Глава 36

Александр С каждым днем я все больше восхищаюсь Марианной. В этой хрупкой и миниатюрной девушке столько силы и мужества, что можно позавидовать. Когда она попросила меня помочь ей разоблачить ее неверного мужа и найти его любовницу, я без колебаний согласился. Я прекрасно понимал, что из этой авантюры могут выйти только слёзы, истерики и разборки. Но Марианна превзошла все мои ожидания. Ничего этого не было. Все ее действия были тщательно спланированы, она была полна решимости и готова идти до конца. Она добилась своего, достигла цели, но оставалась спокойной и рассудительной. Но больше всего меня поразило, как она отреагировала на аварию Тимура. Другая женщина на ее месте, будучи обиженной, не приехала бы к неверному мужу и не стала бы его поддерживать. Она этого не сделала, наоборот, по ней было видно, что она никак не желает ему зла. Она чувствовала себя виноватой в той ужасной аварии, в которой погиб человек, и хотела взять на себя ответственность за это. Ее просьба о маленьком мальчике Романе Кочетове, который тоже пострадал в аварии на той же трассе, тронула меня до глубины души. Она, не раздумывая, захотела забрать его к себе. Понимая, что это будет сложно, но не сомневаясь в своих силах, она попросила меня о помощи. Я сделаю всё возможное, чтобы ей помочь. Не знаю, о чем они говорили с Тимуром, но когда я поинтересовался у Алины, она рассказала мне о своих планах. Алина не видела смысла скрывать что-либо. Она сообщила, что беременна от Самирова и намерена добиться от него признания ребенка и полного содержания. А что касается Марианны, той недолго еще быть женой Тимура. Девушка была дерзкой и самоуверенной. Она смело смотрела в глаза и не подозревала, какие испытания ее ждут. Амина Каримовна – властная женщина, которая не потерпит, чтобы ее внуки появились на свет от любовницы или женщины, не подходящей на роль жены. Да, она будет ее покрывать, будет закрывать глаза на эту связь, но пустить в свою семью? Такого не будет никогда. Мне уже сейчас жалко ее еще не родившегося ребенка, неизвестно, какая будет у него судьба. Про Романа Кочетова было узнать нетрудно. Там все оказалось очень просто: отец Марианны крутил роман с матерью мальчика, она от него родила, классика жанра. Женщина ничего не требовала, не просила денег, воспитывала сына. Однако, к сожалению, по трагическому стечению обстоятельств произошла ужасная авария, в которой был виноват Тимур. Оказалось, что в крови Самирова было больше алкоголя, чем допустимо по закону. Однако автомобиль, на котором он ехал, был исправен и прошел техническую экспертизу. Сейчас он находится на штрафной стоянке. Сейчас Марианна смотрит на меня. Синие глаза кажутся бездонными, как океан. Она хмурит брови, во взгляде читается недоверие, она взволнована и задает сложный вопрос, ожидая ответа. – Саша, ответь, я хочу знать правду. Здесь и сейчас, потому что если это так, то нам с тобой никак не по пути. Как бы ты мне ни нравился, насколько бы большую симпатию я к тебе ни испытывала. Что тебя связывает с Тимуром, какой бизнес вы ведете? – А я тебе нравлюсь? – Саша, сейчас дело не в этом. – Или просто симпатия? – Не перебивай меня. – Хорошо, извини, – поднимаю руки, прячу улыбку. – У меня так уже было, и ты видишь, чем это закончилось. А сейчас я сняла пресловутые розовые очки и взглянула на этот мир без прикрас. Любуюсь ей, понимая, что с каждым днем влюбляюсь все больше, не могу отвести взгляд, все равно улыбаюсь. Беру руку, она позволяет, но в глазах еще больше волнения и тревоги. – Я тебе клянусь всем, что у меня есть – своим сердцем, своей жизнью, у меня нет нелегального бизнеса. Все прозрачно, все официально, я плачу налоги, а с Тимуром меня связывают лишь несколько проектов. По глазам видно, не поверила. Я бы не поверил. Марианна смотрит на сплетение наших пальцев, кусает губы, а мне так хочется прижать ее к себе, поцеловать. Но я сдерживаю себя, понимая, что сейчас не время. Сейчас это будет только мешать. – Хорошо. Ты не поверила – и правильно сделала. Ты все знаешь сама, этому придет время. Договорились? Но не делай обо мне поспешных выводов. Ну что, поехали? – Да. Ехали молча, было видно, что Марианна о чем-то думает. Неужели отец сказал ей правду о муже, раскрыл еще больше глаза, и теперь она растеряна? – Тебе отец все рассказал? – Не знаю, все или нет, но мне было достаточно услышанного. Этот мир стал еще более серым и мрачным. – Какие твои действия? – было необходимо знать, что она задумала. – Самое важное – это решить вопрос с Ромой. Отец пообещал мне, что сделает всё возможное, чтобы мальчик не остался сиротой, и возьмет его под опеку. Он сделает тест ДНК и уладит все формальности с органами опеки. Я не знаю всех деталей, но я прослежу за этим. Затем я дождусь, пока Тимур придёт в себя, и мы снова поговорим. Мне не понравилось то, что я услышала, поэтому, вероятно, нам придется развестись. Я хорошо понимал, что Самиров не отпустит свою жену просто так. Я бы тоже не отпустил, но я не совершал бы таких серьезных ошибок, как он. Я бы никогда не предал свою любимую женщину. Припарковался у больницы, Марианна улыбнулась, вышла, а я, выждав пять минут, направился к своему уже бывшему партнеру. Пора было поговорить серьезно. Накинул белый халат, вошел в палату, Тимур не спал, но и не удивился моему приходу. Рядом крутилась молоденькая медсестра, но быстро ушла при моем появлении. – Что, пришел поглумиться? – Нет, я же не ты, я этого делать не буду. Самиров бледный, под глазами синяки, но старается быть грозным, крепко сжимает челюсти. – Я тебя предупреждаю, Егоров, как только встану с этой койки, я разберусь с тобой. Ты у меня кровью харкать будешь за то, что к жене моей лапы тянешь, переломаю кости. – Если ты думаешь, что напугаешь меня, так это бесполезно. Я тебя не боюсь, потому что все о тебе знаю, всю твою подноготную, то, чем ты живешь, чем дышишь, все твои связи и каналы. Даже тех людей, которым ты недавно сорвал сроки. – Что? Кто… кто ты такой? Обхожу палату, трогаю лепестки цветов в букете, даже не знаю, с чего начать разговор, но придавить эту падаль надо было давно. Самиров не понимает и не догадывается, что я могу раздавить его на счет «раз», пока не будем развеивать его заблуждения. – Я тот, кто может сделать так, что у тебя ничего не будет, – склоняюсь над кроватью, проговариваю четко каждое слово. – Ты ведь знаешь, что есть другая структура, которая всегда может найти козла отпущения, и в лучшем случае ты не сидеть будешь, такие не сидят, ты рыб кормить будешь в реке. – Да… ты… да я… – Так вот, слушай меня внимательно, ты слова грубого и плохого не скажешь в сторону Марианны, ты не стоишь даже взгляда этой девушки. И ты будешь вести себя тихо, как мышка, и сделаешь все, чтобы дать ей развод. Хотя ей больше пойдет быть вдовой. – Кто ты, блять, такой? – Я? Егоров Александр Константинович. – Я, сука, урою тебя, раздавлю, как гниду, ты еще не знаешь, с кем говоришь! – Почти с трупом, если ты, Тимур Заурович, не послушаешь меня. Теряю интерес к разговору, пусть думает, у него для этого есть масса времени. Не хотел раскрывать себя, но все данные за три года собраны, мы знаем, куда ведет цепочка и кто всем руководит на черном рынке. Пора выходить из тени.