Глава 20. Рина.

Гектор вернулся поздно ночью, потрепанным и очень злым. Я сидела в своей комнате и боялась даже высунуться, так как прекрасно понимала, что являюсь непосредственно причиной, по которой он сейчас в таком расположении духа.

Я слышу, как он говорит своей жене о том, что Доминик меня больше не побеспокоит и что он договорился. Как и каким образом, я не знаю, а спросить боюсь.

Выходные частично приводят меня в чувства.

Я пишу с магфона Веселины своей подруге о том, что со мной все хорошо, я жива, здорова. А подробности расскажу в понедельник. Когда придумаю их. Правду говорить не сильно хочется.

Потом мы вместе с Веселиной и Виокой ездим в центр города, заглядываем в то самое кафе с мороженным. Проходимся по магазинам. Прикупаем даже несколько нарядов для моей дочери.

Утро понедельника жду с диким переживанием. Гектор не сказал, что меня больше не будет забирать Доминик, а это значит, что я продолжу ездить с ним эти десять минут туда и десять минут обратно.

Он приезжает вовремя.

Я молча, не здороваясь, сажусь снова на заднее сидение. Как раньше. Приятный запах Доминика сразу же бьет в нос, дурманя мысли. Я облокачиваюсь о спинку сидения, прикрываю глаза и стараюсь не дышать.

Он даже не смотрит на меня. Если раньше у нас часто происходили случайные встречи взглядов в зеркале заднего вида, то теперь парень смотрит исключительно вперед, со всей своей мрачностью.

И вот, мы наконец достигаем черных кованых ворот академии. Я готовлюсь к тому, чтобы как можно быстрее покинуть салон рунмобиля, когда он остановится, но дверь не поддается, как в прошлый раз. Я дергаю за нее пару раз, а затем непонимающе бросаю взгляд на Доминика.

– И что это значит?

– Я оставлю тебя в покое и больше не потревожу. – Хриплым голосом отвечает мне парень, напряженно сидя на своем месте.

Да, это именно то, что и должно произойти. Только мне от этого не становится легче, а даже наоборот. Сердце сжимает с такой силой, что хочется выть от тоски и боли.

– Но…

– Но? – Подталкиваю я с продолжением этого самого «но».

Вместо ответа, Доминик разворачивается и резко хватает меня снова за коленку, вырывая весь дух этим самым движением.

– Я хочу тебя. – Всего три слова, а меня простреливает насквозь.

Лоно сжимается, я чувствую как оно увлажнилось и влага растеклась по трусикам. Рука парня все еще на моей ноге и я должна ее вроде как сбросить, но вместо этого наслаждаюсь этим запретным мгновением.

– Доминик…

– Я знаю. – Сдержанно отвечает он. – Знаю. Всего один раз. Один. Прощальный, так сказать.

– Ты же это не серьезно.

По взгляду парня понимаю, что он как раз среди нас самый серьезный в данный момент.

Доминик предлагает мне шанс. Один единственный. Другого не будет. Он готов отпустить меня после. После секса с ним.

Я никогда больше не почувствую его губ на себе, его члена во мне…

Звучит слишком заманчиво.

Я кладу свою руку поверх его, переплетаю наши пальцы вместе. Парень понимает все без лишних слов. Наклоняется ко мне, целует губы, а руки уже добираются до моей груди, сжимают через блузку. Мой неожиданный стон отрезвляет. Я отодвигаюсь и смотрю на него в недоумении.

– Прямо сейчас?

– Да.

– На парковке академии. – Я озираюсь на окна. Через них нас могут увидеть кто угодно.

– Угу.

– Мы опоздаем на занятия.

– Рина, я же сказал, что хочу тебя. Сейчас. На парковке. В этом бездновом рунмобиле. – Рыча, с нетерпением, объясняет он мне.

Хотя куда еще яснее. А нет, есть куда.

Доминик резко хватает меня за кисть и кладет на свой пах. Там я ощущаю твердость и смущение бьет пуще прежнего. Хочу вырваться, но он не дает.

– Ты так мило смущаешься. – Улыбнувшись, говорит парень, водя носом по скуле, вдыхая запах.

Другая рука уже забралась в мои собранные волосы и стянула резинку.

– Нас могут увидеть.

Доминик отрывается от меня со вздохом и нажимает на какую-то кнопку возле руля.

– Теперь нас никто не увидит.

Я снова смотрю в окно, но разницы не вижу. Остается только поверить парню на слово.

– Хорошо. Как ты себе это вообще представляешь? Тут мало места.

– Ты такая…наивная. – Усмехается Доминик. – Перелезь ко мне на колени.

Он отодвигает свое сидение назад, а я выполняю его требование. Оказавшись сверху, в мое ядро упирается что-то твердое.

– Расстегни блузку. Медленно. – Выдает он следующее свое требование.

Я вообще не понимаю, зачем только слушаюсь его, но также все выполняю. Расстегнуть пуговицы быстро не получилось бы даже если я захотела. Руки трясутся от волнения и…нетерпения. Сама же я сижу верхом на парне. Это так…странно. Зачем я вообще на это согласилась?!

– Идеально. – Восхищенно произносит Доминик, вновь беря двумя руками мои груди и сжимая их вместе. – Я буду скучать за ними. – И берет по очереди каждую в рот, играет языком с горошинами.

Мне уже хорошо. Настолько, что могла бы сейчас кончить только от эти одних действий.

Доминик останавливается и, приподняв меня, расстегивает штаны, выпуская свой возбужденный жезл. Он горячий и вновь уверенно ударяется о преграду в виде моих трусиков. Пальцы парня добираются до низа, проходят по моей промежности, отодвигают трусики в сторону и этот самый горячий член легко входит в меня, раздвигает все преграды, скользит по влажным стенкам.

– О да, я мечтал об этом все выходные. Хотя нет. Еще в пятницу, когда ты меня отшила и хотела сбежать.

Меня простреливает насквозь, я прикусываю губу до крови, чтобы не застонать, не показать ему насколько мне тоже приятно. Доминик сказал, что хочет меня и предложил прощальный секс.

Вот именно им мы сейчас и занимаемся.

А о своих чувствах я подумаю позже. Парень начинает двигаться чаще, резче, более остервенело.

Я не выдерживаю и оргазм накрывает слишком быстро, слишком беспощадно. Я жмурюсь и сжимаюсь вся внизу, вокруг его члена, что начинает тоже пульсировать.

Мы сидим соединенными еще некоторое время, лоб ко лбу, тяжело дыша и не решаясь закончить это мгновение.

Вот и все. Мы сделали, то что сделали. Дороги назад нет.

Я отмираю и пересаживаюсь на соседнее сидение.

Нужно привести себя в порядок и уйти. Так, будто бы ничего не произошло. Меня это не цепляет. Ничего не значит, как и для него.

Первым делом застегиваю пуговички на блезке, следом нахожу свою резинку и завязываю волосы, поправляю юбку руками. Затем на колдовываю простенькое заклинание очистки.

– Ладно, я пошла. – Прокашлявшись, беру сумку и выхожу, попутно отмечая, что дверь больше не заперта.

Я не удерживаюсь и оборачиваюсь назад. Возбужденный член Доминика все еще не убран, а сам он продолжает неподвижно сидеть на своем месте и смотреть в одну точку.

– Ты идешь?

Парень отмирает, приводит себя тоже в порядок и следует за мной.

Мы опаздываем на двадцать минут, но нас впускают. Я занимаю свое место, рядом с Айсой, которая в нетерпении ждет мой рассказ. Она еле выдерживает окончание пары.

– Ну, что? Рассказывай. Когда тебя схватил дракон, мы чуть дружно в штаны не навалили.

– Это был Доминик. Зря переживали. Со мной все в порядке. – Я не собираюсь ее посвящать в подробности, но и скрывать частичную правду не вижу смысла.

Айса замедляется и хмурится. Затем резко нагоняет меня.

– Между вами что-то есть? А как же его невеста?

– Нет! – Слишком быстро отрицаю я, а затем добавляю уже тише. – Нет. Ты была права.

– Я всегда права. – Гордо соглашается она со мной, смешно выпятив грудь. – В чем на этот раз?

– Он очень любит свою невесту и никогда ее не променяет на другую.

Айса подозрительно щурится на меня, но быстро оживляется.

– Раз уж тогда нам помешал Доминик, давай попробуем еще одну попытку на организацию встречи.

Когда самая сложная часть разговора проходит, я расслабляюсь и успокаиваюсь.

Я все еще могу изменить свою жизнь.

Могу.