Глава 6

Олеся

Я стояла у окна, кутаясь в мягкий кардиган и глядя, как медленно зажигаются огни в окнах соседнего дома. В комнате тихо, Алёша давно спит, а я не могу найти себе места. После встречи с Яном всё будто перевернулось внутри меня, смешалось и перестало поддаваться логике.

Алёша спрашивал про него уже несколько раз.

– Мам, а папа завтра снова придёт? – шептал он перед сном, прижимаясь ко мне щекой.

От этих слов сердце каждый раз сжималось болью. Он так легко принял его, так быстро впустил в свой маленький мир. А я не знала, как объяснить сыну, что этот мир – хрупкий, ненадёжный, и что папа может уйти так же внезапно, как появился.

Я вспомнила лицо Яна, когда он впервые держал Алёшу на руках. Непривычно бережно, будто боялся, что одно неосторожное движение – и ребёнок исчезнет. В его взгляде было столько неподдельного тепла и какой-то щемящей тоски, что у меня снова защемило в груди. Я не хотела ему верить, не могла себе позволить. Но сердце думало иначе.

Раздался звонок в дверь, заставивший меня вздрогнуть. Взгляд упал на часы – почти одиннадцать вечера. Кто это мог быть? На цыпочках, стараясь не разбудить Алёшу, я подошла к двери и взглянула в глазок.

Ян.

Я открыла дверь, стараясь сохранить спокойствие, но предательский голос выдал моё волнение:

– Что ты здесь делаешь?

– Мне нужно поговорить, Олесь. Пожалуйста, – его голос был тихим и почти умоляющим.

Я помедлила секунду, потом отступила, пропуская его внутрь. Ян прошёл в кухню, устало опустился на стул и потёр виски.

– Я больше не могу так, – сказал он, не глядя на меня.

– Как «так»? – я застыла напротив, обнимая себя за плечи.

– Лгать себе, тебе, Марине. Я не могу на ней жениться. Не после того, как узнал про Алёшу. Не после того, как снова увидел тебя, – он поднял глаза, и в них отражалась вся боль и растерянность, которые он так тщательно скрывал раньше.

– Ты сам всё выбрал тогда, – выдохнула я, пытаясь удержать дрожь в голосе.

– Да, я выбрал. Выбрал не тебя. Испугался, что ты тянешь меня назад. Что не смогу добиться успеха, пока рядом ты, – он горько усмехнулся, – а добившись, понял, что всё, что у меня есть, не стоит ничего без вас. Без тебя и сына.

Я смотрела на него, и внутри всё переворачивалось от этих слов, которые звучали так поздно. Слишком поздно.

– Ян, у тебя скоро свадьба, – напомнила я, стараясь звучать холодно и уверенно.

– Не будет никакой свадьбы. Я не хочу делать вид, что счастлив. Не хочу лгать Марине. Я уже слишком долго лгал самому себе, Олесь. Я хочу быть рядом с сыном. И хочу… хочу быть рядом с тобой.

Я молчала, не зная, как реагировать. Он поднялся, подошёл ближе, и я почувствовала знакомый, давно забытый аромат его одеколона. В груди болезненно защемило от воспоминаний, от того, каким близким он был когда-то.

– Я не жду, что ты сразу простишь меня. Но дай мне шанс всё исправить. Дай мне снова стать частью вашей жизни.

Я отвела взгляд, боясь, что он увидит мои слёзы.

– Я не могу так быстро решить, Ян.

– Я и не прошу быстро. Просто позволь мне быть рядом. Позволь мне доказывать тебе каждый день, что я изменился.

Я молчала, глядя на ночной город за окном. Там где-то светились окна других квартир, других судеб. Я понимала, что моё решение изменит не только мою жизнь, но и жизнь Алёши.

– Хорошо, – прошептала я, – попробуй доказать.

Он взял мою руку осторожно, словно боялся, что я вырвусь. Но я не вырвалась. Просто стояла, чувствуя, как моё сердце бьётся быстрее, словно снова надеется на что-то настоящее.

Может, это была ошибка. Но я больше не могла сопротивляться тому, чего так долго боялась – своим чувствам.

После того, как за Яном захлопнулась дверь, я долго стояла посреди гостиной, не в силах двинуться с места. Сердце колотилось так, словно я только что пробежала марафон, дыхание никак не хотело восстанавливаться, а руки мелко дрожали. Что я наделала? Как могла дать ему этот шанс? Ведь я обещала себе, клялась – больше никогда не подпущу его к себе, к Алёше.

Но слова уже были сказаны, и теперь пути назад не было. Я сама впустила его обратно в нашу жизнь. И больше всего меня пугало то, что часть меня хотела этого. До сих пор хотела, несмотря на всю боль, унижение и одиночество, через которые пришлось пройти из-за него. Я снова чувствовала себя той самой деревенской клушей, которой он называл меня, словно в прошлой жизни. Глупой, слабой, влюблённой по уши и готовой простить всё, лишь бы он был рядом.

– Ты идиотка, Олеся, – прошептала я себе, стараясь подавить слёзы.

В голове звучали его последние слова, взгляд Яна, полный надежды и странной нежности. Нежности, которую я мечтала увидеть в нём все эти годы. И вот он пришёл, посмотрел, сказал – и моя защита рухнула.

Телефон зажужжал в кармане. Я вздрогнула, надеясь и боясь, что это Ян, но нет – Игорь. Сердце болезненно сжалось от чувства вины. Я подняла трубку, заставляя голос звучать ровно:

– Да, Игорь?

– Просто хотел узнать, как ты. Голос какой-то странный у тебя, всё нормально?

– Устала немного, – соврала я, чувствуя, как горло сдавливает от собственных слов. – Но всё хорошо.

– Точно? Может, подъехать?

– Нет, правда. Всё нормально, правда. Спасибо тебе.

– Ты же знаешь, я рядом, если что, – мягко сказал он, и от этого тепла мне стало ещё хуже.

После разговора я села на диван, прижала ладони к лицу и закрыла глаза. Игорь был моим спокойствием, моей безопасностью, моим выбором, который я сделала разумом. Я убеждала себя, что именно такие отношения мне нужны – стабильные, ровные, понятные. Но сейчас, после того, как Ян снова ворвался в мою жизнь, стало очевидно – я просто обманывала себя. Пыталась заполнить пустоту, закрыть дыру в сердце, которую оставил Ян, но это было бесполезно. Я не любила Игоря. Никогда не любила. Просто боялась одиночества и хваталась за возможность хоть как-то заглушить боль.

Я чувствовала себя ужасно виноватой перед Игорем. Он заслуживал искренних чувств, тепла, любви, которых я не могла ему дать. Я пыталась, честно пыталась убедить себя в обратном, но теперь уже не могла скрывать правду даже от самой себя.

Алёша тихо зашёл в комнату, сонно потирая глаза.

– Мама, папа ведь придёт? – спросил он так просто, будто всегда знал его.

– Придёт, малыш, – прошептала я, прижимая его к себе. – Он обещал.

Алёша улыбнулся, закрыв глаза, а я, прижавшись к его макушке, молилась, чтобы этот шанс не разбил моё сердце ещё раз.

Марина встретила меня в гостиной своей квартиры. Она выглядела идеально, как всегда: аккуратное платье, безупречная причёска, ровный, спокойный взгляд. Всё в ней говорило о контроле, о полной уверенности в себе и своей жизни. Но сейчас, впервые за долгое время, я видел в её глазах лёгкую тревогу. Она уже знала, чувствовала, зачем я здесь.

– Ты хотел поговорить, – мягко сказала она, садясь в кресло. Голос ровный, спокойный, но я заметил, как едва дрогнули пальцы, когда она поправляла юбку.

– Да, – я стоял перед ней, пытаясь подобрать слова. Всё то, что я готовил по дороге, вдруг показалось пустым и слишком жестоким.

– Говори, Ян. Лучше сразу, – её взгляд стал твёрже, решительнее.

Я вздохнул, чувствуя тяжесть момента. Сделал шаг ближе.

– Марин, свадьбы не будет, – сказал я прямо, глядя ей в глаза. – Прости, что говорю это только сейчас.

Она медленно выдохнула, как будто только что получила удар, к которому была готова, но всё равно оказалось больно.

– Можно узнать причину? – она старалась держаться, но я видел, как в её взгляде мелькнула боль.

– Ты знаешь причину, – ответил я тихо, садясь напротив неё. – Я не люблю тебя. Я думал, что так будет лучше, что так правильно, рационально. Но это не так. Жить без любви – это ошибка. Мы оба заслуживаем большего, чем просто удобство и комфорт.

Она молчала, слегка сжимая губы. Потом тихо засмеялась, горько и коротко.

– Любовь? Ты заговорил о любви сейчас, за две недели до свадьбы? – Марина подняла взгляд, в её глазах появился вызов. – И кто она?

Я замер, чувствуя себя виноватым.

– Олеся. Та женщина, которая организует нашу свадьбу, – признался я, чувствуя себя отвратительно.

Она отвернулась, глядя в окно, будто пытаясь скрыть своё лицо.

– Значит, это была она… я сразу почувствовала, как ты изменился после той встречи. Но знаешь, Ян, я тебе даже не удивляюсь. Удивляюсь себе, почему поверила, что у нас получится.

– Марин, дело не в тебе, правда. Ты идеальная женщина, но…

– Идеальная женщина, которую ты не любишь, – перебила она холодно, поворачиваясь ко мне. – Ты знаешь, что хуже всего? Я знала. Знала, что это не любовь. И всё равно надеялась, что удобство перерастёт во что-то большее. Но я ошиблась.

– Прости, – прошептал я, чувствуя, как слова звучат невыносимо пусто.

– Уходи, Ян, – сказала она тихо. – Просто уходи. Я не хочу устраивать сцен. Давай сохраним достоинство.

Я встал, чувствуя, что должен был сказать больше, но понимал, что лишние слова только причинят больше боли.

– Я правда желаю тебе счастья, – сказал я напоследок, чувствуя себя ничтожно.

Она не ответила. Я вышел, тихо закрыв дверь за собой. Только оказавшись на улице, вдохнув прохладный воздух, я ощутил облегчение, смешанное с горечью. Я сделал то, что должен был. Теперь оставалось только надеяться, что это было не зря.

Я проверяла отчёты, когда дверь в мой кабинет открылась. Внутрь вошёл Игорь. Обычно он стучался, но сегодня просто шагнул через порог. Это было так не похоже на него, что я моментально оторвалась от документов и вопросительно взглянула на него.

– Добрый день, Олесь, – сухо сказал он, закрывая за собой дверь и не глядя мне в глаза.

– Привет, Игорь, – я осторожно отложила бумаги, чувствуя, как где-то внутри меня сжалось сердце. Я уже понимала, что-то случилось. – Что-то не так?

Он подошёл к столу, остановился напротив, но не сел, хотя обычно всегда занимал кресло напротив и начинал разговор легко, даже с улыбкой. Сейчас же он был непривычно серьёзен, будто надел на себя маску равнодушия.

– Мне поручили сообщить тебе, – начал он официальным тоном, который я в нём никогда прежде не слышала, – свадьба Яна и Марины отменена.

Я замерла, чувствуя, как что-то ёкнуло в груди. Не знаю, то ли облегчение, то ли тревога. Я опустила взгляд на руки, сложенные на столе, стараясь сохранить равнодушие и профессионализм.

– Понятно, – ровно сказала я. – Это окончательное решение?

– Да, совершенно окончательное. Мне поручили также передать, что неустойка будет оплачена в полном размере. – Его голос был лишён каких-либо эмоций, как будто он сообщал мне погоду за окном.

– Хорошо, спасибо, – я пыталась говорить спокойно, но напряжение в воздухе стало почти физически ощутимым.

Мы молчали несколько секунд, будто пытаясь понять, как вести себя дальше. Между нами уже не было той лёгкости и понимания, которые были ещё недавно. Я смотрела на него и не могла найти прежнего тепла в его глазах. Только холод и отчуждение.

– Ты в порядке? – вдруг спросил он, будто вспомнив, что когда-то мы были ближе, чем просто деловые партнёры.

– Да, всё нормально, – ответила я механически, зная, что не могу сказать ему правду. Что не могу признаться, как запуталась и как не понимаю сама себя. – Ты?

Он слегка улыбнулся, но это была не его настоящая улыбка – так, формальность.

– Со мной всё отлично. Работы много. Скоро новый проект, не буду занимать твоё время. Просто хотел сообщить лично, чтобы не узнала от посторонних.

– Спасибо за это, – я попыталась улыбнуться в ответ, но улыбка получилась кривой и неестественной.

Он кивнул и сделал шаг назад, готовясь уйти, но остановился у двери.

– Олесь, – начал он и тут же осёкся. Несколько секунд молчал, глядя куда-то в сторону, словно собирался с мыслями. – Я не знаю, что у вас с Яном, и не хочу лезть в это. Но, пожалуйста, будь осторожна. Он… он может ранить, даже не осознавая этого.

Я вздрогнула, чувствуя, как по спине прошёл холодок.

– Спасибо за совет, Игорь. Но я справлюсь.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, будто пытаясь прочитать мои мысли, потом лишь кивнул и вышел, тихо закрыв дверь.

Я сидела, глядя на эту самую дверь, пытаясь понять, что только что произошло. Отменённая свадьба. Ян и Марина расстались. Неустойка. А ещё это странное отчуждение между мной и Игорем, которое образовалось так неожиданно и резко, будто кто-то перерезал тонкую ниточку, связывавшую нас.

Я снова опустила взгляд на документы, но теперь не могла сосредоточиться. В голове крутились его слова. “Будь осторожна”.

Я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Где-то глубоко внутри шевельнулась тревога, смешанная с ожиданием. Ян снова вошёл в мою жизнь, перевернул всё с ног на голову. А теперь ещё и это.

Я вздохнула, пытаясь успокоиться, но вместо этого в груди только усиливалось волнение. Что теперь будет дальше? Как вести себя с Яном после этого? Игорь был прав – Ян мог ранить, даже не осознавая. Но неужели я снова была готова рисковать?

Телефон зазвонил, резко вырывая меня из размышлений. Я вздрогнула, подняла трубку и услышала голос своей секретарши:

– Олеся Сергеевна, вам звонит Ян. Соединять?

Я застыла, чувствуя, как по коже побежали мурашки.

– Да, соединяйте.

Я закрыла глаза, набирая воздух в грудь. Отныне всё будет иначе. Но какой будет моя жизнь – счастливой или снова наполненной болью, я не могла знать. Я просто была готова снова шагнуть навстречу ветру и проверить, куда он меня приведёт.