Глава 26
Какого хрена этот придурок приперся сюда?! Гаденыш, всю малину мне обломать решил?! Я не позволю! Не позволю ему разрушить то, что я долгими усилиями пыталась построить!
И у меня почти получилось! Я близка к победе!
Но нет. Какого-то черта Витя приперся сюда, за тридевять земель, в дом Светы! И как он меня нашел?!
Черт, мамка, наверное, проболталась.
Упертый, гад!
Осознал он все, прощения приехал просить… Тьфу! Поздно пить Боржоми! Мне и без него живется неплохо под крылом у богатой тетки!
– Белла, нельзя так с гостями, – в голосе Светы звучит явный намек на то, чтобы я вела себя прилично.
А я не могу! Закипаю от ярости! Потому что бывший свалился мне как снег на голову, и я в шаге от провала! А я не могу этого допустить!
– Уходи! Проваливай! Я не буду с тобой разговаривать! – кричу, почти визжу, даже собственные уши норовят в трубочку свернуться.
– Белла, я все осознал… – мямлит Витя, смотря на меня щенячьим взглядом.
Когда между нами началась интрижка, я не возлагала больших надежд на наши с Карасёвым отношения. Но потом как-то закрутилось, появились чувства…
А потом бац – и беременность. Я в таком шоке была, что вообще не понимала, как дальше жить буду. Как?! Я не готова была стать матерью в восемнадцать! Да у меня вся жизнь ещё впереди, я не хотела портить ее мелким спиногрызом! Это означал крах всему.
Будущее можно было в легкую перечеркнуть. Да и мать, если бы узнала, придушила меня голыми руками. Мне реально проще было бы пойти куда-нибудь утопиться, чем сказать ей правду о беременности. Я знаю её характер, она бы мне не дала жизни, а я бы сошла с ума от её вечных упреков.
Первым делом я рассказала все Карасёву. И знаете, что он ответил?!
Что ему не нужен этот ребенок! Что он ещё слишком молод и не готов стать отцом! Сказать, что своим ответом он разбил мне сердце, значит, не сказать ничего. Затем бывший предложил мне в качестве компенсации оплатить аборт. А я послала его в пешее эротическое путешествие.
Я была в отчаянии. Не знала, что делать. Аборт… Да, наверное, в моем случае это был самый верный выход, потому что я была совсем не рада своей нежданной беременности, да и детей я особо не любила.
На следующий день я пришла в гости к бабушке, а та ляпнула о том, что Света никак забеременеть не может.
И ровно в тот момент меня осенило. В голове зародился гениальный план. Нахрен мне Карасев, деревенский пацан у которого работы толком не было, который старше меня всего на год и у которого один ветер в голове? Правильно. Какой из него отец. А жить в трущобах и экономить на памперсах и зубной пасте я точно не собиралась.
Зато перспектива зажить наконец в нормальных условиях, в большом особняке в столице, имея все, что только моей душе потребуется, меня очень замотивировала не делать аборт, оставить этого ребёнка.
Тогда я и придумала байку о том, что планирую в музыкалку столичную поступать. Мама против была, не хотела меня отпускать. А Света настояла, даже не подозревая о том, что сама себе яму вырыла. Хотя чего уж там, я уже взрослая, даже если бы мать не отпустила, то молча бы сбежала.
И вот теперь Витька сидит передо мной, смотрит виноватыми глазами и говорит, что он все осознал. Ха! Да нафиг мне нужен этот нищий? У него же за душой ни гроша. А вот это вот счастье в шалаше мне и даром не нужно.
Лишь бы он не проболтался! Боже, прошу, только не это! Как бы мне дать ему знак, чтобы он молчал?!
– Молчи! Не смей ничего говорить! Ни слова! – предпринимаю попытку спасти свою тонущую задницу, но все тщетно. Этот герой-любовник не пойми кем себя возомнил.
– Я тебя люблю! Забудь всё, о чем я тебе тогда наговорил. Я все понял и готов взять ответственность за нашего ребёнка…
Блять. Пиздец. Приплыли. Идиота кусок.
Злюсь так сильно, что готова накинуться на парня и придушить его голыми руками.
Не язык, а помело!
– Ч-что это в-все значит? – лепечет тетка, ее лицо стремительно бледнеет. Не хватало, чтобы от шока ещё в обморок тут завалилась от жестокого осознания того, что её любимица Белла вовсе не такая белая и пушистая, какой она себе представляет. Маски сорваны.
И это очень плохо. Для меня. Это катастрофа.
Вот зачем этот дурак все осознал и приперся прощения просить? Да мне он не нужен, неужели не поймёт? Я жизни хотела. Настоящей. Богатой. Красивой.
А теперь…
Все кончено.
– Белла, прости меня. Я так виноват. Наговорил тебе всякого… А потом понял, что люблю тебя. И нашего малыша, который растет в тебе. Ты же не сделала аборт, Белла?
Закатываю глаза, пытаясь не терять лицо. Что делать, ума не приложу. Думаю, даже наивная и глупая тетка все поняла, смысл объясняться.
– Не сделала, – отвечает вместо меня Света, бросая на меня такой разочарованный взгляд, что аж мороз по коже бежит.
Витя встает, подходит ко мне, обнимает, пытается к себе прижать, а я тела своего не чувствую. Едва представляю, что меня ждёт, становится дурно, голова начинает кружиться.
– Какой же ты идиот, – рычу сурово, а Карасев продолжает меня обнимать и целовать, словно мы с ним год не виделись.
– Знаю, Белла, знаю, – лепечет он, растягивая свою дурацкую улыбку. Аж светится весь от счастья! – Но я хочу начать все сначала. Я хочу с тобой семью.
– А я не хочу! – огрызаюсь и пытаюсь оттолкнуть от себя парня.
Бесит. Мне его прибить хочется, какая там семья. Мой обман раскрылся и теперь моя судьба – максимум съемная однушка на окраине столицы и хлеб с водой, либо, в худшем случае и вовсе придется деревню возвращаться, чего я категорически не хочу делать.
– Прости меня, Белла. Пожалуйста…
– Да отвали ты! – вскрикиваю, пытаясь отлепить от себя этого слизняка. Меня тошнит от него, не видит что ли?!
– Все будет хорошо. Мы с тобой распишемся, будем жить вместе, воспитывать нашего ребёнка. Я работу найду…
Мда. Это же все именно то, о чем я так мечтала. Жесть. Просто слов нет. Какая муха укусила этого дурака?! Какого он, мать его, хрена, вдруг передумал и приперся сюда?!
От осознания своего положения хочется плакать. Выть белугой.
Невольно скулю, а Витя, подумав о том, что я так тирадой его прониклась, лыбится во весь рот и продолжает меня везде лапать.
Стараюсь не смотреть на тетку. Стремно как-то, да и что толку. Все равно ничего хорошего в её взгляде не увижу.
Ладонь Вити опускается на мой живот.
– Вау! Уже даже живот расти начал! – восторженно выдает бывший, наглаживая круги сквозь ткань толстовки.
Вдруг раздается какой-то грохот. Что происходит?
Капец!
Тетка лежит на полу. Без сознания.
Твою мать!
Спектакль окончен. Занавес.