Глава 21

Горский – Павел Андреевич, вы не поверите, я её нашёл… Внутри меня вспыхивает настоящий ураган эмоций. Желваки начинают ходить ходуном под кожей, а на лбу выступает липкий пот. – Выкладывай! – Я ломал голову, ломал. Потом взял и загрузил фотографию вашей жены в базы. Поисковик выдал мне совпадение, – переводит дыхание и продолжает тараторить: – В общем, у Виктории есть двойник. Некая Елена Витальевна Дюжева. О родстве пока говорить рано, то внешняя схожесть потрясающая. – Отличная работа, Мих. Присылай всю информацию мне на почту. – Уже отослал, – словно на автомате произносит подчинённый. Вот за что я люблю своих людей, так это за профессионализм. Михаил за короткий срок провернул такой фронт работ, который едва ли сумеет осилить целый отдел. Выходит, что наше предположение косвенно подтвердилось. У Виктории есть родная сестра, о которой девушка была не в курсе. И вероятность того, что покушение на мою жизнь совершила именно эта девушка, а не моя супруга, далеко не нулевая. Интересно девки пляшут. Честно признаться, я до последнего не верил, что такое возможно. Мобильный телефон оповещает меня о входящем на почту сообщении. Открываю файл, пробегаю глазами и тут же отправляю на печать. На бумаге смотреть всё-таки куда приятнее, чем на телефоне. – Дюжева Елена Витальевна, значит, – медленно проговариваю вслух, сравнивая фотографию жены с фотографией девушки. До однояйцевых близнецов, конечно, далеко, но схожесть потрясающая. Если не вглядываться, то запросто можно перепутать, кто есть кто. Никакого теста ДНК не надо, чтобы с точностью девяносто девять и девять процентов сказать, что моя Виктория и Елена – родные сёстры, которых разлучили при рождении. Пролистываю фотографии и замираю на снимке Елены в купальнике, взятом из интернета. И мое внимание заостряется отнюдь не на прелестях девушки, а на её обнажённой шее, где красуется родинка, точь-в-точь такая, какую я видел на шее своей дочери Надежды. Вот тебе и ещё одно подтверждение. Теперь-то уж точно не остаётся ни единого сомнения, что перед нами именно родная сестра Виктории. – Что же я тебе плохого сделал, Елена, раз ты хотела моей смерти? – произношу себе под нос, не отводя взгляда от снимка девушки. В моей голове шестерёнки медленно пришли в движение, и картина сложилась в единый пазл. – Родинка… – произношу вслух, и в голове всплывает картина семилетней давности, как я целовал жену и наткнулся про проколотый бугорок на её шее. Выходит, что я познакомился с сестрой своей супруги ещё семь лет назад. Интересное кино. Раздался очередной звонок мобильного. – Да, Михаил, слушаю тебя внимательно, – тут же отвечаю на звонок безопасника. – Павел Андреевич, удалось выяснить, на кого работает Елена. Так вот, она неоднократно была замечена в компании людей бизнесмена Налимова. – Налимов… – перебиваю подчинённого. – А это не тот старый хрен, что вставлял палки в колёса нашей компании? – Он. У нас есть все основания предполагать, что именно Налимов является заказчиком покушения на вашу жизнь. В девяностые он, насколько точно мне удалось узнать, вёл активную деятельность. Именно тогда он сколотил свой основной капитал. Как сообщают некоторые источники, мужик занимался откровенным бандитизмом, – заканчивает тараторить. – Хочешь сказать, что он причастен к смерти родителей Виктории? – Вероятнее всего, да. Ну и логично предположить, что Елена воспитывалась в его семье. Но это всё предположения, и без соответствующей доказательной базы нам едва ли кто-то поверит. Михаил накопал много, без преувеличения, целую кучу ценной информации. Всё бы ничего, но едва ли каждое громкое заявление несёт в себе что-то, кроме теории, которую надо ещё как-то доказать. – В целом понятно, Михаил. Копай дальше. Главное, что непричастность Виктории к покушению на мою жизнь стала более чем очевидна. – Про очевидно громко сказано, – произносит слегка смущённым голосом. – Но вполне вероятно. Павел Андреевич, какой наш с вами следующий шаг? По интонации безопасника я понимаю его намёк. Безопасник намекает, что можно задержать Елену и аккуратно допросить. Но поскольку мы ведём своё частное следствие и не привлекаем структуры, то задерживать людей без нарушения закона мы не имеем права. Но, увы, другого выхода у нас нет. – Тот самый, друг мой, тот самый. Только милая беседа откроет все тёмные пятна на этой истории, – отвечаю витиевато и кладу трубку. Убираю телефон в сторону и складываю весь компромат на сестру Виктории в папочку. Целую неделю я не появлялся в больнице дочери. Всё моё внимание было на одной лишь задаче – скорее разобраться в этом тёмном деле. И сейчас я как никогда близок к решению. Собрав необходимые бумаги, иду к своему автомобилю. Игнат сегодня утром писал, что девочек вот-вот выпишут из больницы. А это значит, наконец пришло время поговорить с Викторией и расставить все точки над «i». Думаю, сегодняшняя беседа с бывшей женой заставит меня посмотреть на мир под другим углом. ***– Дядя Павел! – выкрикивает Надежда, стоит мне только перешагнуть через порог её палаты. Наклоняюсь, и в следующее мгновение девочка повисает на моей шее. Неловкая улыбка расцветает на моём лице. Как же мне хочется скорее закрыть все вопросы и вернуть семью… Семью, которую я потерял семь лет назад. – Привет, семья, – произношу на выдохе, протягиваю Виктории прямо в руки папку с информацией на Елену Дюжеву и добавляю: – Знакомься, это твоя сестра, а по совместительству главный исполнитель покушения на мою жизнь.