Глава 39

– Ты такая красивая. – Не смущай меня. Я еще даже не умылась, а ты говоришь, что я красивая. – Очень красивая, самая красивая девушка на свете, самая красивая женщина, моя женщина. Саша нависает надо мной, гладит по лицу, нежно трогая кончиками пальцев кожу. Я улыбаюсь, прикрыв глаза, мне все это кажется сказкой, но нет, это не так. Это реальность. Мы вместе. Я уже две недели живу в его доме. Мы пара, даже несмотря на то, что я еще замужем. Мой муж еще не выписался из больницы. Я его не видела все эти две недели и не хочу видеть. Я хочу, чтобы этого человека не стало в моей жизни. Не хочу о нем ничего знать, ничего слышать. Хочу вообще жить на другой планете, чтобы никак не соприкасаться с ним. – А еще я люблю тебя. – Что? – распахиваю глаза, смотрю на Александра. Он улыбается, в глазах огонек, нежно целует меня в губы. – Я еще ни разу никому не признавался в любви, давно хотел тебе это сказать. Что люблю тебя уже давно. Люблю целый год, с того самого момента, когда увидел на свадьбе. Ты была такая нежная, воздушная, словно не из этого мира. – Правда? – Чистая правда. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. – Я еще замужем, я не могу прямо сейчас. Правда не могу. Касаюсь лица Александра, трогаю волосы. С ним рядом безумно хорошо и комфортно. Он моя надежда и опора. Мой защитник. Все, какие есть определения в мире о настоящем мужчине, это все о нем. Да, я тоже его люблю, но пока не могу признаться, все слишком быстро. – Так ты станешь моей женой? – Конечно, стану, но надо пока развестись. – Это не проблема. Все в процессе. Совсем скоро ты будешь свободна. – Ты мне кажешься каким-то всемогущим волшебником, который может все. Ты так быстро решил проблемы с Ромкой, что мне даже до сих пор не верится, что он живет с нами и сейчас спит в соседней комнате. Знаешь, все слишком необычно, как говорится, «не было бы счастья, да несчастье помогло». – Нет ничего невозможного для человека, который любит и который хочет сделать свою женщину счастливой. Саша целует в губы, делает это уже требовательно, устраивается между моих ног. Да, у нас уже был секс, первый раз случился на вторую ночь моего пребывания в этом доме. Я сама тянулась к нему, сама пришла, села на колени и сама поцеловала. – Саша, пожалуйста, не дразни меня. – Я хочу тебя дразнить всегда, чтобы ты кончала от моих ласк пальцами или языком, чтобы просила этого сама. – Пожалуйста, Саша… а-а-а… Он трогает меня между ног, ласкает. Мы так и заснули голые после вечернего секса, а сейчас повторяется все заново. Я хочу его, тянусь к нему, мне нужен этот мужчина. Пальцы кружат по клитору, выгибаю спину, развожу ноги, увеличиваю трение, двигая бедрами. Саша целует шею, спускается к груди. – Да, да, да, да, Саша, да, еще… сделай так еще. – Моя ненасытная девочка. Моя маленькая любимая девочка. Целует грудь, проникает в меня пальцами, начинает трахать, это все безумно сладко и нежно. Но Саша не дает получить удовольствие, убирает пальцы, трется возбужденным членом по половым губам, а потом медленно входит, заполняя меня до самого основания. Мой громкий и протяжный стон разрывает тишину утра, кусаю губы, боюсь, что разбужу Ромку. Мы словно настоящая семья. У нас есть сын. А мы с мужем утром занимаемся сексом, стараясь его не разбудить. Саша двигается, опираясь на руки, смотрит на меня, а я вся горю, плавлюсь под этим взглядом. – Еще… еще, пожалуйста, Саша… а-а-а… Не думала, что могу быть такой ненасытной, с Тимуром все было иначе. Он брал как-то по-собственнически, словно использовал меня, а я думала, что это нормально, даже получала удовольствие. Но, оказывается, секс может быть другим. Кончаю через несколько минут, задерживаю собственный крик, зажимая рот ладонью, сокращаясь внутренними мышцами вокруг члена Саши. Его глаза горят, он делает несколько глубоких толчков, тоже кончает. Тяжело дышит. Ложится рядом, не выходя из меня, целует. – Люблю тебя. Очень сильно люблю. Как только подтвердится развод, сыграем свадьбу. – Нет, нет, нет, я не хочу свадьбы. – Как это не хочешь? Тогда уедем на море. Возьмем Ромку, поженимся там на фоне заката. – Да, так будет лучше. – О чем задумалась? Не знала, как начать разговор, но надо было поделиться с Сашей своими подозрениями. – Знаешь, меня волнует один вопрос. – Какой, милая? – мужчина ложится рядом, внимательно слушает. – Я была у доктора на днях, у гинеколога, ходила в другую клинику, а до этого сдавала там анализы, ты помнишь. – Что он сказал? – Что в моей крови обнаружили гормон, который появляется, когда женщина принимает контрацептивы. Она спросила меня: предохранялась ли я, я ответила, что нет, и я уже об этом говорила, но доктор была озадачена. Потом были другие вопросы, что вообще я принимаю, но в течение последних пяти месяцев ничего не было, только витамины. Банка вместе с ними осталась в доме Самировых. Но потом я задумалась и все сопоставила. Я думаю, что кто-то специально давал мне вместо витаминов контрацептивы, чтобы я не смогла забеременеть. – Кто это мог быть? Тимур? – Не знаю, нет, ему это было невыгодно. Экономка либо мать Тимура, а может быть, и Алина, его любовница. Не знаю, что думать, но это все так мерзко, словно кто-то использовал меня. А отсутствие критических дней я списывала на стресс. – Сейчас все хорошо? Что сказал доктор? – У меня все отлично, – Марианна. – Да? – Я хочу тебе еще сказать кое-что. – Говори, – провожу пальцами по лицу Саши. – У тебя такие красивые глаза. – Не смущай меня. – Я не смущаю. – Даже если бы ты забеременела от Тимура, даже если бы это случилось, я бы не отказался от тебя, и твой ребенок был бы и моим. – Ты серьезно? – Вполне, я никогда в жизни не был таким серьезным. Саша снова меня целует, а я слышу, как тихо поворачивается дверная ручка, и открывается дверь. Накрываю нас быстро одеялом, и как раз в это время в комнату заглядывает Рома. – Рома, привет. Ты проснулся? Заходи, не бойся. Мальчик сонный, лохматый, на нем смешная пижама с мишками, он трет глаза. – Доброе утро. Все хорошо? Пожимает плечами. Рома неразговорчив, он еще не адаптировался и не привык к нам. На все смотрит с осторожностью, а еще он скучает по маме, которую я, конечно, не могу ему заменить полностью. Вопрос с его усыновлением еще решался, и для меня было настоящим чудом, когда органы опеки позволили взять его себе, точнее, к нам с Сашей, это он постарался. Если бы не он, вообще бы ничего не произошло. Наверняка включил все свои связи. А еще отец сделал тест, не обманул меня и действительно оказался отцом мальчика. Саша берет с пола свою футболку, прикрывается, встает, позволяя мне сесть и укрыться одеялом. – Привет, пацан. Как твои дела? Пойдем, будем делать завтрак, а Марианна пока умоется. Хорошо? – Да. – И тебе не мешало бы умыться. Ты когда чистил зубы? – Вчера вечером. – Так это было вчера вечером, а сегодня уже утро. Надо заново чистить зубы. Пойдем, я, конечно, тоже не хочу этого делать, но придется. Я осталась одна, посмотрела в окно, за ним было зеленое солнечное лето, но на душе как-то стало неспокойно, словно в предчувствии чего-то нехорошего. Прогнала от себя эти мысли и пошла в душ. Надо будет помочь своим мальчикам. Когда завтрак был в самом разгаре, и я спасала почти сгоревшие блинчики, которые стряпал Саша, в дверь позвонили. Напряглась, посмотрела в сторону коридора. Саша пошел открывать, Ромка сидел на своем месте. А когда дверь распахнулась, у меня из рук выпала лопатка. На пороге стоял Тимур. Бледный, злой, он держал руки в карманах ветровки и просто смотрел на Сашу. – Ну привет, партнер. Как там поживает моя жена? Давно ты ее трахаешь? – Не самый лучший момент для диалога, Тимур, тебе надо привести себя в форму, а когда ты это сделаешь, мы поговорим серьезно, как мужчины. – Да ты что? А я хочу с тобой сейчас поговорить и расставить, как говорится, все точки над i. Тимур вынул руку из кармана, поднял ее, и я поняла, что он держит пистолет, дулом направленный на Сашу. – Нет! Кинулась в их сторону, забыв про блины, про то, что они начали гореть. – Что «нет»? Что? – Нет, не надо… не делай этого! Прошу тебя, не надо! – А как ты со мной поступила? Ты бросила меня! Ты предала! – Тимур, нет, опусти оружие, пожалуйста, не делай этого. Ты сам меня предал! Ты сам бросил, растоптал нашу любовь! А ее и не было, не было никогда! Ты сам все испортил! Сам! – Я это делаю для тебя и ради тебя, потому что я люблю тебя. Люблю и хочу, чтобы ты вернулась! Ты будешь моей всегда! Прости меня, Марианна! Прости за все! – Не слушай его. Это все бред. Он говорит так, чтобы в очередной раз сделать тебе больно. Мужчина так не любит, Тимур, ты понимаешь это? – Закрой рот! Рука дрогнула, я схватилась за сердце, представляя, что сейчас Тимур выстрелит. Я готова была сказать ему все что угодно, соврать, лишь бы он опустил оружие. И меня поражало Сашино спокойствие, то, как он себя держал, как говорил – уверенно и без паники. – Марианна, отойди, возьми ребенка и уйди в другую комнату. – Ребенка? Вы уже ребенка себе завели? Рома подошел ко мне, обнял, я спрятала его за себя, чтобы не дай бог не навредить ему. А когда с улицы услышала женский голос, то не сразу поняла, чей он. – Тимур, Тимур, не делай этого. Не надо. Пожалуйста, остановись! По лужайке со стороны недостроенного забора к нам бежала Алина. Тимур моментально направил свое оружие на нее. – Это все из-за тебя, сука! Все из-за тебя! Не могу тебя видеть, чтоб ты сдохла, тварь! Прогремел выстрел, второй, я вздрогнула, прижала мальчика к себе, а затем началась суета. Саша скрутил Тимура, откуда-то появились люди, какой-то мужчина отвел меня в сторону, я выключила плиту, на кухне сработала пожарная сигнализация, противный писк заложил уши. Я не понимала, что происходит. Он что, убил Алину? И кто эти люди, и почему на них бронежилеты, а в руках автоматы?