Глава 26

На второе судебное заседание я собиралась, как на свадьбу. Глупо, наверное, в таком шатком положении скрупулёзно выверять свой образ, но это отвлекало от тревожных мыслей. Проще лишний раз о прическе и платье подумать, чем о том, что ждет меня сегодня в здании суда. Волнение сказалось тогда, когда я застыла у того самого рокового зеркала. Смотрела на красивую черноволосую девушку в синем платье, расшитом стеклярусом, и думала о будущем дочери. Какая же я мать, если не смогу защитить ее репутацию? Но многое ли зависит от меня самой?

– Аннушка, экипаж прибыл, – заглянула в комнату Элоиза.

Я улыбнулась и покружилась на месте.

– Как тебе?

– Красавица, – вошла в покои сиделка и залюбовалась моим образом. – Боюсь, Кейдн еще больше не захочет разводиться, когда тебя увидит, – с опаской проговорила она.

– Пожелай мне удачи, – набрала я полную воздуха грудь и приосанилась.

– Удачи, Светлана, – на ее глаза навернулись слезы, но мне некогда было разводить с Элоизой мокроту. Наспех чмокнув ее в щеку, выпорхнула в коридор и быстрым шагом направилась к выходу.

За воротами меня ожидала парящая карета и воинственная Сесилия. На этот раз транспорт был гораздо меньше того, что предоставлялся мне ранее, когда еще на коляске переходилось передвигаться. И это несказанно радовало, ведь теперь я чувствовала себя полноценным человеком.

– Добрый день, госпожа Бошан, прекрасно выглядите, – почти в один голос произнесли Сесилия с Дваном.

– Благодарю, – немного засмущалась и подала руку кучеру, который помог мне войти в карету.

Следом запрыгнула защитница и мы тут же тронулись с места. Мне определённо нужно поскорее заработать на такой же экипаж с личным магом. Очень удобно и быстро передвигаться по городу – чудесно. Не успела толком рассмотреть окрестности в окне, как мы прибыли на стоянку суда. Ничуть не удивилась, когда увидела черную карету Кейдена.

Муж уже стоял на улице в окружении трех женщин. И если к появлению двух я была готова, то к третьей точно нет. Анаис Эстли собственной персоной! Явилась, не запылилась! И снова в каком-то безумном наряде, состоящем из всех цветов радуги. Вцепилась в локоть моей матери и что-то шепчет ей на ухо.

Свекруху то он на кой черт приволок?!

А вот паршивка Айла стояла поодаль от шайки. Глаза невинные, невинные! Само целомудрие во плоти! Серое платье простого кроя с высокой горловиной, руки затянуты в рукава до запястья. Милая шляпка с вуалью на пол лица. Тьфу! Противно!

И тут я вся такая выхожу из белоснежной кареты на своих двоих. Видела бы сейчас Элоиза их вытянутые рожи! Особенно физиономию Кейдена! Муж явно не ожидал, что я так быстро излечусь. Натурально рот раскрыл и застыл в недоумении.

Первой пришла в себя мамаша Бошан. Оторвалась от Анаис и кинулась ко мне. Не успела я скрыться от нее в здании суда, но чего мне тут бояться, если за спиной боевой маг Сесилия.

– Белочка, милая, какое счастье видеть тебя здоровой! – распростерла объятия мать. Чтобы не выглядеть стервой, пришлось приобнять ее в ответ. Не успела я и слова вымолвить, как она зашептала мне на ухо: – Не дури, откажись от заявления. Кейдн готов все простить. Он откуда-то знает о твоей измене с каким-то пианистом. Я пыталась его переубедить, но он подозревает, что Офелия не его дочь. Умоляю, не позорь наш род. Останься с мужем. Прошу, пойди на мировую, иначе на весь Лисбург прославимся. Я и так свадьбу отложила из-за этой заварухи. Послушай меня, дочь, я зла тебе не желаю, – пока она говорила так тихо, чтобы никто не мог услышать, я злилась от того, что меня загоняют в угол.

– Ты трогала мои дневники? – спросила с опаской.

Мать смутилась.

– Какие дневники?

Значит, не она. Да это и логично, иначе она бы догадалась, что тело ее дочери заняла другая душа. Но в таком случае, и Кейден не имел к ним доступа. Иначе мог бы шантажировать меня ритуалом переселения душ, а не связью с Бенджамином. Это было бы куда действенней.

– Не было никакой измены. Это он меня предал, – прошептала ей на ухо и отстранилась, чтобы у Фредерики не осталось возможности продолжить разговор.

Развернулась и, стуча каблучками по каменной дорожке, направилась в суд. Меня так просто не сломить! Насмерть буду стоять за свои убеждения. Ни один менталист не сможет доказать мою измену, если Офелия родная дочь Кейдена. Надеюсь, он не пойдет на столь отчаянный шаг, чтобы устанавливать отцовство.

– Аннабель! – я по инерции обернулась на мужской голос, не успев переступить порог здания. – Я рад, что ты исцелилась, – столкнулись мы с мужем взглядами, и на миг показалось, что он искренен. – Прости, я не знал, что Бентон плохой целитель.

Между нами встала Сесилия, но я жестом попросила ее не вмешиваться. Смело подошла к Кейдену и по-доброму улыбнулась. Может, осталось в нем еще что-то светлое?

– Кейдн, – собралась с силами и произнесла мягко: – Пожалуйста, дай мне развод. Я укажу другую причину. Давай, разойдемся мирно? Ты сможешь видеться с дочерью, когда захочешь, – это я уже, конечно, преувеличила, но все же.

Он замялся и опустил взгляд, а потом протянул мне руку со словами:

– Пожалуйста, вернись ко мне. Я обещаю, что больше никогда тебя не обижу, у тебя больше не будет поводов для ревности. Я уволил экономку. Мы начнем все заново. Умоляю, Бель. Я понял, что был не прав.

Я обалдела так, что едва дар речи не потеряла! Где же тот властный гад, который угрожал мне расправой? Неужели и правда раскаялся? Или это всего лишь очередная маска, чтобы заманить меня в ловушку?

– Чтобы начать все заново, нам надо развестись, – ну и я не будь дурой выдвинула свои условия. – Если любовь все еще жива, нам ничего не помешает пожениться вновь, – посмотрела на его протянутую руку, но своей не подала в ответ.

– Ты же знаешь, что мне нельзя терять титул. Я годами добивался этой должности, – в темных глазах мужа забрезжили огоньки надежды, но разве я могла ему довериться?

– Ты ведь талантлив, Кейдн, чего тебе стоит вновь добиться успеха? Любовь дороже всякой должности, не находишь? – елейно проговорила и все же коснулась его руки, но тут же ее отдернула, когда он попытался ухватить мою ладонь.

Понимая, что внятного ответа не дождусь, развернулась к нему спиной и вошла в здание суда.