Глава 10

Несколько дней пролетает незаметно, а я всё это время сама не своя. Читаю новости, которые растаскивают издания, приукрашивая по-своему. Кирилла прямо таким страдальцем выставили… пожалела бы, не знай, какой он на самом деле. Порой проскакивают статьи, что я злоупотребляла запрещёнными веществами, потому и сорвалась со скалы. Люди понимают, вообще, о чём пишут? На чём пытаются поймать хайп? Брр! Меня всегда раздражала эта нелепая ложь, а сейчас ещё сильнее. Егор не звонит мне. Я порывалась несколько раз набрать его номер, чтобы извиниться за такое прощание, но каждый раз останавливала себя. Сама же решила, что должна оставить его. Я не хотела впутывать его в свою месть, смешивать с грязью, в которой окажусь сама. Жду новости от Влада, так как он ускоренно, через знакомых, разумеется, переоформил компанию моего отца на себя задним числом, а сегодня поехал туда с «новостями». Если поначалу я боялась, что он попытается оставить меня ни с чем, то теперь всё равно. Даже если лишусь компании… она не принесла мне ничего хорошего. Отец занимался бизнесом и уделял мне с каждым годом всё меньше внимания. Он погрузился в дело, чтобы забыться и не думать о маме, а потом и вовсе нашёл себе любовницу. Конечно, он любил меня. Я радовалась, что у него налаживается жизнь, но мне не хватало его. Из-за бизнеса нас разлучили навсегда. Кто знает, как бы мы жили в иной ситуации? Возможно, папа работал бы инженером, мы проводили вместе больше времени? И он сейчас оставался живым? Все эти мысли перебивают друг друга. Голова идёт кругом. Я понимаю, что ничего не смогу изменить, никак не повлияю на прошлое. Я не верну отца, но виновных в его смерти смогу наказать – это меньшее, что я должна сделать в память о нём. На мгновение появляется мысль, что это я виновата в его смерти. Если бы не познакомилась с Кириллом, не выскочила за него замуж, всё могло сложиться иначе. Может, тогда и отец не спешил бы съезжаться с Марьяной? Николай Андреевич говорил, что ему не нравится Кирилл, но я игнорировала его, ведь розовые линзы оказались слишком красивыми, и я не смогла снять их. Горечь затягивает меня в омут воспоминаний. Вспоминаю, как впервые сказала отцу, что хочу выйти замуж за Кирилла. Он выглядел разочарованным, но не спорил со мной, только спросил – уверена ли я в своём решении, не пожалею ли об этом. – Пожалела! Как же сильно я пожалела, папочка! – бормочу в пустоту. Приближаюсь к шкафу с одеждой, распахиваю дверцы и смотрю на кучу тряпок, которые мне купил Влад. Я не просила его об этом, но он заявил, что это часть плана, которого придётся придерживаться. Даже не представляю, что будет дальше. Он представит меня своей любовницей? Скажет, что спас меня? Но тогда Кирилла уже не обвинишь в попытке убить меня… останется только один способ расправиться с ним – выстрелить в сердце. Как он выстрелил в моё. Хотела выйти проветриться, но теперь уже нет желания. Нога до сих пор ноет, хоть врач и обещал, что боли быстро пройдут, и останется дискомфорт, который придётся перетерпеть несколько месяцев. Вот только боли пока на месте. Они напоминают мне, что всё ещё жива. Дохожу до туалетного столика и смотрю на своё отражение. Бледная… серая моль. Я выгляжу ужасно. Запустила себя и давненько не ухаживала за кожей. Сажусь на пуфик и наношу на лицо увлажняющий крем. Косметику я заказала сама. Влад дал мне карточку на расходы. Я пообещала, что всё возмещу ему, но он проигнорировал эти слова, словно и не услышал. Подарки от мужчин мне не нужны. Уже получила самый незабываемый. Дальше справлюсь как-нибудь сама. Наверное, я больше никогда не смогу довериться мужчине. Делаю лёгкий макияж, но на губы наношу алую помаду. Она похожа на цвет свежей крови. Жажду ли я крови? Честно, не знаю… Но уже я не дорожу жизнями людей, влачащих жалкое существование, готовых идти по чужим головам к успеху, которого не заслужили. Вспоминаю, как Егор прижимал меня к себе в пещере, как пытался обогреть меня, и губы растягиваются в улыбке. Мне было тепло и хорошо рядом с ним. И я скучаю. Хочется узнать, как у него дела… не возненавидел ли он меня за побег? Я просто хочу услышать его голос, потому что это единственное, что помогает мне поддерживать связь с собой… прежней? Настоящей? Ничего не могу поделать с собой, иду к кровати, беру телефон, купленный мне Егором, и набираю его номер. Несколько раз порываюсь скинуть, но вот первый гудок… Теперь уже нет смысла отступать. Я жду, когда он ответит, но ничего… Впору скинуть звонок и больше не набирать этот номер. Логично же, что Егор разозлился и знать меня теперь не захочет. Уже готова отключить, но вижу, что по ту сторону нажали на кнопку ответа. – Егор? – зову я. Только мне отвечает громкий шум. Кто-то ругается. А ещё я слышу тяжёлый стон, и сердце ускоряется. Этот стон принадлежит Егору. Точно ему. Что-то с грохотом летит вниз, кажется, звенит бьющаяся посуда? – Егор! – повышаю голос. – Ты в порядке? Что происходит? Ответа нет. Я места себе не нахожу. Понимаю, что следует мчаться туда, но что я смогу сделать одна? Если на него кто-то напал, я не помогу. Сделаю только хуже своим появлением. Трясущимися пальцами набираю номер Влада, но мужчина сбрасывает. Нашёл время показывать характер! Набираю ему снова и снова. Только он игнорирует. Слышу, как открывается дверь в квартиру, лечу в коридор со всех ног. – Если я не отвечаю тебе, значит, я занят. Не следует превращаться в ревнивую надоедливую люб… Договорить Влад не успевает, потому что я бросаюсь на него и хватаю за плечи. Он растерян, сглатывает, а улыбка мгновенно сползает с его губ. – Только не говори, что ты кому-то попалась, – качает головой Влад. Отрицательно мотаю головой, хватаю ртом воздух и выпаливаю на выдохе: – Егор в опасности. Мы должны ехать. Прямо сейчас. – Егор? Что за бред? Ты уверена, что всё так? – Он долго не отвечал на мой звонок, а потом я услышала брань… что-то разбивалось, а Егор… он тяжело дышал. Влад, мы должны прямо сейчас поехать к нему. – Не мы, а я. Оставайся в квартире, – отчеканивает мужчина и отстраняет меня от себя. Я отрицательно мотаю головой. Если я могу хоть как-то помочь, не останусь в стороне. Он вытащил меня из бушующего моря, и я не посмею оставить. Он мог пострадать из-за меня. Хватаю солнцезащитные очки, платок и сумочку и семеню следом за Владом, захлопнув дверь в квартиру. – Я велел тебе остаться дома и не рваться за мной. Ты глухая? – срывается Влад, попутно набирая номер брата. – Упёртая, сам говорил. Лучше прибереги свои эмоции на тех, кто навредил твоему брату, если мы ещё успеем поймать их на месте. С чего я вообще взяла, что Егор в доме? Может, он попал в какую-то передрягу вне его стен? Всякое ведь может быть. Или просто случайно нажал кнопку ответа в кармане, а тяжёлые стоны я себе придумала? Хотелось бы верить в эту теорию, да только что-то подсказывает, что всё совсем непросто. Егор в опасности. Я чувствую это. И так сильно хочу помочь ему…