ГЛАВА 25. ЭПИЛОГ. КОСТЯ

На город опускаются густые сумерки. Я бесцельно брожу по гостиной и мучаю марочный виски в стакане. Не лезет. При одной мысли отпить, во рту кисло.

Ставлю дорогое пойло на журнальный столик и уже собираюсь окунуться в бассейн, пропарить мозги в сауне, как за воротами раздается знакомый голос. Диана? Не может быть…

Встряхиваю мутной головой. Сон. Она нереальна. Но потом до моих ушей долетает болтовня Вэла и Дэна. Задним ходом спускаюсь со ступеньки. Успел занести только одну ногу. Желание прозябать в окружении дерева и пара отпадает само собой.

– Константин Евгеньевич! – в дверь заходит Дэн. Меня его появление не радует. Хмурю брови, отчего больно пощипываю переносицу.

– Где Диана? – задают резонный вопрос.

– Диана Викторовна, она… выскочила на светофоре и убежала…

Каждое его слово сопровождается нервным вдохом. Я багровею за секунду. Опять? Так сложно выполнять свои служебные обязанности качественно?

Я не прошу о многом. Лишь о сопровождении, наблюдении, внимательности.

– И куда она, по–твоему, отправилась?

– Не знаю. Мы с Вэлом были у нее в квартире, заехали к Вере Степановне. Нигде нет.

– В офисе были? – говорю с ним, попутно набираю пункт охраны офиса.

– Вэл помчался туда.

– Моли бога, чтобы с ней ничего не случилось.

На мой звонок отвечает сонный представитель охранного предприятия. Я добиваюсь от него быстрого, но внятного ответа. Диана не приезжала. Засовываю телефон обратно в карман спортивных серых штанов. Набатом пульсирует мысль: в этом ты виноват.

– Оставайся здесь. И позвони своему другу, скажи, чтоб не тратил время на офис.

– А вы куда?

– Прокачусь по городу, проверю наши с ней места.

Здоровяк непонимающе мнется. Плевать. Иду в коридор, натягиваю толстовку и тороплюсь к машине. Сам поведу Бентли. Я не Шумахер, но с грудой английского металла справлюсь.

Битый час езжу по городу и его окрестностям. Я заглянул во все наши потаенные закутки. Даже на старый полуразвалившийся маяк. Потом, черт меня дернул позвонить матери. Она в панике готова поднять на уши полицию и разбередить все морги.

Минуту успокаиваю ее. Прохладный вечерний ветер сдирает с лица налипший жар. Я мокрый, будто пробежал стометровку. Но я не спринтер. Я всего лишь тупоголовый мужик. Стою у причала и гадаю, где сейчас находится моя девочка.

Вспышка в мозгу проносится стремительно и тут же гаснет. Я вспоминаю крошечный отель на выезде из города. Тихий уголок для влюбленных парочек. И для тех, кто хочет прикрыть свои грязные похождения.

Диана не раз говорила, что хотела бы испытать чувства из романтических фильмов. Те самые, когда после ночи секса, в крошечное окно номера пролезают солнечные лучи, лаская обнаженные тела двух актеров.

Ловлю прощальный бриз и спешу к машине.

На скорости, примерно полчаса спустя, торможу на круговой дорожке возле длинного рядка гостиничных номеров. Вывеска при въезде гласит: свободных мест нет.

Бесшумно закрываю за собой дверь Бентли и сую ключи в карман. Цифры на стенах, рядом с окошками ничего не говорят. Просто цифры. Но все–таки меня тянет к «11». День нашей свадьбы.

11 ноября.

Жуткая непогода, мелкий моросящий дождь.

Но мы счастливые и светящиеся изнутри.

Стучу по хлипкой конструкции. Тишина.

– Диан, я знаю, что ты там.

Тишина не распадается на атомы. Она прибивает к земле.

– Любимая, – прикладываю ладони к полотну, прижимаюсь горячим лбом. – Можешь мне не верить, но я чувствую, что ты за этой чертовой дверью. Твое сладкое дыхание, твое сердцебиение…я слышу всё.

Дверь открывается с мерзким скрипом петель. Моя девочка смотрит на меня в упор. Глаза красные от слез. Щеки пунцовые. Пухлые губки чуть приоткрыты.

– Ты всегда знаешь, где меня искать. Отыщешь даже на краю планеты.

Наступает молчание. Не неловкое и смущенное, а дерзкое и звенящее в пустоте низкими аккордами. Шагаю, обнимаю Диану и, оторвав от пола жадно целую в соблазнительные розовые губы. Не бьет меня, не кричит, не грозит засудить. Она откликается на поцелуй, позволяет моему языку зайти дальше.

Захлопываю дверь, ударив по ней пяткой, и вжимаю свою девочку в стену поблизости. Какая–то дешевая картинка падает с гвоздя и разбивается на множество кусков.

Я не даю Ди вздохнуть. Сплетаюсь с ней языком, борясь с молнией на ее легком летнем платье. Хреновы зубчики зажевывают тонкую ткань. Силой дергаю и высвобождаю прекрасное тело из плена. Лифчик сдается сразу и падает под ноги. Ди трется об меня пышной грудью, мычит тихонько. А мне жарко, мне одури душно.

Отступаю от нее, изводя похотливым взглядом, стягиваю через голову толстовку вместе с футболкой и льну к ней. Наши горячая кожа плавится от соприкосновения. Горит ядерным пламенем. Еще немного и у меня в штанах взорвется граната.

Ди увлекает меня в поцелуй, прикусывает мою нижнюю губу, посасывает следом верхнюю. Мне не выжить в этой схватке. Мы так долго были порознь, что вместе сотворим апокалипсис.

Я не контролирую себя и до боли стискиваю ладонями ее округлые ягодицы. Нехотя отпрянув от ее рта, присаживаюсь на корточки и большими пальцами стаскиваю черные трусики. Ди задерживает дыхание, когда я носом черчу узоры вокруг ее пупка и ниже.

– Кость…– шепчет бессвязно, погружает пальчики в мои мокрые от пота волосы. Растирает, сжимает, рвет их.

Мой язык будто бы снова исследует ее глубины, зажигает в моей памяти моменты нашей искрометной близости. И мне это нравится. Она моя. И к черту Коржа!!! К черту развод!!!

Если бы между нами была пропасть, то сейчас бы Ди не стонала от моих ласк, не просила больше, чаще и сильнее.

– Кость я уже…

Довожу ее до пика, слизываю каждый миг. Играю по тем правилам, по которым хочу. Она моя жена. И останется ею навсегда.

Хмельной взор Ди встречает меня, когда поднимаюсь во весь рост. Целую припухшие ванильные губы, разворачиваю спиной к себе и ладонью заставляю прогнуться. Вид обалденный. Дурманит ни на шутку. Приспускаю штаны и соединяюсь с ней. Полностью, без остатка. Даже не верится. Коленки подкашиваются, но успеваю опереться обеими руками о стену.

– Я люблю тебя, Кость.

Что я и хотел услышать. Толкаюсь. Ди вскрикивает. Снова толкаюсь и снова крик. Мы единое целое, не разрывная цепь из стонов, всхлипов, шепота и биения сердец. Все в унисон, все в такт.

– И я тебя люблю, девочка моя.

Бормочу ей в ухо, накрывая одной рукой обе ее груди. Ни мне, ни я уверен ей, никогда не было так хорошо. В темной комнатке, на краю города, а для нас вселенной, мы снова вместе.

Замедлившись, наслаждаюсь малейшим движением и реакцией ее тела. Хочу большего. Гораздо большего. Обхватив ее за талию, скольжу к постели. Падаем на матрас, и я переворачиваю Диану на лопатки. Глаза в глаза. Долго.

– Мой. – Произносит не моргая.

Не знаю, отчего конкретно, но в уголках моих глаз становится влажно. Укладываюсь между ее стройных ножек, и весь мир перестает существовать.

В половине третьего ночи, мы с Ди устало валимся на спины и тяжело дышим. Второй заход ничуть не хуже первого. Я привлекаю жену к себе и, обняв, показываю пальцем на окно. Одностворчатое произведение строительного искусства впускает фонарный свет. Масляно–желтый. Скоро он сольется с рассветными лучами и погаснет.

– Знаешь, я не хочу разбираться было ли у тебя что–то с Ксенией или нет. Хочу начать все заново. С чистого листа. Пускай эта ночь будет нашей первой ночью. Как тогда, после знакомства.

– Я не против.

– Только, – Ди поднимается на локоть и смотрит на меня бархатистым, чуть осоловелым взглядом. – Будь честным со мной всегда. Во всем.

– Любимая, – с теплой улыбкой убираю светлую прядку ее запутанных волос за ушко. – Я всегда честен перед тобой. И возможно, ты сейчас не хочешь это услышать от меня, но, я скажу. Те фото в папке чистая подделка. Я обратился к специалистам, и они подтвердили. А секс с Ксюхой в Ломбардии по пьяни, тут я готов тебе кое–что показать.

Ненадолго оставляю Ди одну в постели. Зато чувствую ее взор на себе. Смотрит с неприкрытым желанием на мой голый зад. Резко разворачиваюсь, и Ди по–детски хихикает, пряча лицо в подушку на секунду.

– Посмотри видео, пожалуйста. Я хотел тебе его показать на последней встрече с адвокатом, но ты была такой…

– Холодной? – берет телефон. Я ложусь обратно на кровать ничего не выдав на ее вопрос.

– Посмотри.

Включает запись.

«Привет, Диан. Короче…не трахались мы с Костей. Я наговорила специально. Из–за Северцева. В общем, Костя чист и невинен. А в той подсобке на вечере, я пыталась его соблазнить, но не вышло. Кремень он. Пока»

– Что? Как тебе удалось?

– Ей пришлось улепетывать в спешке. Майор нашел ее на Кипре, кажется. Я предложил ей кругленькую сумму денег за чистосердечное признание. Естественно, она не отказалась.

– Тогда почему ты сомневался? Почему не пытался меня переубедить, что был пьян и секс всего лишь больная выдумка.

– Потому что не был уверен, что не спал. Я тогда нажрался в хлам. Лоренцо тот еще напарник по выпивке. – Усмехаюсь с болью в голосе.

– Понятно.

Ди грустнеет по щелчку. Аккуратный носик полосят морщинки.

– Любимая, – забираю у нее телефон, сую под подушку. Ее саму притесняю к себе. – Все в прошлом. Теперь все будет по–другому. Обещаю.

– Но ты хотел оставить мне все, отказаться от бизнеса…

– Конечно. Зачем мне оно без тебя?

– Кость…

Ловлю пальцами ее подбородок и гляжу в затянутые слезами глаза.

– Я люблю тебя, и только рядом с тобой что–то имеет смысл. Только от тебя я хочу детей, только ты делаешь мою жизнь жизнью. Ты моя семья.

– А ты моя. Я сегодня гуляла по набережной, села на скамейку, а неподалеку разместилась пожилая пара, они сорок три года вместе и…

Целую ее. С неистовой пылкостью.

– Мы проживем дольше. А сейчас, вернемся к приятному занятию. – Шепчу в миллиметре от ее манящих губ.

– Кость!

Ди ударяет меня по плечу и охает от моей руки, забравшейся в укромное местечко.

– Ты сумасшедший!

Наутро. Как и мечтала Ди, наши неподвижные тела обводят тусклые оранжевые лучи. Мы спим в обнимку, и каждому из нас снится свой особенный сон.

В моем сне у нас двое детей и золотистый ретривер по кличке Верный.

Так пусть он сбудется. Пусть все наши совместные мечты станут реальностью…