Глава 45

Президент «Газмотопрома», статный седовласый мужчина рассказывает о преемственности поколений, о том, как важно сохранять традиции – в семье, в бизнесе, в спорте. Сетует, что так хорошо начавшийся прошлый сезон был так неудачно окончен и надеется, что уж этот-то точно принесёт в зал славы нашей хоккейной команды «Кубок Гагарина», получение которого он лично обмоет лучшим шампанским. Лис всё-таки сплёл наши пальцы. Жар от его ладони поднимается по моей руке. – Меня опять в Канаду позвали. Ведут предварительные переговоры с клубом. – Не отрывая взгляда от трибуны, сообщает он мне, отчего в ушах у меня начинает звенеть. С коротенькими речами выступают ещё несколько спонсоров, директор фонда по работе с детьми с РАС «Митя недалеко» вроде бы предлагает всем перечислять любые суммы по указанным в программках реквизитам, но я слышу все как будто через вату. К микрофону выходит Света, я пытаюсь вникать в то, что она говорит, но в ушах у меня звенит. Хлопаю, когда вижу, что все хлопают и ободряюще ей улыбаюсь, когда она смотрит мне в глаза. На трибуну снова выскакивает вице-президент по связям с общественностью и, кажется, говорит моё имя? Я с трудом концентрируюсь: – Мария – мама особого ребёнка, занимающегося в нашей ДЮСШ, а ещё она успешная бизнес-леди, технологический гений, создательница быстро развивающегося фин-тех стартапа. Три года назад Марию включил в свой список «Тридцать до тридцати» перспективных молодых людей журнал Форбс. Поприветствуем Марию Николаевну Железнову! Он протягивает ко мне ладонь и я, с трудом сглотнув, иду вперёд. Лис скользит пальцами по моему локтю, и я якорюсь к этому ощущению, не давая себе запаниковать. – Расскажите пару слов, как вы пришли в секцию и о том, как это быть родителем ребёнка с РАС, – наклонившись ко мне, бормочет вице-президент, жестом предлагая пройти за трибуну. Я придвигаюсь к микрофону и, нервно улыбнувшись, собираюсь с мыслями. – Мы узнали о Борином диагнозе в его полтора года. В пять лет мой свекор впервые привёл нашего мальчика в группу, и сын с тех пор почти не пропускает занятия. Большое спасибо нашему тренеру, Виктору Владимировичу за подход, который он сумел найти к Борису. Конечно, нам бывает нелегко, но мы надеемся на лучшее. Сердце стучит где-то у горла, я сбиваюсь и закусываю губы. Ищу в толпе Лиса и когда вижу его, то вцепляюсь в его взгляд, говорю для него и только для него. – Боря – это лучшее, что случилось со мной в этой жизни и то, что он другой, заставляет меня думать глубже, видеть дальше, любить отчаяннее. Я должна быть сильной для нас двоих, но я черпаю энергию в каждом проявлении его любви ко мне. Большое спасибо клубу и всем собравшимся за то, что вы сейчас делаете для таких родителей, как мы и таких детей, как мой мальчик. Неловко улыбаюсь и иду со сцены. Публика разряжается аплодисментами. Никита встречает меня и берёт за руку. – Это самое крутое выступление из всех, что я когда-то слышал! С трудом сглатываю. – Ненавижу быть в центре внимания. – Ты всех покорила! – я заглядываю в синие глаза и вижу в них искреннее принятие. – Мария Николаевна! – К нам подходит импозантный мужчина. – Великолепная речь! Ракитин, Вячеслав Степанович, – представляется он, – федеральный судья. В отставке. Я тяну руку для того, чтобы пожать, но мужчина неожиданно притягивает меня к себе и целует в щёку. Никита встревает с вытянутой ладонью и Ракитин рассеянно ее пожимает, снова переключая внимание на меня. – Вот уж не ожидал вас здесь встретить, – улыбается мужчина. От проницательного, цепкого взгляда мне немного не по себе. Видя моё замешательство, он тепло улыбается. – Мы с вашим папой давние друзья. Я вас сразу узнал! К нам подходит недовольная пресс-секретарь клуба, которую я помню по фотосессии. Тепло здоровается с моим новым знакомым, холодно мне кивает и вцепляется Нику в локоть. – Никита, там спонсоры хотят с тобой пообщаться. Пойдём, вспомни о своих обязанностях. Лис бросает на меня и на нового знакомого взгляд из-под нахмуренных бровей, но я лишь могу пожать плечами. Он здесь на работе. Когда Ника уводят, Ракитин подзывает к себе официанта. – Выпьете вина, Маша? Из личных подвалов, – он с намеком кивает в сторону трибуны. Я молча качаю головой, и мужчина берёт только один фужер. – Жаль, что вы с отцом не общаетесь, – Ракитин делает хороший глоток. – Он вами очень гордится. Собирает все новости о вас. Скидывает нам в чатик ссылки. Календарь с внуком заказал и фото у пресс-службы выкупил. Тоже нам присылал. Хороший у вас мальчик, Маша! Часто моргаю, пытаясь освоить эту информацию в своём мозгу. Я в курсе, что он спрашивает обо мне у Миши, но, чтобы так всем о нас с Борей рассказывать? – Знаю, не в своё дело лезу, вы уж простите старого ворчуна, – вернув пустой бокал невесть откуда появившемуся официанту, Ракитин берёт мою руку и похлопывает по ней второй. – Мы же не молодеем, сами понимаете. Каждый день – за два. Сколько ошибок было наделано – не счесть. А хочется ведь спокойно когда-нибудь последний вздох сделать. Чтобы не болело вот тут, – мужчина похлопывает себя по сердцу, не выпуская из левой руки мою ладонь. – Коля столько дров наломал, страшно представить, – подняв брови, Ракитин неверяще качает головой. – Будь я на вашем месте тоже, пожалуй, обижался бы. Да только каждый собственным умом должен думать, да? – Он снова заключает мою руку в замок своих ладоней. – «Позвоните родителям», – так ведь говорят? – Улыбается мужчина. – Расскажу Коле, что с его дочкой познакомился, вот он обрадуется, дурень эдакий… Ракитин похлопывает меня по плечу. – Не буду больше приставать. Пойду вон, Брохереву попеняю. Давно обещал мне своего Джеру на случку дать, да всё филонит. Оценив мой ошалевший вид, Ракитин заливается тёплым смехом. – Фокстерьериха у меня замуж хочет! Света подходит ко мне вместе с Дэном. Её сегодняшний кавалер так же элегантен, как и все другие члены команды – отросшие волосы зачёсаны назад, на нём тёмно-синий смокинг, такой же галстук-бабочка, лакированные штиблеты отражают лучи софитов. Я многозначительно таращу глаза и поднимаю брови. Света так же молча кивает мне несколько раз. Дэн, нахмурившись, оценивает эту пантомиму, но потом принимается ржать. – Вы не сказали ни слова, но я всё понял! Да, мы едем ко мне! – Я тоже подумываю свалить… – Окидываю галерею взглядом, чтобы найти Лиса. Не хочу быть слишком грубой и уезжать, не попрощавшись с ним. Вот только я вижу препятствие, с которым совершенно не хочу бороться. Лис стоит рядом с президентом клуба, а за его локоть держится, заливаясь серебряным смехом, Маргарита Каширина.