Глава 4

Постель пахла прошлым. Ни с чем не сравнимый налет времени въелся в матрас и, казалось, даже в деревянное основание кровати. Открытое на проветривание окно не спасало от приторно-сладкого запаха с едкой ноткой полыни.

Люба проснулась рано. Не разбитая, но и не отдохнувшая. Внутреннее напряжение не исчезло, оно напоминало сжатую пружину, которая могла распрямиться в любой момент и послужить спусковым механизмом ядерного взрыва.

Что там говорят психологи? Направлять внутреннюю злость на внешние объекты?

Ух, как она развернулась!

Пока курьер вез завтрак из ближайшего кафе, Люба заказала доставку продуктов и пригласила команду грузчиков с машиной.

– Это, это и это вынести.

Женщина ткнула пальцем в ненавистный стол–остров в гостиной, который был установлен по настоянию мужа. В то время такие кухни считались писком моды и вызывали «вау!» эффект, а ее раздражало это «бельмо в глазу».

Беспощадным репрессиям были подвергнуты огромный кожаный диван и пара массивных кресел.

– Это первое, что будет бросаться в глаза, когда гости войдут в наш дом, – довольно расхаживал среди громоздких монстров Мирон. – Раз мы купили новое жилье, то должны обставить его по высшему разряду!

Она ненавидела кожаную мебель: всякий раз садясь на диван или в кресло, ежилась от ощущения, что оказалась в луже. Липкая прохлада, б-р-р! Противно!

Кровать, шкаф, тумбочка. Спальня «ушла» из дома почти полностью. Женщина слышала, как грузчики цокали на «боярыню-самодуру», но не обращала внимания. Подошла к бригадиру и открыто заявила: «Если вы хотите что-то забрать себе – я не возражаю».

С того момента работа пошла быстрее. Парни подогнали вторую машину и, поменяв точку зрения на хозяйку дурдома, быстро, но крайне аккуратно вынесли все необходимое и погрузили в машину.

– Любка, ты что делаешь?! – верещал внутренний голос, заходясь в истерике. – Ты на чем сидеть-спать собралась?

– Стоять! Молчать! Бояться! Сейчас все можно купить. Сегодня все привезут и соберут, а если нет, то всегда можно съехать на пару ночей в отель или к девчонкам, – успокаивала сама себя Соколовская. – Теперь это мой дом, и в нем все будет так, как хочу я!

То ли Фортуна повернулась к женщине лицом, то ли Ангел-Хранитель подсуетился, но на сайте популярного мебельного центра Люба нашла прекрасный спальный гарнитур, а в гостиную – диван и два удобных кресла. Да, читала отзывы, да доверяла незнакомым людям, но ведь получилось!

Пока грузчики пыхтели над мебелью, она достала из кладовки стремянку.

– Хозяйка, что надо? – крайне доброжелательно поинтересовался бригадир. – Давайте подсоблю! Негоже барышне по лесенке прыгать, не дай Бог навернетесь.

Добрый человек помог снять с карниза в гостиной тяжелые шторы насыщенного винного цвета. Это была еще одна галочка в плане Любы.

– Интересно, а что в этом доме моего? – она заварила зеленый чай, привезенный доставкой, и устроилась на стуле в углу гостиной, наблюдая за работой мужчин. – Почему получилось так, что мое мнение никто не учитывал? Кто был хозяйкой в этом доме?

Сцена со шторами всплыла из памяти. Их принесла свекровь после одного из визитов.

– Повесьте, а то невозможно находиться в гостиной: солнце так слепит, что глаза болят.

Спорить со свекоброй по имени Елена Петровна Люба не решилась, да и Мирон смотрел так, словно его жена собралась обидеть ребенка, поэтому пришлось согласиться.

С каждым мгновением дом становился светлее и чище, тяжелые воспоминания уходили из него вместе с нежеланными элементами интерьера.

– Черт, я же собиралась в полдень заехать за вещами! – спохватилась Любовь и посмотрела на часы. С учетом дороги можно было собираться и выезжать, тем более, что старая мебель уже была вывезена, а доставку новой назначили на вторую половину дня.

Она переложила вещи из чемодана на подоконник и спустилась в прихожую. Да что происходило? Откуда вдруг появилось странное чувство, когда что-то держит на месте, не дает уйти? Что нужно было сделать? А что она вообще могла сделать?

Люба вернулась в гостиную и достала телефон, прислушиваясь к себе. Да, это был верный шаг. Но что дальше? Кому-то позвонить? Женщина растерянно смотрела по сторонам, когда ее взгляд зацепился за белый шар камеры наблюдения. Мирон поставил ее после того, как в их поселок нагрянули домушники. Тогда муж заказал установку камер и охранной сигнализации по периметру дома и в прихожую.

Не понимая, зачем, Люба открыла приложение на смартфоне и подключилась к онлайн трансляции из дома. Того самого дома, куда собиралась вернуться за вещами. Переключившись с одного ракурса на другой, остановилась на виде гостиной.

За столом сидела ее дочь и незнакомая женщина. Они пили чай с тортом. Люба сделала стоп-кадр и увеличила картинку. Боль, злость, обида моментально вернулись, в кровь влетела бешеная доза адреналина. Пальцы женщины нервно подрагивали, когда она перемещала изображение по экрану, рассматривая ухоженную брюнетку с идеальной укладкой и ярким красным маникюром. Она о чем-то мило беседовала с Таней, с ее дочерью! По артикуляции губ девочки она несколько раз считала простое короткое слово «мама».

Хорошие камеры установил Мирон, браво!

– Твою мать! – рыкнула Люба. – Кто позволил этой Марте войти в наш дом?! Я же сказала, что приеду за вещами, а она… они…

Память о предательстве вернула боль, осознание того, что не ей решать, кто будет входить в дом, полоснуло по душе острыми лезвиями.

Женщину трясло от обиды. Весь положительный настрой, все, чего она достигла за несколько часов нового дня без семьи, пошло прахом. Она снова чувствовала себя выброшенным котенком, ненужным и крайне обременительным.

– Сука!

Люба заскринила кадр, на котором любовница и дочка вели светскую беседу и отправила бывшему мужу с комментарием:

«Я просила дать мне время, чтобы вывезти вещи! Неужели было трудно дождаться, когда я уеду, и только после этого приглашать в дом любовницу? Кстати, почему Таня не на занятиях? У нее сегодня с утра должен быть репетитор по математике»

Одна галочка.

Две.

Обе синие.

Прочитано.

– Ну нет! – она сбросила звонок от абонента «любимый». И еще один. И третий тоже. – Обойдешься! Без меня разбирайся со своей шлюхой по имени «никто»!

Сквозь слезы Люба смотрела на экран. Получив от жены от ворот поворот, Мирон позвонил дочери. Женщина видела, как засветился экран ее смартфона. Таня приложила палец к губам, обозначая «тсс!» и приняла вызов.

Секунды бежали одна за другой, но казались бесконечными. Движения предательницы стали нервными, она пару раз дернулась, затем перевела взгляд на камеру.

– Не могу больше… Хватит…

Люба закрыла приложение видеонаблюдения, и хотела расплакаться, но вместо этого метнулась в кладовку, вытащила стремянку и приставила ее к стене.

– Большой брат больше не сможет следить за мной, – довольно улыбнулась, выкручивая из крепления на потолке похожий белый шар. – Надо заказать новую систему и настроить вход только с моего телефона.

Сил не осталось, настроение упало ниже плинтуса, а тот факт, что она видела любовницу мужа, вызывал дикую агрессию.

Женщина по имени «никто» существовала, и ее дочь с ней хорошо знакома. Это не блеф и не миф, а факт. Так хорошо знакома, что пригласила в гости на чай.

Папина любимица, принцесса нанесла собственной матери удар в спину. И кто в этом виноват?