Глава 4

Холодный пот пробегает по моей спине. Сердце разгоняется до невероятной скорости, словно моторчик. Лёгкие на мгновение замирают на месте, и я начинаю задыхаться… Мерзавец не должен был узнать о моём ребёнке, не должен был! Это всё ложь! Это всё неправда! – Это не моё… – с трудом оттягиваю голос и что есть силы мотаю головой из стороны в сторону. – Не твоё? – выкручивает бровь в вопросительном жесте. – А чьё, позволь полюбопытствовать? – Моей подруги Анны, – произношу первое пришедшее на ум женское имя. Пусть я несу какой-то бред – неважно. Главное, чтобы Воронцов поверил, что тест чужой. Ведь если Воронцов поймёт, что я в положении, то моя жизнь кратно усложнится. Я не смогу просто так собрать свои вещи и уйти. Он не тот человек, которого не следует недооценивать. Я уже говорила и повторю ещё раз: я совершенно не знаю, чего можно ожидать от Воронцова, а чего нельзя. Я не знаю, способен Воронцов отобрать у матери ребёнка или нет… – Да? – усмехается фирменной ухмылочкой. – А я не знал, что у тебя есть подруга Анна. И давно вы дружите? Воронцов совершенно не тот человек, которого легко обвести вокруг пальца. Он во всём ищет скрытый подвох и обращает внимание на любые, казалось бы, незначительные мелочи. Боюсь, что в моей неуверенной речи он сумел разглядеть крупицы лжи. – Недавно, – невольно сглатываю. – Мы познакомились около месяца назад в женской консультации. Сейчас она то ли на шестой неделе беременности, то ли на восьмой. Не могу сказать точно. – Занятно, – облокачивается на косяк и смотрит на меня с некоторым прищуром во взгляде. – Ты, кажется, не говорила, что к тебе ходит подруга, – крутит в своих пальцах бумажную полоску и, выдержав небольшую паузу, добавляет: – И делает в нашей ванной тесты на беременность. – Ой, – отмахиваюсь, – ты не знаешь, что значит быть беременной женщиной. Девушки в положении, особенно на ранних сроках, постоянно носят с собой тесты и делают их при любой удобной возможности, – несу полный бред, только бы заговорить зубы предателю. Я совершенно не умею врать. За все пять лет супружеской жизни ни разу не возникало такой ситуации, в которой мне бы приходилось обманывать Диму. Я всегда стараюсь говорить своему мужу исключительно правду. Я считала, что наш брак держится на доверии, и не хранила от мужа никаких тайн. И вот сейчас я смотрю в глаза человеку, которого ещё только сегодня утром называла своим любимым, и нагло вру. Вру, что ко мне приходила какая-то фантомная подруга и делала тесты. – Да? А я и не знал. Думал, одного теста и консультации гинеколога вполне достаточно, чтобы понять наверняка, – ухмыляется, одним лишь своим видом давая мне понять, что он не верит ни одному моему слову. – А ещё беременные едят мороженое с копчёной рыбой и всё это хозяйство занюхивают кремом для обуви, – произношу на выдохе и невольно прикусываю губу. Ну всё. Дальше можно не стараться. Воронцов не дурак и наверняка сумел распознать в моих словах приторные нотки лжи. – Ну, в принципе, ты права, – соглашается, чем изрядно удивляет меня. – Когда моя прошлая секретарша была беременной, она ходила по коридору с канцелярским ножом и отколупывала побелку со стен. А один раз самостоятельно разобрала принтер, достала из него картридж и нюхала краску, – смеётся, погрузившись в свои воспоминания. Предыдущая секретарша Воронцова и в самом деле ушла в декретный отпуск. Не удивлюсь, что к этому событию Воронцов приложил свою руку. Вернее сказать, не руку, а немного другой орган, который мужчины очень часто используют вместо мозгов. – Ну вот. Ане приспичило в сотый раз сделать тест, – пожимаю плечами. – Правильно говорят, что нельзя осуждать поступков беременной женщины, – смеётся. – Иной раз они могут быть, мягко сказать, нелогичными, а иной раз шокирующими. Воронцов большой знаток в том, какими могут быть беременные женщины. У него большой опыт в общении. Вон уже вторая секретарша сбегает в декретный отпуск. В следующее мгновение Воронцов подходит ко мне и ни с того ни с сего крепко обнимает. Но его прикосновения больше не несут того тепла, что несли когда-то. Напротив, от них веет холодом. В его объятиях я больше не чувствую ту магию, что чувствовала раньше. Я не чувствую себя защищённой. Напротив, мне максимально некомфортно… От одной только мысли, что этими руками он прикасался к своей любовнице, что этими губами он ласкал её тело, хочется кричать во всё горло. На протяжении бог знает какого времени мерзавец изменял мне, и всякий раз он возвращался в нашу супружескую постель, словно ничего и никогда не было. Словно так и должно быть… Обжигающая болью слеза скатывается с моей щеки. Я заставляю себя не плакать и оставаться сильной, но у меня ничего не выходит. Я делила своего мужчину с другой женщиной… Мне больно, мне очень больно… Воронцов предал меня, он вырвал из моей груди сердце и разбил его на тысячи осколков… Сейчас мне больше всего на свете хочется разомкнуть его объятия, отстраниться на пару шагов назад и что есть силы ударить мерзавца по его наглой физиономии. Да так сильно, чтобы красный отпечаток моей ладони остался на его лице… Но я не буду так делать. Я не буду идти на поводу своих навязчивых мыслей и своих желаний. Кажется, секретарша не рассказала своему боссу, что я застала их за непотребством. Пока Воронцов ничего не знает и не догадывается о том, что мне открывалась правда, мне будет легче собрать свои вещи и покинуть дом предателя. А может быть, наоборот, выплеснуть свои эмоции и заявить, что между нами всё кончено? Может быть, Воронцов раскается в содеянном и согласится решить взаимные претензии к друг другу миром? Нет! Я своими ушами слышала, что Воронцов работает над тем, чтобы лишить меня всего совместно нажитого имущества. Если он не пришёл ко мне и не поговорил, как человек с человеком, значит, он этого не хочет. Значит, в его глазах я рисуюсь врагом, с которым надо воевать… – Завтра у нас пятая годовщина свадьбы. Деревянная, кажется. Я приготовил для себя сюрприз, от которого ты, мягко сказать, будешь в восторге, – произносит Воронцов, наконец-то избавил меня от своих объятий. Ещё один сюрприз? Сюрприз, от которого я буду в восторге? То есть беременная любовница, развод и раздел имущества были всего-навсего цветочками и сейчас пойдут ягодки?