Глава 18

Осознавая, что в поместье никто посторонний пробраться не сможет, я спокойно уснула рядом с малышкой. А уже на рассвете меня мягко разбудила Элоиза. Позаботилась о моем внешнем виде и усадила в коляску. Сама же вызвала повозку, погрузила коробки с посудой, которую я успела переделать, и отправилась на рынок. Пообещала, что вернется до назначенного времени заседания с комфортным для инвалида экипажем. Я отправлюсь в суд, а Элоиза останется с Офелией.

Несколько часов я безотрывно смотрела в окно в ожидании появления сиделки и боролась с мрачными мыслями. Что если люди Кейдена следят за поместьем и вчерашний натиск на ворота лишь цветочки? Вдруг они настигнут Элоизу и… Я боялась даже в мыслях представить, что по моей вине пострадает эта замечательная женщина. А еще страшилась, что сама до суда доехать не смогу. Что мужу мешает перехватить мой экипаж по пути или подстроить аварию? Избавится от меня и дело с концом! Никто и не узнает о моем намерении развестись с этим гадом.

С каждой прожитой минутой в мое нутро всё сильнее проникал липкий страх. От волнения потели ладони и дрожали губы. Я не знала, куда себя деть и решила занять невыносимое ожидание разговором с призраком. Пока дочь спала, вызвала хранителя.

– Я к вашим услугам, госпожа Бошан, – явился он так же учтиво, как и впервые.

– Доброго дня, Чарльз, – я тут же отвлеклась от невзгод, разглядывая полупрозрачную сущность. Дико это все, но надо привыкать к новому мертвому союзнику. – Я хотела бы еще раз выразить вам благодарность за защиту, – приложила ладонь к груди и кивнула. – Скажите, Чарльз, что вы знаете о жизни поместья до того, как я вступила в брак?

На миг показалось, что его льдистые глаза блеснули. Загорелись потусторонним огоньком и вмиг потухли.

– Я знаю всё, включая тот день, когда настоящая Аннабель Бошан совершила страшный ритуал по переселению душ. Это был ее выбор, впустить в свое тело душу из другого мира. Вы об этом хотели поговорить, Светлана? – у меня челюсть отвисла! На миг я потеряла дар речи, погружаясь в воспоминания того дня, когда очнулась в теле юной графини. Это случилось в одной из комнат родового поместья. Сейчас уже и не вспомню, в какой именно. В безумной панике я выбежала на лестницу и столкнулась с Кейденом. Сначала подумала, что просто сплю и вижу странный сон. Истерично смеялась, не соображая, что происходит. Мое состояние и забывчивость быстро списали на последствия падения. Я так никому и не призналась, кто такая на самом деле. Подстроилась под новый мир, наслаждаясь долгожданной беременностью. А зря, надо было не подстраиваться, а конкретно погружаться. Не удивлялась бы сейчас заявлению призрака.

– Да, – затарахтело сердце в груди, когда хранитель посмотрел на меня с толикой осуждения. – Почему Аннабель это сделала?

– Леди Бошан никогда не отчитывалась перед хранителем. Она сделала выбор. Отдала свое тело другой и, по всей видимости, зря, – окинул он мои неподвижные ноги холодным взглядом.

– Я лишилась ног после родов, граф Чарльз, глупо предполагать, что я виновата в своем нынешнем плачевном положении, от которого сама же и страдаю, – ответила грубо, чувствуя, как злость заклокотала в горле. Не хватало еще осуждения выслушивать от какого-то призрака в свою сторону. – Раз уж служите хозяйке амулета, в которой течет кровь Бошан, проявите уважение к калеке. Мне нужна помощь. Я хочу узнать всё о жизни Аннабель до брака, а главное, во время. Мне важна истинная причина ее ухода.

– Я хранитель и защитник рода, Светлана, а не сплетник, – скрестил он прозрачные руки на груди и горделиво вскинул подбородок. Вот же противный оказался дедок! – О жизни графини вы можете узнать из ее дневников, которые хранятся под замком в сундуке ее покоев.

За окном я заметила какое-то движение, и всё свое внимание сместила с призрака на калитку, в которую ворвалась Элоиза.

– Чем еще могу вам помочь, госпожа? – я ничего не ответила на его вопрос и просто прогнала хранителя жестом. Бросила взгляд на часы и ахнула. До начала заседания осталось совсем мало времени, а сиделка вернулась без экипажа.

С грохотом Элоиза ввалилась в покои и согнулась пополам, стараясь отдышаться.

– Ну? – в нетерпении подъехала к сиделке.

– У меня две новости, – она выпрямилась и стерла платочком пот со лба. – За твоей посудой выстроилась очередь! Я распродала все, что было, и взяла в аренду лавку. На завтра наняла продавщицу. Народ требует еще! Сегодня надо упорно поработать, милая, – развела она руками, а я заулыбалась. Это замечательно.

– Но? – судя по всклокоченному виду женщины, случилось что-то не хорошее.

– Я не смогла нанять экипаж. Как только вышла с рынка, за мной погнались мужчины в капюшонах. Чудом ноги унесла. Бежала по оживленной дороге, но они преследовали. А сейчас эти мрази караулят нас у ворот. Не получится попасть в суд, Аннушка, прости. Я не знаю, что делать, – на глазах Элоизы навернулись слезы, а у меня обреченно опали плечи. Взгляд снова невольно упал на часы. Если сейчас не выехать, безбожно опоздаю.

И вот опять я подъехала к старому окну и взглянула на ворота, к которым подлетел белый длинный экипаж с магом-кучером. Сразу подумала, что это очередной прихвостень муженька и со злостью стиснула кулаки. А потом заметила, как что-то мелкое юркнуло в приоткрытое окно. В комнате раздался звук трепыхающихся крылышек. Письмо зависло надо мной, развернулось и заговорило:

– Согласно указу судьи, учитывая состояние здоровья заявителя, госпоже Аннабель Бошан предоставлен служебный экипаж с сопровождением до здания Лисбугрского суда.

Я такое безмерное счастье испытала, что не сумела сдержать восторга и захлопала в ладоши.

– Спасибо! – от души поблагодарила бумажного вестника и с надеждой посмотрела на Элоизу, которая с облегчением вздохнула.