Глава 24

Не сразу поняла, что произошло. Но когда Саша притянул меня к себе и поцеловал, опешила. Не ожидала таких слов, что он сказал, но это было так трогательно, так правильно. А поцелуй вызвал бурю эмоций. Саша не давил, не брал силой, задержался лишь на несколько секунд, но их хватило, чтобы закружилась голова, и сердце затрепыхалось в груди. – Извини, извини, не удержался. Яркие голубые глаза так близко, аромат парфюма, сильные руки на плечах. Не знаю, что сказать, что думать. Мне изменяет муж, я ищу его любовницу, и меня целует его друг. Все слишком запутано и так не вовремя. Егоров второй мужчина, который меня целует, водитель Марат, которому я хотела отдаться, чтобы не выходить замуж, не считается. – Пойдем, – Саша берет за руку, ладонь горячая, жесткая, тянет на парковку. Сажусь в машину, пытаюсь понять то, что я чувствовала, это не так просто. Саша садится за руль. – Марианна, извини, правда… Черт, я теряюсь с тобой, как мальчишка, делаю глупости… Не дала ему договорить, переместилась, накрыла его губы своими, теперь опешил он. Но лишь на секунду, а потом углубил поцелуй, зарываясь пальцами в мои волосы. Выдыхаю со стоном, прикрываю глаза. Глупо сравнивать поцелуи двух мужчин, они разные, совершенно. Если Тимур все делает требовательно, берет свое, ему важно подмять, чувствовать контроль, то Саша отдает себя. Нежно, трепетно, но не менее страстно. – Черт… Пошел вон! Вон, я сказал! Эйфория схлынула моментально, Александр стал кричать, сигналить, отгонять кого-то от машины. А когда я посмотрела вперед, то увидела, как нас фотографируют – невысокий мужчина в кепке, с профессиональной камерой в руках. – Нас снимали? Саша, он фотографировал? – Да, побудь здесь, я догоню его. – Не надо, – останавливаю, держу за руку. – Пусть идет. Понимаю, что фото могут попасть к мужу, что возникнет скандал, и неизвестно, во что он выльется, но если еще вчера у меня были какие-то сомнения, то сегодня их нет. Я не хочу и не буду жить с Тимуром. Я была слепа и глупа в своей нездоровой к нему любви. – Все хорошо, Марианна? Ты побледнела. – Нормально, думаю, да, все нормально. Думаю, надо съездить к Алине, это моя двоюродная сестра, она тоже была на свадьбе, и она тоже брюнетка с длинными волосами, как девушка на видео, что была с Тимуром. Она не отвечает на звонки, но раньше жила в пригороде. – Да, хорошо. Назвала адрес, некоторое время ехали молча. Я не жалела о том, что произошло, и не считаю, что я кого-то предала, Тимур делал это постоянно, а потом спокойно смотрел в глаза и считал свое поведение нормой. Саша взял меня за руку, улыбнулся. – Алина старше меня на пять лет, она дочь брата отца, там какие-то сложные отношения всегда были между ними, какое-то время они даже не общались. Но я знаю, что дядя развелся с женой, ушел к другой женщине, Алина осталась с матерью в пригороде. Мы виделись нечасто, но когда она приезжала в наш дом, мы нормально общались, но я слышала разговоры, как ей надоело жить с матерью, как Алина искала работу и хотела переехать в город. – Считаешь, это она была на видео? – Получается, она, а может быть, я что-то упустила или кто-то врет. Соседка Алена была уже тогда влюблена в своего заграничного парня, Маргарита могла именно на свадьбе увлечься Русланом, но я не удивлюсь, если она делала минет моему мужу, для меня Марго темная лошадка. Об Алине ничего неизвестно, как и неизвестно, где сейчас Тимур и с кем. – Ты настоящий сыщик. Не думала открыть сыскное агентство, хочешь, я буду твоим компаньоном? Накупим жучков, скрытых камер, будем шпионить. – А этот, что фотографировал нас, его нанял Тимур, как думаешь? – Не знаю, – Саша покачал головой, выпустил мою руку, сжал руль, было заметно, как он злится, как напряжен и что ему все это не нравится. – Твой бизнес может пострадать? – Да плевать я хотел на бизнес и на Самирова как на партнера, если он оказался такой гнилой, да, здесь уже замешано личное, я не отрицаю. Но поверь, меньше всего я думаю о себе. И домой я тебя не повезу, поедешь ко мне, там безопасно. Произнесено все было тоном, не терпящим возражений, я и не пыталась, только нужно было забрать некоторые свои вещи, ноутбук, конспекты, документы. Как вообще я так вляпалась? Как получилось, что в двадцать лет, когда я должна быть влюблена, думать о детях, быть счастливой, вместо этого ищу доказательства измены мужа и боюсь его? – Это здесь, да, останови. – Я с тобой. – Но, Саша, я могу и сама. – Нет, не спорь, я тобой. Вышли, солнце палило, сощурилась, осматривая старую кирпичную трехэтажку. Кое-где отпала облицовка, на детской площадке кривая горка и сломанные качели. Подъезд без домофона, пахнет кошками и тушеной капустой, прикрыла нос рукой, начала подниматься на второй этаж, стараясь ничего не трогать. Я была здесь несколько раз, тогда все было не так печально и убого или мне так только казалось. Длинный коридор, потертый пол, у некоторых дверей коляски и велосипеды, слышна музыка, голоса. Квартира Алины была в самом конце коридора, металлическая поцарапанная дверь, звонка нет, постучала, обернулась, посмотрела на Сашу. Алины здесь точно нет, чувствую, не станет она жить в таком месте. Когда мы виделись перед свадьбой и обсуждали наряды подружек невесты, она не выглядела девушкой, живущей в таком месте. – Кто там? Кто? – Тетя Вера, это Марианна, я ищу Алину. – Кого? Дверь открылась, в проеме появилась невысокая женщина, волосы сальные, непричесанные, не первой свежести халат, отекшее лицо. Я помню тетю Веру красавицей, всегда ухоженной, с прической, а это словно другая женщина. – Здравствуйте, я Марианна, племянница вашего мужа, дочка Николая. – Мужа? Нет у меня мужа, гори он в аду, тварь. Бросил он меня и Алинку, бросил и забыл, как зовут, сюда нас переселил, в этот клоповник. – А где сама Алина? – Нет ее, давно нет, и не появляется, совсем забыла про мать, а я ей жизнь дала. Сучка. Женщина сплюнула под ноги, посмотрела на меня и Сашу, непонятно, была она уже пьяная или только проснулась после пьянки. – Дочь ваша где сейчас? Вы знаете, где она живет, адрес? – Не знаю. – А если так? Александр достал из кармана денежную купюру, показал женщине, та изменилась в лице, облизнула сухие губы. – Давно она здесь не живет. Раньше приезжала раз в месяц, привозила продуктов немного, говорила, что работу все найти не может хорошую, что снимает комнату в общежитии. А почти год назад стала приезжать реже, но когда появлялась, то вещи на ней были дорогие и украшения. Говорила, что скоро заживет лучше всех, что вытащит меня отсюда. – Она одна приезжала? Вы видели, кто с ней был? – Одна, но на машине. Большая такая машина, черная, номеров не видела, зрение у меня плохое. – Адрес вам называла, где живет? – Да, улица какая-то, название, как фамилия у поэтессы знаменитой. – Цветаева? – Да, где-то там, дом, говорит, новый, высокий. Саша вел допрос, как профессионал, концентрируя взгляд женщины на денежной купюре, и задавал вопросы. – Что-нибудь еще она говорила? Называла имена? – Не помню, что вы ко мне пристали, и так голова болит. Говорила, что мужика нашла богатого, да это и так было понятно, каким местом она работает, жизни легкой захотела. – Возьмите, спасибо за информацию. Женщина схватила купюру, сжала в кулаке и захлопнула дверь, скрывшись в квартире. Мы вышли на улицу, состояние было угнетенное, но подумать было над чем. – Что на улице Цветаевой? – Новый элитный жилищный комплекс, квартиры там дорогие, подземная парковка. Одна из моих фирм ставила там систему наблюдения, скоро все узнаем. Пока ехали обратно, позвонил Тимур, сердце сжалось и ухнуло вниз, я сдавила телефон, не зная, отвечать или нет. Не могу понять, как так вышло, что мой любимый, единственный и неверный муж так быстро стал чужим?