Глава 38

– Тимур, тебе нужно поесть. Ты совсем ничего не ешь. Смотри, я принесла тебе свежеприготовленную еду, которую сделала сама. – Отстань от меня. Я ничего не хочу. Грубо оттолкнул прикроватный столик. Тарелка не упала на пол, потому что Алина успела ее подхватить. А я тяжело встал с кровати и медленно пошел к окну. Вся жизнь моя пошла наперекосяк с того момента, когда я попал в аварию. Нет, это случилось раньше – все началось в тот день, когда моя жена заподозрила меня в измене. Когда Марианне пришло видеодоказательство моей измены. Я сам видел его, мать показала, это экономка выкрала из комнаты. А потом я сам говорил, что жене все это привиделось, что она себе надумала, накрутила. Но девочка оказалась не такой глупой, как я думал, а еще непредсказуемой. Целый год она жила в сказке, созданной мною, не знала бед и хлопот, отдавалась мне со всей страстью. А после того дня все изменилось, даже ее отношение ко мне, я чувствовал это. И вроде бы мне должно было наплевать, мне должно было быть все равно. Она моя жена, мать моих будущих детей, она будет со мной всегда, до самой старости и смерти, что бы ни случилось, она никуда не денется. Но… но мне нужен был ее отклик, отзыв на мои взгляды, слова, прикосновения, а этого ничего уже не было. Ее взгляд потух, стал другим, даже тогда, когда я приехал поздно ночью и брал ее, чувствовал отстраненность. Меня это корежило, выворачивало наизнанку жилы. Неужели я на самом деле люблю так, как любит мужчина женщину, всем сердцем, открыто? Не знаю, что это такое. Но сейчас такое ощущение, словно вырвали часть меня. Я сам виноват, но она знала, за кого выходила замуж, знала мой образ жизни и мои привычки, могла догадываться, а теперь ее нет. Две недели лежу в больнице, завтра выписывают, и целых две недели моя жизнь катится кубарем вниз, а там я расшибусь. Рассыплюсь, разобьюсь в лепешку, потому что не только жена ушла от меня к моему партнеру, но и сам теневой бизнес, который я возглавлял в нашем регионе, терпит крах. Те, кто стоят выше, больше не доверяют мне. Кто-то методично сливал информацию о том, что я придерживал часть выручки, что пускал ее в оборот и забирал себе лишнее. Кто-то сдал меня главному управлению, и я даже знаю кто. Егоров Александр, тот, к кому ушла моя жена, она теперь живет в его доме, я знаю, и даже, наверное, спит с ним. А я бьюсь огромными ветвистыми рогами об потолок и не знаю, что делать. Наша последняя встреча с Егоровым, когда он стоял у моей кровати и говорил слова, которые я запомнил и могу повторить наизусть, выбила из колеи. Он не просто бизнесмен, партнер, с которым я работал два года, он меня обманывал, втирался в доверие. И все для того, чтобы слить информацию в вышестоящие органы и высоким чинам. Я знаю, что все связано и повязано – власть, теневой бизнес, комитет безопасности – все они сплетены в один клубок. Но Саша, он откуда-то из верхов и непростая сошка, а кто-то с положением и властью, и мне его не удалить, если только… убить. Я сделаю это, как только немного приду в себя, я убью его и свою неверную жену. – Тимур, ну чего ты так расстраиваешься? Все будет хорошо. Ты идешь на поправку, мы вместе, у нас скоро будет ребенок. Девушка гладит меня по спине, а меня всего снова корежет изнутри, хочется повернуться, прижать ее к стене, встряхнуть хорошенько, чтобы поняла, что мне плевать. Не делаю этого, сдерживая себя, понимая, что гнев не лучший мой союзник. Все может закончиться решеткой, неизвестно, как еще пройдет слушание по делу об аварии. Следователь уже приходил, а это значит, что в правоохранительные органы попали данные о том, что в моей крови обнаружили алкоголь. А также видео с регистратора. А это значит, что могут доказать мою виновность в гибели человека. Мать не подсуетилась, либо кто-то перекрыл ей дорогу. Я даже знаю кто. Все упирается в Егорова. Он – зло. Он причина всех моих бед. Он, как крыса, грелся на моей груди, ждал нужного часа, чтобы ужалить больнее. Его надо уничтожить. – Тимур, посмотри, пожалуйста, на меня – Отвали, сказал. – Тимур, пожалуйста. Я тебя так люблю. Разворачиваюсь, смотрю девушке в лицо. Она другая. Она фальшивка, подделка. Она дешевая игрушка. Вроде бы красивая, но пустая внутри. Она не Марианна. – Ты не нужна мне. Уходи. И ублюдок твой мне не нужен, поняла? Уходи и еду свою забери! В пару шагов преодолев расстояние до кровати, сбрасываю со столика поднос, тарелки разбиваются вдребезги, еда оказывается на полу. Алина закрывает лицо руками, отходит в сторону, плачет. – Мне плевать на твои слезы и плевать на тебя. Ты никто, и то, что я связался с тобой, было ошибкой. Я знаю, это ты подбросила видео моей жене, после которого все пошло наперекосяк. Убирайся! Я сказал, убирайся из моей жизни, чтобы я тебя не видел! Алина стоит, уже не плачет, но как только делает шаг к двери, она открывается, и в палату входит Амина Каримовна. – Сынок, что происходит? – И ты тоже убирайся. Ты что, не могла меня отмазать? Чем вообще ты занимаешься? Меня вызывают в суд за то, что я, оказывается, виновник аварии, в которой погибла какая-то баба. – Тимур, я ничего не могла поделать, – мать смотрит испуганно, ломает пальцы. – Ты не представляешь, к кому бы я ни обращалась, никто не хочет меня слушать, все словно отвернулись. У нас уже нет былого статуса и власти, я это поняла. Даже наши знакомые, друзья и соседи смотрят косо. Мои подруги со мной не здороваются, а несколько партнеров даже разорвали контракты. Сынок, я не знаю, что происходит. Ты должен взять себя в руки и все наладить, все исправить. – Исправлю, мама. Я обязательно все исправлю. Я даже знаю, с чего начать. – Я, конечно, понимаю, это ваши семейные проблемы, но вы бы не хотели обратить свое внимание на меня? – Алина подает голос, привлекая наше внимание. – Между прочим, я беременна. Этот ребенок, которого я ношу, он от Тимура. Вы хотели, чтобы Марианна вам родила наследника, но судьба распорядилась иначе. Природа сделала такой выбор, и вам с этим придется смириться. И если вы откажетесь от него, я тоже пойду в суд и буду отстаивать права своего ребенка, потому что у него есть отец, который обязан его содержать. Вы думали, я буду прикидываться овечкой, все терпеть и носить сюда еду? Но я не овца. Я не твоя жена. Я возьму то, что мне полагается. Что полагается ребенку. Амина Каримовна слушала молча, поджав губы, посмотрела на меня, а я поймал себя на мысли: «Неужели я такой бездушный, что мне наплевать на собственного ребенка?» Хотя, в принципе, я не могу ручаться, что это мой ребенок, от Алины можно ожидать чего угодно. – Наплевать, делай что хочешь. Убирайся. Я не хочу тебя видеть, и чтобы за три дня съехала из моей квартиры. Ты никто! Пошла вон! – Сынок, ты не находишь, что это грубо, все-таки она женщина, она беременна. – А ты хочешь воспитывать ребенка хрен пойми от кого? От какой-то шлюхи, которая дала мне на моей же свадьбе, не постеснявшись своей сестры? Такая новая сноха нужна тебе? Нет? Так что иди, решай проблемы, мама. Мне надо подумать. Алина убежала в слезах первой, мать ушла за ней, я остался в палате один, позвал уборщицу, женщина убирала с пола еду и разбитые тарелки, а я думал. Думал, как поступить и что делать. Был один выход – нанять киллера. Убить их обоих. Но в данной ситуации вряд ли кто пойдет на меня работать, слухи уже разнеслись. Моя власть дала трещину, странно, что еще не пришли определенные люди и не поставили мне условия. Взял телефон, по памяти набрал номер. – Это я. Привези мне то, что есть у тебя. Через два часа. Я жду.