Сорок вторая глава

Время будто замедлилось. Наполненные солнцем дни потекли словно мёд с ложки-веретеночки, неторопливые и насыщенные простой радостью бытия. Счастье раздробилось искрами на мелкие кусочки когда-то давно. А теперь оно собиралось по крупинке. Вкус спелого персика, близкий плеск рыбы у набережной, тёплая вода моря, сочная трава в парке на Учкуевке… Вроде такие мелочи, не замечаемые когда-то, теперь они заиграли новыми оттенками. Меня словно выпустили из тёмной пыльной комнаты в мир, полный чудес. Совершенно незаметно пролетел август, протёк сквозь пальцы мягкий и нежный сентябрь, и октябрь уже подходил к концу. По утрам стало прохладней, и ветер с моря заставлял утепляться. Но я упрямо ещё ловила последние тёплые дни и с удовольствием бродила пешком по полюбившемуся городу, который открывался мне всё глубже и интереснее. И люди в Севастополе были ко мне добры, что очень удивляло и трогало меня. Иногда до слёз. Я вообще стала сентиментальна на юге. Однажды я запуталась, в какую сторону идти, а телефон у меня, как назло, разрядился. Дойдя до небольшого магазинчика и предполагая, что в нём работают местные жители, знающие свой город, я обратилась с просьбой о помощи к продавцу. И эта милая женщина, отвлекаясь от своей работы, вышла со мной на улицу и подробно разъяснила, куда идти. А видя, что я не совсем уверена, она просто подарила мне карту города. Вроде бы мелочь. Просто человеческое отношение. Но меня такая забота тронула до слёз. А другой раз я, попав под дождь, спряталась переждать особо сильный порыв на остановке. Рядом со мной там же, под навесом ждала свой автобус пожилая дама. Она обратила внимание, что я ни в один приходящий транспорт не сажусь и, извинившись, предложила мне денег на проезд. Предполагая, будто мне не на что доехать. Разве такое внимание к чужим людям это не чудо? В конце каждого месяца звонил Сашенька и бодро тарабанил свои достижения. А я его усиленно хвалила, скрывая свои слёзы, и говорила о любви. Я действительно горжусь им! Алексашка выживет в чужом и далёком мире! Я в это теперь твёрдо верю! Денис вначале названивал безостановочно. Потом реже. А сейчас практически не беспокоит меня. Всего три месяца и запáл, похоже, иссяк. За это время мы всего однажды с ним общались. Если мой единственный ответ на его письма в Ватсапе можно считать за общение. Ещё в августе, после развода, Денис спросил, куда ему привезти мои вещи, которые он собрал. И стал перечислять, что именно. Чуть ли не с ценниками. На что я посоветовала ему раздать всё малоимущим и страждущим. Мне ничего не нужно из вещей. Я бы и саму память о нашей с ним жизни подарила кому-нибудь. Тогда. Сейчас, переосмыслив свою жизнь, я не хочу ничего забывать из своего прошлого. Ни плохого, ни хорошего. Всё, что было со мной – это мой опыт. Мои ошибки – это, надеюсь, гаранты моих верных решений в будущем. Моя память – это и есть то сокровище, что я нажила вместе с мужем. Как-то так. Ещё, здесь на юге я стала по-другому относиться к вещам. Легче. В общем, если резюмировать те изменения, что со мной произошли, то можно сказать: я стала мягче и спокойней. Будто нашла своё место силы. К концу октября наступила осень в городе. Платаны роняли скукожившиеся листья, и повсюду расцвели розы. Всякие и везде! А ещё хризантемы. И несмотря на дожди, город смотрелся празднично и совсем не печально. Странно. И небо затянуто облаками, и ветер, и дождь, а ощущения безысходности и тоски, которая давила на меня в Москве, нет. Я помню прошлый чёрный ноябрь. Это же было на грани отчаяния и безнадёги. Здесь же, на берегу моря дождливое преддверие зимы – восторг от мощи стихии и скрытая надежда на обновление. Никакого чёрного отчаяния нет даже близко! Чувство генеральной уборки. Всё лишнее и отцветшее тщательно вымывается и выдувается природой. Сегодня, двадцать пятого ноября, приехала к офису на машине и, паркуясь, не очень удачно оставила свой автомобиль. Я опаздывала и, не сумев найти свободного места, перегородила выезд тёмному внедорожнику. Вздохнула, поправила свой номер телефона на лобовом стекле так, чтобы было лучше видно, и побежала в офис. Ближе к обеду совершенно не удивилась, когда мне позвонили с незнакомого номера и попросили немного подвинуть или переставить машину. Проигнорировав куртку, выскочила на улицу. Как была в джинсовом сарафане и кружевной блузке под ним, я мякнула сигнализацией ещё в окно из кабинета и теперь, с разбегу запрыгнув на водительское сидение, я лихо вырулила в сторону и припарковала свою машинку в освободившийся карман. А когда, открыв двери, хотела выскочить вновь на улицу, то поняла, что придётся наступить в лужу. Вот гадство! Стоявший неподалёку мужчина, увидев, что я собралась выходить, крикнул мне: – Постойте! И широко шагнув, оказался рядом. – Позвольте? Он подал руку и когда я, недоумённо моргнув, протянула свою ладошку, то буквально выдернул меня из моей машины. И в два шага донёс до входа в здание. На руках! – Что же вы не бережётесь? Простудитесь! – ворчал он при этом, опуская меня на пол. Я так растерялась, что ничего не ответила и стояла, глупо моргая глазами и не зная, как реагировать. Потом отвисла, жамкнула кнопку сигнализации на ключе и посмотрела в глаза мужчине. Смеющиеся карие глаза. – Спасибо. – церемонно проговорила я и добавила. – Всего хорошего! Развернулась, собираясь бежать в свой кабинетик, и услышала вслед: – Давайте выпьем вместе кофе в обед? Я вам позвоню! Притормозила на мгновение, кивнула головой и стремительно убежала. Влетела в кабинет, села за стол и схватилась за пылающие щёки! Сердце билось, словно я пять километров отскакала разом. Мамочки! Что это со мной! Отчего я чувствую себя выпускницей Смольного института перед последним экзаменом? Что так взволновало меня? Перевернуло и взбаламутило все мои чувства? Где спокойствие и уверенность, которые я так долго лелеяла? Всё улетучилось. Стоило только попасть в сильные руки, вдохнуть пряный запах, услышать голос и взглянуть в глаза? Ярослава! Я не узнаю себя! Я выдохнула резко и вдруг, сама не ожидая от себя такой реакции, весело рассмеялась. Я – живой человек!