Глава 23 · Рита

— Вы че тут все… — рокочет голос у меня над головой, — охуели в край⁈

Меня будто прессом вжимает в крепкий торс бывшего мужа, его же собственно рукой.

В ответ ему ожидаемо тишина, ведь его люди положили всех присутствующих лицами в пол. А я даже пошевелиться сейчас боюсь в его неожиданных объятиях.

Дима осторожно тянет меня пальцами за подбородок, вынуждая поднять на него взгляд. Хмуро изучает мое лицо:

— Плакала значит, — рычит недовольно. — Больше не бойся. Они уже все трупы, родная.

— Я… н-нет… — пытаюсь подобрать слова, чтобы хоть немного оправдать обознавшихся ребят.

Но Дима продолжает:

— Покажи пальчиком, кто обидел? Я того лично первого расчленю, а остальных ребятам своим оставлю.

Я в таком шоке от того, насколько он сейчас взбешен, что даже не сразу нахожусь, что ответить. Кажется я впервые вижу его… таким.

Дима не дожидается пока я с мыслями соберусь, и бросает яростный взгляд поверх моей головы и рявкает:

— Кто посмел⁈ — рявкает. — Кто такие вообще⁈

— П-послушайте, Дмитрий Сергеич, — слышится откуда-то из-под стола виноватый голос Вячеслава Семеныча, — мы уже выяснили с Маргаритой Алексеевной все недоразумение. Принесли ей свои извинения. Помилуйте, а?

— Слава? — Дима кажется тоже удивлен встретить в этом злачном заведении своих бывших работников.

— Он самый, — мужичок приподнимает голову от пола, и выдавливает жалостливую улыбку.

Но бывший муж не спешит приветствовать его в ответ. Щурится гневно:

— И ты че же, сука, мою жену пугать вздумал?

— В-вовсе нет! — спешит заверить его Слава. — Я просто обознался. Клянусь! Мы уже все выяснили, и она как раз собиралась уходить. Прошу… Подтвердите, Маргарита Алексевна?

— Глаза в пол! — рявкает Дима. — И не сметь даже смотреть в ее сторону. А уж тем более пытаться давление на нее оказывать. Ребята щас быстро вас манерам научат, чтобы вы больше не обознавались, — он было кивает мужикам в балаклавах.

Но я наконец в себя прихожу от столь эффектного вторжения:

— А ну-ка отставить! — приказываю все тем же ребятам. — Что бы вы там не собирались с ними делать — не смейте! — перевожу яростный взгляд на бывшего мужа: — А вы, Дмитрий Сергеич, не порите горячку! Вячеслав Семеныч правду сказал: мы уже разобрались с этим недоразумением, и я как раз собиралась уходить. Так что ты опоздал со своими разборками!

— Но они ведь тебя силой удерживали, — теряется Дима, а взгляд его мечется по моему лицу. — Невесть что делать собирались. Карина вообще сказала, что вас тут убивать будут.

Ухмыляюсь, чувствуя, как у меня от одного упоминания об этой дряни во рту горько становится:

— А вот это, мой дорогой, ты уже со своей Кариной и выясняй, — рывком выбираюсь из его объятий. — Заодно спроси у нее, как мы обе оказались здесь! И заодно позаботься, чтобы твои бабы больше на пушечный выстрел ко мне не приближались, — даю ему почву для размышлений.

Уж если мне и хочется, чтобы он наказал кого-то из присутствующих, то в первую очередь однозначно ту, из-за которой я вообще тут оказалась.

— Мааась! — скулит из-под стола сука.

А я бросаю ненавидящий взгляд на бывшего мужа, и стороной его обхожу, чтобы выйти из випки. И с удовольствием на прощание слышу рык Димы:

— Ка-ри-на! Ты что здесь устроила⁈ — звучит весьма угрожающе. — Я ведь сказал тебе, чтобы ты никогда не смела к ней…

Дальше я не слышу, потому что дверь в злополучную вип-комнату захлопывается, и я снова оказываюсь в грохочущем ночном клубе.

Ощущение такое… странное.

С одной стороны я жутко перепугалась из-за всей этой ситуации. И просто дико зла на тварь Карину и на самого Диму, что он вообще имеет дело с такими вот девицами.

Но в то же время мне сейчас непередаваемо хорошо от того, что эта сука наконец-то получит заслуженную «награду», после того, что выкинула.

Уж я надеюсь, что в этом вопросе Дима не подведет. Так уж он зол сейчас, что ему точно захочется на кого-то выплеснуть свой гнев. И мне очень хотелось бы, чтобы это была она.

Странно одно. Он же вроде отказал ей, когда она просила помощи по телефону. Так почему вдруг передумал и примчался? Неужто… из-за… меня?

Отставить, Марго!

Плевать вообще! Из-за чего бы или кого бы он не явился, это ничего не меняет. Предатель есть предатель…

— Видал, а это же та сучка, что без очереди в клуб ввалилась! — слышу женский голос откудато из толпы, пропихиваясь сквозь танцпол к выходу. — А нам еще полчаса пришлось проторчать там из-за шлюх вроде нее!

Игнорирую. Мне сейчас вообще не до этого. Хватит уже и одного приключения.

Но дамочка явно не унимается:

— Только погляди на нее, еще врала, что аниматор, — еще и специально орет громче, чтобы я услышала, и судя по приближающемуся звуку, за мной движется. — А я ж сразу сказала, что она шалава обычная! Эй ты! Уходишь что ли? Неужто уже натрахалась?

Не выдерживаю уже за сегодня этих оскорблений, поворачиваюсь и вцепляюсь пальцами в волосы суки:

— А ну-ка рот свой закрыла! — шиплю я ей в лицо. — И пошла дальше развлекаться, пока я тебя за патлы в полицию не оттащила и не засудила за оскорбление и клевету!

— Эй, да ты совсем охренела⁈ Пусти щас же! — она пытается увернуться и ударить меня, но у нее не выходит.

Толпа, заметив нашу потасовку слегка расступается, выплевывая в наш скромный кружок того парнишу, что вместе с этой неадекватной еще там у входа надо мной смеялся:

— Ну сука… — замахивается он на меня, и я едва успеваю увернуться, слегка прикрывшись все той же чокнутой.

Удар приходится прямо ей по лицу. А я оскакиваю в сторону, и пользуясь тем, что пьяный неадекват бросился к своей телке с извинениями, снова ныряю в толпу. И теперь спешу как можно скорее выбраться на волю, спрятаться в своей машинке и уехать отсюда подальше.

Дурдом какой-то!

— Пацаны, держите эту суку! — слышу вопль все того же неадеквата у себя за спиной.

И я понятия не имею, к каким конкретно «пацанам» он обращается. Оттого еще страшнее.

Ведь не знаю, от кого теперь подвоха ждать. Насколько я помню, на улице с этими двумя надо мной еще половина очереди смеялась. Значит компания у них не маленькая.

Надежда только, что они не запомнили меня…

— Попалась!