Глава 21

Демид Возвращаюсь в ресторан, чтобы договориться с администратором. Шума сегодня было много, надо все устаканить. Да так, чтобы имя агентства Марины нигде не проскользнуло. Взглянув на наручные часы, звоню Артёму. Тот должен был дождаться меня. Есть не менее важный разговор. Добираюсь поздно. Выбраться из потока машин удается с трудом. В итоге получается поговорить не только с Артёмом, но и его отцом, который ежеминутно недовольно рычит на сына, бросая ненавидящие взгляды. – И как мы ее вычислим? Надо найти, и срочно! Ты ей кроме денег и тех ювелирных изделий что-то ещё дарил? Сын, если ты будешь мне врать, я про тебя нахрен забуду, понял? Говори честно! – взрывается Винокуров-старший. – Отец, я не ребенок. Хватит уже. – Послушайте, мне кажется, надо наплевать на бабло и все, что она смогла забрать. Потерянное уже не вернуть. Имя ненастоящее, документы, как оказалось, тоже. Мы напрасно время теряем на ее поиски. У них там своя секта. И достаточно опыта, чтобы замести следы. Если уж на камеры видеонаблюдения ТЦ на противоположной стороне дороги не попали, значит, заранее все продумали. Толковые вещи говорит глава моей охраны, бывший мент. – Главное, не облажаться вновь. Ваш сын ошибся, но, думаю, так давить на него незачем. В ваши семейные дела нам вмешиваться не хочется, но и слушать истерики нет времени. Винокуров открывает рот, но Артем перебивает отца: – Если продолжишь в том же духе, я просто свалю на хрен. Тогда разгребать все проблемы компании будешь сам. Я же найду, куда устроиться. Не такой я тупой бездельник, каким ты меня выставляешь. Хватит, отец. Действительно. Детский сад. Артема я понимаю, сам облажался. Помню, как ту девицу на работу взял. Где-то за пару недель до происшествия в офисе. Она у меня переводчиком была, иногда на встречах присутствовала, и мне понравился ее подход. Не подвела, а это было главной целью. А после совещания что-то пошло не так. Помню, что усталый завалился в кресло, просто вырубался. Думал, что нужно хотя бы такси вызвать, потому что сам сесть за руль не мог. Дальше – какая-то черная полоса. Ни хрена, блядь, не помню. Очухался, когда та девица передо мной на коленях стояла и, как выразилась жена, «полировала» мой член. Что еще хуже – на всех камерах видеонаблюдения тот момент стерт. Так и не смог узнать, как все случилось. Как началось и каким боком я был в трансе. Сейчас, глядя на Артёма, понимаю, что тоже мог запросто проебать все, что у меня было. Это, конечно, не главное… Самое главное – семью – я уже продолбал. Но все же… Мог вообще с голой задницей остаться. На тот момент я будто под кайфом был, нес всякую чушь. Лишь на следующий день отходить начал и разумно мыслить. Но уже было поздно. – Еще одна важная деталь… Мою жену трогать не надо. Именно она ту дрянь на чистую воду вывела. Иначе некоторые дебилы до последнего верили бы той суке. Я имею в виду, конечно, Артема и своего сына. Переубедить их было нереально, хотя пытался я неоднократно. После всего дерьма сослался на командировку и скрылся со всех радаров, пытаясь понять, откуда взялась долбаная Алечка и что она за штучка такая. Да, раскрыть ее интрижки удалось не сразу, но отправленное Мариной видео мне очень помогло. Стыдно, бл*дь, признавать, что я вляпался в такое дерьмо. Да, впервые в жизни так облажался. По-крупному, не по-детски. – Да какие претензии к твоей жене? Она самая умная из нас, – тут же вклинивается Винокуров-старший. – Я с ней разговаривал. Никаких претензий нет. Даже с администратором хотел расплатиться, но ты не позволил, – расстроенно отвечает Артем. – Жаль, я бы тоже ее поддержал. А тогда я ей не поверил. Она же намекала. А я как лох… – Ты и есть лох. Мой безопасник закатывает глаза. Я тоже начинаю раздражаться. Как дети тыкают друг друга, чтобы уколоть побольнее. Надо как-то перешагнуть через ситуацию. Прошлое не изменить. А смысла *бать друг другу мозги нет. – Если будут какие-то новости, сразу сообщайте. – Я встаю. – Мне пора. Дела ждут. Главное, держаться вместе и обмениваться информацией, если что-то станет известно. Не успокоюсь, пока та секта не окажется за решеткой. Понимаю, нам будет сложно, они уже и угрожать начали, но другого выхода нет. Если все оставить как есть… мы пострадаем еще больше. И не только мы. – Конечно. – Артем пожимает мою ладонь. – Я всегда на связи. Еще раз спасибо. Мы с безопасником выходим из ресторана, где провели около трех часов. Да, пришлось расплатиться с администратором плюс накинуть несколько десятков тысяч, чтобы рот на замке держал. Марине ничего не грозит, это гарантированно, но мало ли, что могут распространить… Поэтому пришлось со всем согласиться. Благо пострадавших не было, иначе не выкрутились бы. – Что насчёт Демьяна? – спрашиваю уже в машине. – Ничего. Не нравится ему подвал, куда мы его определили. Жалуется. – Окажется в полной жопе, если продолжит так себя вести. – Он твой сын, не забывай. – Несколько недель пытаюсь об этом помнить. Герман, это не так легко. Поверь мне на слово. Ты знаешь, какой я терпеливый человек. – Выезжаю с парковки. – Но Демьян ведёт себя как истеричный ребёнок. Мы его таким не воспитывали. Не пойму, что с ним не так. Завтра в больницу поедем, анализы сдадим. Что-то тут нечисто… Кровь надо проверить. – В этом я не сомневаюсь, но все же, брат… Подумай хорошенько. Ты слишком жёстко его наказываешь. Я же совсем так не считаю. Пусть я буду жестоким отцом, но по крайней мере мои усилия не будут напрасны. Мне хватило тех слов, что он сказал Марине, когда она выкинула из квартиры ту девицу… Впервые слышал от Демьяна подобное. Впервые хотел выгнать его на улицу с голой задницей, но что-то меня остановило… В чем он только свою мать не обвинял! Так ещё и меня убеждал в том, что она дрянь. Будто она не его родная мать, а сторонний человек. Будто Марина наш страшный враг, от которого срочно нужно избавиться. Пришло время за все расплатиться. Я уже расплачиваюсь. Проблемы в офисе, развод, семья вдребезги. Случилось все самое плохое. Лучше бы со мной что-нибудь произошло, чем вот это вот все… Не хотел бы я видеть, как рушится мой брак. Да, семьи больше нет. Как и чувств, что испытывала Марина. Сейчас она меня конкретно ненавидит. И видеть не хочет. Права, конечно. Как ни крути – я ей изменил. Долго придется добиваться ее прощения. И не уверен, что вообще простит. Сужу по ее характеру. Останавливаю машину возле объекта, который купил несколько месяцев назад. Пока тут идет ремонт, но скоро запустим в действие. – Где он? – спрашиваю у охранника. – Бесится до сих пор. Телефон отняли. – Отлично. Открываю тяжёлую металлическую дверь, захожу в небольшое помещение. Посередине стояли стол и два стула. Сейчас они валяются сломанные. Демьян разгромил все, до чего дотянулся. – Отец! – рычит сын, глядя на меня. – Как ты можешь меня тут держать? Я тебе не свинья. – Я бы поспорил. – Папа! Я хочу выбраться отсюда! Ты меня в доме запереть не мог? Тут лучше, да? Нравится меня унижать? – Не нравится, но выбора ты мне не оставил. И уж извини, но разрушать дом я тебе не позволю. Лучше тут головой об стену побейся. Обдумай все, что сделал. Демьян открывает рот и… закрывает обратно, понимая, что нытье не прокатит. – И? Ничего не спросишь? Что или интересует тебя больше всего? Или кто? – Я складываю руки на груди, впиваясь в перекошенное от злости лицо сына. – Что с ней? – Свалила. Бесследно, – отвечаю, догадавшись, о ком идёт речь. – Увели прямо со сцены. Сечешь, кто? Зло усмехаюсь. Демьян потирает лицо ладонью, отворачивается, что-то ворча себе под нос. – Это бред… Абсурд чистой воды. Алевтина… – Ее зовут не так, – перебиваю. – Не было никакой Алевтины. Жаль, что ты так и не очухался. И спросил об этой суке, а не о матери, которая тоже могла пострадать. В зале был полный разгром. Но раз твои мозги еще не встали на место, значит, торчать здесь тебе придется долго. А я буду заниматься твоим воспитанием. К тому же думаю, что после всего этого тебе надо пойти в армию. Отворачиваюсь и иду к выходу. – Пап… – Чего? – бросаю через плечо. – Как мама?