в щеку при встрече. Я поворачиваюсь к Никите и вижу, что он снова со своими друзьями, которые теперь тоже остановились и с интересом меня разглядывают. Так так так, что эти старые сплетницы уже знают обо мне? – Привет! Видела в Уфе твоего давнего приятеля Петра Фомина, – улыбаюсь Никите. Прислушавшись к своим ощущениям, понимаю, что мне очень радостно быть рядом с ним. – Показывал мне ваше фото из молодёжки. – Ооо, Петруччоо! – Восторженно взвывают Никита и ещё один его приятель. – Блатной Фомин теперь крутой бизнесмен и отец семейства! – Так, это Маша, пацаны, знакомьтесь, – спохватывается Лис. – Маша, это Димас Резамов, он тоже из Уфы, и Лёха Касаткин из Омска. – Два гиганта, улыбаясь, пожимают мне руку. – Это Вика, моя подруга, – представляю я свою подружку, оценивающе разглядывающую спортсменов, и они тянут к ней ладони для приветствия. – Уффф, какая горячая мамочка, – притворно трясёт рукой, будто ошпаренной, рыжий великан, которого Никита представил, как «Лёху». – Горячая мамочка так тебя выпорет, что на попе сидеть будет больно, – поднимает бровь Вика. У Лёхи не находится что сказать, парни ржут и хлопают его по спине. – Уела она тебя, Леший, – смеётся во всё горло Лис. – Ладно, погнали на сухую треню. Спохватившись, вытаскивает из кармана телефон и щёлкает меня камерой. – Поставлю на твой контакт. – Эй, тогда и я тебя сфотографирую! – Я тебе свою фотку пришлю! – двигаясь спиной вперёд, обещает мне Никита. – Береги штанишки! – Огоо, – поворачивается ко мне Вика, – я вот тут сейчас видела мощное притяжение или меня просто от тестостеронового урагана вштырило? Откуда вы друг друга знаете? Приходится рассказать подруге про наше не слишком удачное знакомство, фотосессию с Борей и попытки Никиты заставить меня заплакать. После некоторого колебания рассказываю и про наши гонки по городу, вспышку похоти и уютный ужин. – Пельмени! – всплёскивает руками Вика. – Если бы я тебя не знала, подумала бы, что это метафора! Да как ты упустила этого спортсмена с палкой? – С клюшкой. – С палкой! – Мне кажется, он поступил, как порядочный человек. Вика не может сдержать досады и качает головой. – Сейчас Светке опишу провал года. Даже эта блаженная оценит. – Да ладно тебе, Викец.У него таких, как я и покруче вагон и тележка наберётся. Мне с ним приятнее общаться по-дружески, чем мы с ним переспали бы и потом делали морду кирпичом, проходя навстречу по коридору. – История моей жизни, – авторитетно кивает Вика. – И правильно, зато лучше жалеть о сделанном, чем о несделанном. Хотя… я никогда не жалею. Так что за фигня с тем, что ты не можешь заплакать? Приходится рассказать подруге и о моей психологической проблеме. – Вот тебя что заставляет пустить слезу? – спрашиваю Вику. – Туфель от Маноло моего размера не оказалось? Мороженое в морозильнике сплошь клубничное да шоколадное и ни одного дынного? Билеты в бизнес-класс все выкуплены и придётся лететь экономом? – Да ну тебя! – Я вообще не плачу, ты же знаешь, – подпихивает меня плечом Вика. – Это тебе столько в жизни приходилось слёзы лить, что, наверное, появился какой-то стопор. Барьер. Ну, психика лагает. – Почесав в затылке, взмахивает рукой. – К психиатру может обратиться? – Не надо такое лицо делать! – Мне и тех раз за глаза хватило. – Вот тогда тебе совет от тёти Вики: Андрея с его жужелицей нужно послать далеко и надёжно. Так, чтобы неповадно было к тебе лезть со своими закидонами. А ещё просто напиться. О, и хорошенько поиграть с клюшкой того мужика. – С палкой? – С клюшкой!