Глава 23

Он не верил своим глазам.

Достал телефон, снял блокировку.

Ничего.

Ни звонков, ни сообщений.

Все голосовые, отправленные накануне, доставлены, но не прочитаны.

Жена ушла в полный игнор, словно их развод – это переселение на другую планету, смена Галактик, а не переезд в другой дом.

Все началось за день до часа икс.

– Люба, какой костюм..?

Мирон замолчал, вспомнив, что Любовь здесь больше не жила.

Дурная многолетняя привычка советоваться с женой не выпускала свою жертву из цепких когтей.

Увы! В просторной гардеробной среди вешалок с брендовой одеждой он стоял в гордом одиночестве.

Это была забота жены, ее почетная обязанность – следить за имиджем мужа.

Какой костюм, галстук или шейный платок надеть на важные переговоры или на важную встречу? Рубашка в тон или можно взять контрастную? Запонки нужны или нет? А маленький платочек – паше, выглядывающий из нагрудного кармана пиджака аккуратным уголком или ровным краешком, уместен или окажется лишним?

Черт!

Удобная привычная жизнь рассыпалась на глазах. Психанув, Мирон схватил пальто и выскочил из дома.

В бутике известного итальянского дизайнера девушки-консультанты одели его с ног до головы, предварительно расковыряв мозг китайскими палочками. Они то и дело касались его рук, плеч, подчеркивая крой одежды и качество ткани. Это так бесило!

– Какой цвет предпочитаете?

– Пиджак приталенный или прямого кроя?

– Сейчас в тренде рубашки с воротником-стойкой. Хотите примерить? С такой идеальной фигурой вы можете позволить себе любой стиль… Что скажете?

Он говорил матом. Тихо, про себя.

Пытался вспомнить, во что был одет на последней важной встрече и выбирал похожие вещи.

Взмыленный, уставший, злой, как тысяча чертей, Соколовский вернулся домой.

Всю дорогу он нервно ерзал на сиденье авто. Пиджак казался тесен в плечах, а брюки – слишком узкими, пижонскими.

– Ничего, с новыми вещами всегда так, – утешал себя Мирон. – Нужно время, чтобы они сели по фигуре, а еще мне нужно успокоиться.

Однако простое желание оказалось невыполнимым. Дочь, сама того не ведая, щедро плеснула бензин в костер мужской нервозности.

– Пап, глянь! Как тебе?

Глянул и охренел. От короткого яркого наряда, расшитого пайетками, слезились глаза. Макияж дочери напоминал боевой раскрас индейцев.

– Быстро умойся и смени платье! Ты сейчас похожа на шлюху! – рявкнул Мирон. – Пошевеливайся, пока есть время, иначе останешься дома!

– Ну па-а-а-п… – заныла Таня. Она так долго выбирала подходящий наряд, чтобы сиять на празднике отца ярче всех, и – нате вам! Девушка скрылась в своей комнате, с силой хлопнув дверью. Гулкое эхо разлетелось по дому, который с некоторых пор стал напоминать холодную пещеру.

Тик-так.

Тик-так.

Он писал, отправлял голосовые, но жена молчала.

Нет, это просто невыносимо! Понятно, что она хотела отыграться на муже за развод, за неприятные слова, поэтому ушла в игнор! Но какого черта…?!

Наконец дочка спустилась вниз, обиженно дуя губы и нервно дергая подол изумрудного платья. Соколовский облегченно выдохнул.

– Хвала Богам! Хорошо, что бабушки не видели внучку в прикиде распутной девки, иначе вынесли бы ему весь мозг!

– Дурацкое платье, – психовала Таня. – Это мама заставила меня его купить, говорила, что оно стильное, подчеркивает мою фигуру и молодость.

– Мама права, а ту блестящую тряпку чтобы выбросила и забыла, куда она упала. Ты поняла меня?

– Поняла, не маленькая, – недовольно буркнула девчонка и вдела руки в рукава белого пальто, поданного отцом.

У крыльца дома уже стоял вызванный для такого случая служебный автомобиль с личным водителем Соколовского. Черный седан бизнес-класса сверкал хромом и лаком, в просторном салоне приятно пахло кожей и деревом. Машина плыла по проспектам столицы, словно большой круизный лайнер – по океанским волнам.

– Мирон Вадимович, мы почти на месте, – из сомнений и тяжких дум мужчину вырвал голос водителя. До ресторана оставалось проехать один квартал.

– Пап, ты только посмотри! Мама обновила свой аккаунт, – в голосе Тани явственно звучали испуг и удивление. Она протянула мужчине телефон. – Листай фотки… Я в шоке…

Дочь была в шоке, а его жена – если верить иероглифам на рекламных баннерах и ярких витринах – в Китае.

Женщина улыбалась, ее глаза сияли. Он и забыл, когда видел Любовь такой легкой, излучающей свет.

Дворцы, парк, фонтан, вечерний проспект, расцвеченный яркими огнями, и даже смотровая площадка небоскреба… Его жену кто-то фотографировал, причем делал это умело и с удовольствием. Судя по всему, в Китай она улетела не одна.

Мирон жадно рассматривал выражение ее лица, позы, увеличивал фотографии в поисках намека на постановку, но не находил. С каждого кадра на него смотрела довольная жизнью, счастливая женщина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Сука! – он сжал в руках тонкий корпус гаджета, тот тихо хрустнул в ответ. По экрану тонкой паутиной расползлись трещины.

– Папа, ты что творишь?! Мой телефон! – взвизгнула Таня, с опозданием вырывая из побелевших от напряжения мужских пальцев ни в чем не повинный айфон. – Ты его сломал, теперь придется покупать новый!

Сквозь гул в ушах до мужчины с трудом доходили слова дочери. За грудиной резко дернулось сердце, ударилось в ребра, запуская волну боли, похожую на электрический разряд.

Он зря надеялся, рисовал благоприятный исход этого вечера, готовил нужные слова.

На пафосном празднике он останется в одиночестве, теперь в этом не было никаких сомнений.

Или правильнее сказать – он будет свободен? Если так, то почему на душе так паршиво, а на языке полынью горчило разочарование от обманутых надежд?

– Па-а-п…

– Что еще? Что случилось?

– Ты представляешь, Денис оставил комментарии под мамиными дурацкими фото! – возмущалась Таня, проводя пальцем по треснувшему экрану. – Написал, что счастлив видеть, как сбылась ее мечта, – еще один свайп, новая фотография. – Что мама очень красивая и выглядит счастливой! Пап, тут полный писец!!!

– Таня, не кричи! Ты ведешь себя неприлично! – поморщился Мирон, массируя виски. Вечер еще не начался, а он уже задолбался. Мысль о том, что его жены не будет поблизости, вызывала досаду, раздражение и злость. – Что еще написал Денис?

– Под одной фоткой он написал, что такая женщина не останется одна и обязательно найдет того, кто будет ее любить и беречь. Денис совсем берега потерял?! Во придурок!

Слова дочери прошлись тупым ножом по душе мужчины, привели в чувства не хуже пары пощечин. В конце концов Люба сделала свой выбор!

В большом зале ресторана «Искушение», самого дорогого и популярного в этом сезоне, сновали официанты, расставляя на столах последние закуски.

Родители, тесть с тещей – все прибыли и сейчас стояли рядом.

– Мирон, а где Люба? Куда делась твоя жена? Она никогда не опаздывала… – его мама, Елена Петровна, нервно бросала взгляды по сторонам. – Это так некрасиво – заставлять себя ждать… Скоро гости начнут прибывать, а хозяйки праздника нет!

– Любе срочно потребовалось вылететь в Китай, мама.

– Любе?! В Китай?! – высокий голос женщины прозвучал скрежетом железа по стеклу. – Что она там забыла?! У мужа – день рождения, а жена по заграницам мотается! Да где ж это видано?!

– Мама, успокойся… – буркнул Мирон, – не кричи и не устраивай скандал. Ты сейчас меня позоришь.

– Я позорю?!

От дальнейших громких разборок Соколовских спасли первые гости, показавшиеся на пороге зала.

– Черт!

Мужчина не ожидал увидеть одного из своих друзей, который прибыл на праздник в компании Виктории, подруги Любы, однако через несколько минут Мирон напрочь забыл об этом недоразумении, потому что заметил ее…