Глава 25

Стоя позади дома на каменном выступе, я, не моргая, смотрела на то, как огонь пожирает инвалидное кресло, в котором я провела столько времени. Рядом тихо плакала Элоиза, но вовсе не от горя. Увидев меня уверенно стоящую на здоровых ногах, женщина едва не упала от радости. Как начала ронять слезы с порога, так и не смогла до сих пор остановиться. Кресло почти догорело, символично превращая мое страшное прошлое в пепел.

– Не понимаю. Почему Кейдн сразу не отвез тебя к этому целителю? – она искренне недоумевала, а я знала ответ.

– Потому что ему не нужна здоровая жена. Ему было удобно держать меня в четырех стенах и полностью контролировать. Он не ожидал, что инвалидное кресло не помешает мне от него уйти, – я говорила отрешенно, без единой эмоции. Просто констатировала факт. – Титул графа Бошан – это все, что ему нужно. Но я заберу то, что принадлежит мне по праву.

– Ох, Аннушка, тревожно мне как-то. Радоваться надо излечению, а у меня камень на душе. Боюсь, что навредит он тебе со злости.

– Так и будет, – я иронично улыбнулась и обняла сиделку за плечи. Наконец, сумела это сделать с высоты своего роста. – Но я готова биться до конца. Ты даже не представляешь, сколько теперь во мне сил, – опьяненная излечением, я верила, что теперь у меня точно все получится. Избавлюсь от мужа, отсужу дочь и буду жить свободно.

Мы разом повернулись на шум, что раздался за калиткой.

– Ой, я забыла совсем. Нам же на выбор нянечек прислали из бюро, – стукнула она себя по лбу.

– Тогда идем общаться.

Одно то, что я встала на ноги, не отбивало потребность в персонале. Теперь я могу помогать Элоизе по дому и на кухне, но совмещать еще и постоянный уход за ребенком с работой в мастерской, не реально. А сиделку хотелось максимально разгрузить. Связавшись с духом-хранителем, я впустила кандидаток в поместье. Собеседование провела в саду в одной из беседок, так как погода располагала. Их было всего четверо. У каждой рекомендации и опыт работы с младенцами. Я долго беседовала с каждой и в итоге выбрала женщину в возрасте. Генриэтта Ловел сразу располагала к себе. Улыбчивая, добрая, учтивая. Мы договорились, подписали контракт и заплатили ей аванс. К работе она приступила сразу. Офелия хорошо приняла нянечку и не капризничала на ее руках.

Пока Элоиза отправилась на кухню, чтобы приготовить ужин, я решила зайти к соседу, чтобы поблагодарить Рилана за помощь. Ко мне вышел строгий дворецкий и сообщил, что хозяина нет дома. Когда он прибудет, неизвестно. Так я и ушла ни с чем. Закрылась в мастерской и приступила к работе над посудой. Бабочкой порхала по комнате, наслаждаясь новыми возможностями тела. А потом самостоятельно приняла ванну. Мылась с таким удовольствием, будто впервые это делала. Радовалась, как ребенок, когда шевелила пальчиками ног. Потом долго крутилась у зеркала, подбирая платье на ужин. Сама сделала себе прическу и подкрасила лицо. Довольная результатом, вышла во двор и вдохнула свежий воздух полной грудью. Вот она! Моя новая прекрасная жизнь!

Раскинув руки в стороны, побежала по саду, ловя потоки ветра. Плотная ткань красного платья била по ногам, и я млела от этого ощущения. Я чувствую! Я просто их чувствую! Это ли не счастье?

Запыхавшись, забралась в самую дальнюю беседку и присела на лавочку, чтобы отдышаться. Заслушалась трелью птичек, прикрыла веки. И только когда стало затягивать в сон, вспомнила, что не спала всю ночь и напрочь выбилась из сил. Встрепенулась от звука, который был знаком. Напряглась, но с места не встала, когда в воздухе зависло говорящее письмо.

– Госпожа Аннабель Бошан, настоящим уведомляем о предстоящем судебном заседании по делу о разводе… – объявило письмо о дате и времени заседания, и с одной стороны я обрадовалась, что оно уже завтра, а с другой… Мне бы успеть поговорить с Риланом. Не знаю, как он воспримет правду о судьбе настоящей Аннабель, но умалчивать, наверное, не стоит.

– Аннушка, давай к столу, милая, – позвала на ужин Элоиза, и я тут же сорвалась с места.

Для трапезы мы выбрали уже отреставрированный каминный зал. Столик круглый, удобный, не большой, как раз на двоих. Здесь нам никто не помешает, а это важно, ведь я намерена серьезно поговорить с Элоизой. Кому мне в целом мире доверять, если не ей? Настала пора признаться, что я вовсе не та, за кого себя выдавала. Не знаю, как на это отреагирует сиделка, но я устала держать всё в себе. Мне нужен дельный совет и поддержка.

– Смотри, что я нашла в погребе, – Элоиза поставила на стол бутылку вина. – Надо отметить твое исцеление! – наполнила она красивые фужеры, которые я изготовила для личного пользования. Вкусно пахло ароматными закусками и горячей выпечкой. А у меня аппетит от волнения пропал.

Когда Элоиза села напротив, я подалась вперед и накрыла ее руку ладонью. Заглянула в теплые, ставшие уже родными глаза.

– Мы обязательно выпьем за мое исцеление, но сначала позволь мне рассказать всю правду о себе. На самом деле, я вовсе не графиня Аннабель Бошан… – оторопела Элоиза и дар речи потеряла. Воспользовавшись тем, что она в ступоре, я начала свой рассказ с того дня, как попала в тело юной Анны. А закончила событиями вчерашнего дня, когда изучила дневники девушки. Ни капли правды не утаила и в страхе замерла, наблюдая за ее реакцией. Вот такая маленькая репетиция получилась перед признанием Рилану.

– Ой, ой, ой, – замотала головой женщина и припала губами к бокалу. Сначала отпила совсем немножко, а потом опрокинула его залпом. Вновь наполнила вином и поставила перед собой. – И такое бывает, да? – было не понятно, кому она задала этот вопрос, скорее, самой себе, но я ответила:

– Да, – и заметила, что Элоза смотрит на меня как-то иначе. Вовсе не как на юное бестолковое дитя. Это в нашем мире тридцать три не возраст, а здесь я уже умудренная жизненным опытом женщина.

– Я познакомилась с Анной, когда ты уже находилась в ее теле, поэтому, для меня ничего не изменилось. Но, скажи, как Кейден не заметил подмену? – теперь уже я потянулась к бокалу. Сделала глоток терпкого сладковатого напитка и пожала плечами.

– Я быстро приняла правила нового мира, когда узнала о беременности. Да и он подумал, что я просто сильно головой ударилась. Судя по дневникам Анны, они с мужем только в постели обычно и встречались. А мне был важен лишь ребенок, понимаешь? – вот теперь я говорила с ней как с настоящей подругой. Стерся возрастной барьер, ведь она всего лет на десять старше меня.

– Мне ли не понять, – она шумно выдохнула и задумалась. Посмотрела на огонь в камине, а потом устремила взгляд на мой бокал. – Тебе надо рассказать Рилану об измене Анны! Если это всплывет в суде, то станет достоянием всего города! У нас это огромный позор! Он ляжет на весь род Бошан! Ты потом не выдашь Офелию замуж! Клеймо гулящей женщины ты никогда не смоешь… – она резко замолчала и ошарашено закрыла рот рукой, а я не поняла, с чем связана такая реакция. – Нет! Нельзя Рилану говорить. Он тогда на тебе не женится. Если только признаться, что было переселение душ… Нет! Это незаконно. Вдруг он не станет тебя прикрывать и сообщит, куда следует? Тебя же в темницу упекут, Анна! Ой, ой, ой, – запричитала и снова осушила бокал до дна. – Но лучше уж позор, чем тюрьма, – пришла к неутешительному выводу женщина.

Получается, мне повезло, что Рилана не оказалось дома? Господи, хорошо, что я ей сначала во всем призналась. А ведь и правда! Что будет, если он…

– Что же мне делать? – я нервно отставила бокал и во все глаза посмотрела на сиделку.

– Ты сказала, что те страницы вырваны. Думаю, именно Кейден их и забрал. Но что для суда какие-то бумажки. Если менталист проведет проверку, то выяснится, что ты, как Светлана, мужу не изменяла. Но если Офелия не дочь Кейдена…

– А это можно как-то проверить? – анализа ДНК в этом мире точно нет.

– Конечно! Если Кейдн запросит у суда такую проверку, то с помощью артефакта можно узнать, отец он или нет.

А вот это плохо! Особенно учитывая то, что я сама не знаю, кто отец моей дочери.

– Но я не знаю, как Кейдн поведет себя в суде. Слушание уже завтра. Что я успею за это время? – ворохом обрушились мысли на голову. Я стала представлять, как может повернуться дело. В идеале, надо быстро доказать, что муж спал с Айлой и тут же объявить решение о разводе, но это слишком просто. Кейдн точно потянет меня за собой на дно и любыми способами докажет, что я изменница. Тогда репутации графини Бошан конец!

– Ох, милая, на опасный путь ты вышла. И дороги обратной больше нет. Рилан парнишка хороший, но нельзя забывать, что он судья – представитель закона. Одно дело, помочь девушке развестись и совсем другое – скрыть от всех ритуал переселения душ. Мое мнение, что лучше ему об этом не знать. Пусть лучше думает, что ты изменяла мужу.

Я задумчиво поковырялась вилкой в тарелке, окончательно растеряв аппетит. А потом встала из-за стола, подошла к Элоизе и крепко ее обняла.

– Я что-нибудь придумаю, – поцеловала ее в лоб и отправилась в покои.