Глава 11

Курьер. В руках недовольного молодого человека – пухлый конверт.

– Соколовская Любовь Романовна?

– Да, это я.

– Получите и распишитесь, – парень протянул планшетку и перекатился с пятки на носок, оценивающе глядя на женщину. Люба дернулась, занервничала, вспоминая, как выглядит, но затем посмотрела курьеру прямо в глаза. Тот смутился и начал пристально рассматривать носки своих кроссовок.

Ну то-то же!

Она ждала новостей, но все случилось слишком быстро… В плотном конверте лежал подписанный договор.

– Ура!

Люба довольно рассмеялась. Громко, звонко, не сдерживаясь. Мирон бы сразу одернул жену привычным «это непозволительно для женщины твоего возраста», но в том-то вся и прелесть, что теперь она могла поступать так, как считала нужным. Соколовская схватила телефон, набрала номер, перелистывая страницы договора. Сердце стучало где-то в горле, пальцы подрагивали от волнения.

– Сергей, добрый день.

– Люба, рад тебя слышать, – раздался в трубке приятный баритон. – Судя по голосу, ты уже в курсе хороших новостей.

– Я-я-я… – женщину распирало счастье, дыхание сбивалось от избытка эмоций. – Я так вам благодарна, вы себе просто не представляете!

Тихий смех, мягкий, обволакивающий, как тонкая дымка утреннего тумана, проник в сознание Соколовской.

– Люба, я очень люблю с вами работать. Ваши эмоции такие же настоящие, живые, как и ваши переводы. Именно поэтому они так нравятся читателям, поэтому вам продлили контракт на перевод второй части.

Детективный роман Хань Хуа «Три тени одного человека» с элементами мистики поступил на прилавки книжного магазина полгода назад и покорил российскую аудиторию. Теперь переводчицу с китайского ждала новая увлекательная работа. Люба так погрузилась в эйфорию, что не заметила, как в эфире повисла пауза.

– Ой, извините, Сергей, я замечталась. Для меня большая честь переводить тексты Хань Хуа и работать с вами. Я так рада…

Сергей Жарков, который за сорок с лишним лет своей жизни повидал всякое, впитывал чистую радость, которую излучала эта удивительная женщина. Тихая, спокойная с виду, она выдавала в своих текстах такие вихри эмоций, создавала такой накал, тайфун, цунами, что от текста было невозможно оторваться. Разница между двумя языками – колоссальная, и сохранить оригинальность автора, но при этом не превратить его текст в сухой автоматический перевод было не просто. Соколовская отлично справилась с поставленной задачей.

Она изучала китайский язык почти десять лет. Все началось с любопытства: как можно читать вязь, похожую на следы бешеного червяка, оставленные на мокром песке? Открыла интернет, скачала пару уроков и понеслось… Соколовская записалась в онлайн-школу, где преподавал китаец, проживший в России двадцать с лишним лет. Нет ничего лучше, чем учиться у носителя языка.

На одном из литературных конкурсов ее перевод занял первое место. Осмелев, Люба начала предлагать свои услуги по переводу литературных текстов, а позже с ней связался Сергей Жарков, который стал ее агентом. Новое хобби полностью поглотило, а позже стало стабильным источником дохода. Книги, комиксы и даже перевод фильмов. Последнее было самым сложным, но зато самым прибыльным.

Так хобби превратилось в профессию.

– Люба, я хотел пригласить вас сюда, в Китай, – мужчина услышал восхищенное «ох!» и не удержался от улыбки. – Через десять дней у Хань Хуа будет организована конференция с читателями и переводчиками. Она приурочена к выходу продолжения «Трех теней» и вообще… вы же знаете, как любят творческие люди купаться в океане фанатской любви.

– Я приеду! – без раздумий выпалила Соколовская. – То есть прилечу!

– Отлично. А что скажете, если я приглашу вас не только на встречу с Хань Хуа?

– Как это?

– Я хочу показать вам Пекин и его достопримечательности. Вы переводите китайские тексты, но ни разу не были в Китае. Это неправильно.

– Ой… я не знаю, – растерялась женщина. Идея Жаркова отозвалась в груди теплом, словно солнечная птица расправила крылья.

– Вы только представьте себе, Люба… Запретный город, парк Бэйхай, Храм Неба, летний дворец Ихэюань, – соблазнял Жарков, с каждым словом понижая голос. Последнее он практически шептал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍