Глава 25

Тимур – Тебе не нравится? Тимурчик, ну чего ты такой молчаливый? Что случилось? Смотрю на то, как девушка красиво двигается, как виляет бедрами. На обнаженном теле лишь черные кожаные ремни, они под грудью, под ягодицами, на животе и бедрах. Один из ремней перехватывает шею в виде ошейника, даже есть кольцо, на которое можно пристегнуть поводок. Мне нравится, даже очень, раньше особо не замечал за собой склонности к жесткому сексу и доминированию. Но после свадьбы этого стало не хватать, не мог, вот просто не мог окунуть Марианну в эту грязь, делать ей больно, видеть на глазах слезы. Да, я не всегда был нежен, бывало, что накрывало, и я немного срывался, но этого жена словно и не замечала, меня устраивало. С Марианной я себе такого не позволял, она жена, мать моих будущих детей, она не шлюха, с ней нельзя так обращаться. Но она всегда должна быть готова принять меня, отдаться без сопротивления и отговорок – типа болит голова или месячные. Думал, что приучил и приручил девочку, но нет, моя Марианна оказалась полна сюрпризов. – Тимурчик, ну ты чего? Дергаю девушку на себя, она падает коленями на пол, вскрикивает, но тут же замолкает, перекрываю ей кислород, сдавливая шею пальцами. – Я просил тебя не называть меня так, я не Тимурчик. Что мне надо сделать и сколько раз, чтобы ты это поняла? – Отпу… отпусти… я все… все поняла… я больше… отпусти… – Хорошо, – отпускаю, наматываю длинные темные волосы на кулак, дергаю, знаю, ей это нравится. Да если даже и не нравится, то плевать я хотел на ее желания и чувства. – Танцуй дальше. Девушка поднимается, ловлю во взгляде страх, но она его умело скрывает, отворачивается, крутит жопой. Она у нее что надо, не раз и не два принимала мой член. Наклоняется, касается ладонями пола, между ягодиц блестит анальная пробка. Все Самировы по мужской линии не отличались верностью никогда. Мой прадед изменял прабабке, у него было две жены и еще пара любовниц. Мой дед имел двух жен, это было нормально, отец завел молодую любовницу. Мать, в отличие от жен моих предков, не стала этого терпеть и прощать, выгнала его из дома и забрала бизнес. Отец был слабаком, не умел держать в строгости и контролировать ее. Сам виноват, нечего было до такого доводить. Я выбрал себе жену сам, точнее, она была дарована мне судьбой. Нежная, чистая, покорная, без амбиций и претензий. Люблю ли я ее? Не знаю, если то, что, когда я вижу ее, хочу трахнуть, показать ей, кто ее хозяин, лишний раз напомнить, кому она принадлежит, и есть любовь, то да. Делаю глоток виски, не люблю алкоголь, но он расслабляет и дает больше свободы в действиях. Девушка танцует, стройная, высокая, гладкая во всех местах, а я вместо ее лица вижу Марианну. Это она сейчас максимально откровенная, показывает мне себя, просит взять. – Я уже вся мокрая, может быть, ты потрогаешь меня? – скромная просьба, девушка облизывает палец. – Сделай это сама. Никуда не тороплюсь, сказал всем, что улетел на пару дней по делам. Так последнее время бывало нечасто, но расслабиться необходимо. Тем более после того, что устроила Марианна. Выдумала, что кто-то ей прислал видео, как я на нашей свадьбе кого-то трахаю. – Встань на колени и подползи ко мне. Девушка выполняет, она сделает все, что прикажу, любую мою прихоть. Ползет, виляя попкой, как кошка, трется лицом. Я голый, колени широко расставлены, член эрегирован. Но вместо ласки хватаю ее за волосы, снова больно сжимая. – Это твои фокусы? Ты прислала моей жене видео? – Какое видео? Тимур… больно… Тимур… – Я задал вопрос! Ты прислала видео? Кто снимал? Кого ты просила? Я узнаю – сниму с тебя шкуру, у тебя ничего этого не будет. Ни квартиры в элитном доме, ни брендовых тряпок, ни лучших косметологов, ресторанов и поездок на курорты. Но это не все, ты пойдешь в бордель, самый поганый, с наркоманами, которые посадят тебя на самые дрянные и тяжелые наркотики, и ты будешь отсасывать у бомжей за дозу. Девушка побледнела, кровь отлила от лица, в глазах читался откровенный ужас, губы затряслись, а я стал возбуждаться сильнее. Нет, меня не страх ее торкнул, а та власть, что я имею над ней. Я, мать его, подобен всевышнему, который может вершить судьбы. – Нет… нет… Тимур, нет… это не я… Я бы никогда, ты сам говорил, что нельзя ее трогать. Я нет… я клянусь, Тимур… Клянусь… Отпускаю, непонятно, врет или нет, надо будет все-таки узнать, кто это сделал. Кто та скотина, что начала забивать между мной и моей нежной принцессой клин. В последнюю нашу близость она была холодна, сопротивлялась, но я не мог остановиться, брал ее и всегда буду брать. Пусть отдохнет без меня, а когда вернусь, полетим на песочек позагорать, пора уже не вынимать из нее член, чтобы оплодотворить. Отпускаю девушку, на телефон приходят сообщения, она ласкает, целует колени, поднимаясь к паху, накрывает рукой член, сжимает. Смотрю на сообщения и не могу первые секунды понять, от кого это и что. Фото, как двое целуются в салоне автомобиля, открываю дальше и не верю своим глазам. «Белый внедорожник с номерами семь восемь семь. Ваша жена была в нем у «Клиники женского здоровья» по адресу: Ворошилова пятнадцать». Отчет частного агента, попросил проследить, чем занимается моя жена, первый раз пришлось обратиться с этой просьбой, обычно он мониторил конкурентов, собирал грязное белье. Перед глазами красная пелена, накрывает ревность и ярость, отталкиваю девушку, смахиваю одним движением с подлокотника кресла бокал с виски. Он разбивается на мелкие осколки о панорамное окно, хочу запустить туда же телефон, но останавливаюсь. Тяжело дышу, смотрю в одну точку, девушка отползает в угол, плевать мне на нее. – Что случилось, Тимур? Что… – Рот закрой! Белый внедорожник с такими номерами у моего компаньона по некоторым проектам, у Егорова Александра. И значит, он сейчас трахает мою жену, после того как они посещали «Клинику женского здоровья»? Слишком много вопросов, от которых можно сойти с ума. Как он посмел взять МОЕ? Сука, как он посмел это сделать? – Тварь, какая же ты тварь! ТВАРЬ!! Сука!! Обоих вас убью! Кричу на всю квартиру, начинаю крушить все вокруг себя без разбора. В телевизор летит бутылка, разбивая его. Журнальный столик, все его содержимое, бью кулаками в стену, но через пару секунд останавливаюсь. Ищу телефон, набираю номер агента. – Проверь, что она делала в клинике, с каким приходила вопросом. Немедленно! И доложи мне. Отключаюсь, не дождавшись ответа, набираю Марианну, не отвечает, а у меня желание реально кого-нибудь убить. Иду в спальню, одеваюсь, надо бы навестить компаньона и друга, которым я считал Егорова. Надо бы ему доходчиво объяснить, что не стоит связываться с чужими женами и трахать их. Заодно и Марианне напомнить, чья она жена. Не знаю, как поведу себя, когда увижу ее, не знаю. Боюсь, что реально могу убить, надо остыть и подумать. Оставалась еще слабая надежда, что это не она на фото, но это был лишь глупый самообман. Ухожу, не прощаясь, хлопаю дверью, забывая о девушке в кожаных ремнях, что осталась в квартире. Потом с ней разберусь и узнаю, кто заварил эту кашу. А когда узнаю, резать начну на куски.